Чтение онлайн

– Ты видел? – обратился отец к старшине.

Старшина равнодушно сказал:

– Мн-о-о-ги-ие фи-инны так могут.

На заставе старшина закрепил тетрадный лист с нарисованным кругом на деревянной стене за столовой, достал свой пуукко и стал метать его в круг. Отец был восхищен, он попросил старшину научить его. И время от времени они занимались за столовой. Постепенно, от старшины отец узнал, как финны умеют обращаться с холодным оружием. Что они могут вырезать целую казарму и не нарушат тишину, убивая спящих солдат так, чтобы они не вскрикивали во сне. Старшина научил отца как защититься, если финн бросает в тебя нож. Еще старшина рассказал про то, какие финны стрелки. Как работают «кукушки» – финские снайперы. Как они готовят себе позиции на деревьях. И с какой скорострельностью они ведут огонь из болтовых винтовок.

В поездках за реку отец разрешал мне тренироваться с ножом, показал как передвигаться по лесу бесшумно при медленной и быстрой ходьбе, как выбирать место для наблюдения.

Из армии отец вернулся с серебряным знаком с пограничником, стоящим у пограничного столба, и синим значком радиста первого касса. Дважды его фотографировали у знамени погранотряда.

Мне было десять лет, когда однажды я играл с другом. Мы стояли в разных концах двора и пасовали друг другу футбольный мяч. В один момент я не взял верхний мяч, и он, пролетев мимо, запрыгал в сторону нашего соседа, сидевшего на скамейке между двух деревьев. Я с ужасом смотрел как мяч, подпрыгивая, приближался к ничего не подозревавшему человеку. Я уже нарисовал в мозгу траекторию полета, и не ошибся – он попал соседу прямо в голову. Весь ужас произошедшего заключался в том, что наш сосед, дядя Володя – был слепым безруким инвалидом. Руки были ампутированы почти по локоть и рассечены хирургом вдоль. Я видел, как он мог раздвоенными культями, удерживая спичку и коробок, прикуривать папиросы. От отца я знал, что на войне дядя Володя служил сапером, и перед самой Победой подорвался при разминировании. Ему оторвало руки и выбило глаза. Теперь он работал учителем истории в школе для слепых детей. Я подошел и сказал, что это было не нарочно и попросил прощения.

– Я знаю тебя, – сказал он и назвал по имени. – Я знаю твоего отца. Мне говорили, что у тебя хорошая память…

Да, многие говорили, что у меня хорошая память. Наверное это было так, потому что в детском возрасте, когда я еще не знал буквы, мама читала мне книги отрывками. И не продолжала, пока я не пересказывал как можно подробнее предыдущие страницы. Дядя Володя запоминал уроки по магнитофонной записи, а потом объяснял ученикам.

– Я знаю, как тренировать память, – сказал он.

И рассказал, что каждый раз перед сном я должен вспоминать прожитый день в обратном порядке, как можно подробнее. Стараясь не упускать мельчайшие детали – цвета, запахи, разговоры, выражение лиц. Это мне понравилось и я начал тренировать память. Перед сном, лежа в постели, я проживал день наоборот – с вечера до утра, но не всегда полностью, потому что быстро засыпал. Постепенно у меня появилась необычная способность, я мог не запоминать что-то специально. Но прокручивая в мозгу события из жизни и «погружая» себя в прошлое, я восстанавливал картину во всех подробностях. При этом мог забыть, что произошло пять минут назад.

Обладая таким качеством, я легко учился в школе. Стоило мне «вернуться на урок» и я вспоминал о чем говорил учитель, как кривлялся сосед за партой и какая погода была за окном. Со временем я стал замечать, что мне легко запомнить печатный текст, а рукописный труднее. Я мог закрепить его в памяти только читая вслух. Но при этом я не был отличником, и не был даже хорошистом, просто не напрягался. У меня были любимые предметы с хорошими оценками, и предметы, которые я «тянул» кое-как. Почему-то мне нравилась физика и химия, но терпеть не мог математику. Литература и история стояли на разных полюсах моих интересов. На биологии мне было скучно, а от черчения не мог оторваться. В результате я приближался к своему аттестату, похожему на шахматную доску. Все это я рассказал, чтобы вы представили с каким увлечением и интересом я стал изучать ту «сборную солянку», которая была в моем «московском» дипломате.

***

Каждому в жизни случается совершать безумные поступки. Как правило, это не приводит к положительным результатам, и человек приобретает опыт, а решительных действий в жизни становится все меньше и меньше. И наступает момент, когда ты оглядываешься назад, смотришь в свое прошлое и начинаешь сомневаться – неужели я это делал, неужели это был я. Погрузившись в осторожную старость, ты начинаешь осуждать поступки бесстрашной молодости, и чувствуешь запоздалую капельку пота, скользящую между лопаток. Но когда ты идешь ва-банк, и стоишь под луной, завывая как одинокий волк, попирая ногой разорванную грудь врага, ты начинаешь верить в судьбу, и счастливый случай.

Что произошло, если бы Иван сохранил хладнокровие, набил магазин карабина патронами и продолжал поддерживать огнем товарищей, мы не узнаем.

Припадая к холке коня в стремительном преследовании, Крупнов навряд ли принимал в расчет выносливость и резвость казачьей лошадки своего врага, уступавшей в этих качествах длинноногому Монголу. Как не вспомнил о карабине, оставшимся на раскаленном песке. И уж тем более Иван не знал, что караван с оружием, утомленный многодневным переходом, держал свой путь к единственному ближайшему каракумскому колодцу. Преследуя всадника, Иван думал только о схватке с ловким и сильным противником, которую считал неоконченной.

Когда лошади обессилили, начало смеркаться. Первый раз попав в Кара-кумы, я увидел, что солнце там действительно раскаляется до бела. Но еще больше я был удивлен другим «белым солнцем пустыни», которое светило словно аэродромный прожектор на ночных полетах. В свете луны два всадника приближались к источнику воды, который был заметен, благодаря костру, видневшемуся вдалеке. Стало понятно, что развязка близка и схватка неизбежна. Иван догнал противника и уставшие всадники почти одновременно приблизились к костру.

У огня сидел старик в халате и овечьем телпеке. Лицо его в отблесках костра было похоже на маску из дубовой коры. С ним рядом был мальчишка в тюбетейке и рваной одежде.

Первый всадник слез с коня, молча подошел к кожаному ведру, поднял его, и стал пить, не обращая внимания на Ивана. Крупнов стоял поодаль и терпеливо ждал. В горле его пересохло, но пить хотелось не так сильно, и он молча наблюдал за струйками воды, текущими по горлу врага. Человек поставил ведро на песок и Иван увидел лицо молодого, очень красивого парня. Наверно такие люди живут в городах, пишут стихи и одевают военную форму только из-за семейных традиций, подумал Иван. Парень по-армейски повернулся кругом, отошел на пять шагов, обнажил саблю и встал в позицию. Красноармеец Крупнов видел перед собой ровесника, которому, как и ему не довелось повоевать в гражданскую войну, но безусловно отменному наезднику, знакомому с холодным оружием.

Иван спешился, извлек шашку из ножен и опустил кончик клинка, почти коснувшись им края тени противника контрастно видимой на песке. Свет луны не мешал глазам, но Крупнов оценил правильность позиции. Противник смотрел на кончик своей сабли и был готов к поединку.

Но схватки не было. Правильно выбрав дистанцию, зная, что его шашка чуть короче сабли, Крупнов неожиданно резким кистевым щелчком снизу, подрубил руку противника в запястье. Продолжая движение клинка вверх, он приподнялся на носки, и обхватив рукоятку двумя руками, опустил лезвие на ключицу врага. Удар был направлен свеху вниз и вперед. Полоса стали наполовину погрузилась в тело, когда движением на себя Иван протянул лезвие.

Он сделал шаг назад, и уступил место для падающего тела. Черная в лунном свете кровь растекалась по песку.

Старик что-то сказал тихим голосом и мальчик ушел. Теперь Иван захотел пить. Он поднял ведро и утолил жажду. Сидя рядом со стариком, он смотрел на неподвижное тело и вспоминал порубленных пограничников. «Кто ты, человек, пришедший с другой стороны? Где ты учился военному делу? Кто твои родители, и где твой дом?» – думал Иван.

Постепенно наваливалась усталость. Но Иван пошел посмотреть округу, чтобы найти безопасное место для сна. Оказалось, что здесь располагался маленький источник воды, который позволял снабжать небольшую отару овец и давать воду проходящим путникам. Вода в колодце была не постоянно, и вычерпав ее, нужно было дать время, пока она не наберется вновь. Поэтому у колодца не было жителей и им пользовались проходящие пастухи. Выбрав место, Иван устроился на отдых, предварительно расседлав и напоив лошадей.