Чтение онлайн

Его адреналиновое опьянение явно еще не прошло. Эйтлинн лихорадочно соображала, что делать дальше. Безликие призраки, судя по всему, также прошли сквозь портал, и давно умчались вперед, беспрепятственно петляя по коридору. Брешь в стеклянной стене почти закрылась, лишь блекло поблескивая лиловой звездой.

— Значит так. Здесь, кроме нас, никого нет. Ни одной живой души. Мертвой, кажется, тоже. Вы двое, — обратилась к парочке водяных фоморка, — пока останетесь здесь и подождете. Никуда не пытайтесь уйти. Я не уверена, что прикасаться к этому зубастому частоколу вообще безопасно. Что он не пропитан каким-нибудь смертельным ядом и не взрывается от прикосновения. Не хочу найти вас мертвыми, когда вернусь — мертвых мне тут и так хватает.

Агишки снова запаниковал, лошадиные глаза едва не вылезали из орбит, грива на затылке стояла дыбом.

— Вполне может статься, что все это — пустые домыслы и совершенно излишние опасения, — поспешила хоть как-то успокоить его Эйтлинн. — Но я даже не уверена в том, что вам обязательно нужно попасть внутрь башни. И прямо сейчас я просто не знаю, как вас туда провести. Может быть, взглянув на нее вблизи, я разберусь.

Киэнн нахмурился.

— Но ты же не пойдешь туда одна? — Эйтлинн была готова поклясться, что в его тоне ровно столько же беспокойства за нее, сколько и надежды на ее ответ «да, пойду».

— Угадал, — насмешливо ухмыльнулась она, — не пойду. Ты пойдешь со мной. Помнится, у тебя отличная память, Дэ Данаан. Будешь следовать шаг в шаг, повторять все мои движения — и останешься цел.

Он обреченно вздохнул:

— На память не жалуюсь, а вот с координацией движений дело похуже будет. Но как скажешь, детка! — Король-подменыш вздернул златокудрую голову: — Вдруг в нашем эпическом походе к невидимой башне тебе понадобится один из моих «многочисленных» талантов! Я даже не знаю, какой именно!

— Вполне может статься, — с убийственной серьезностью ответила Эйтлинн.

Идти одной ей и впрямь совершенно не хотелось. Кем бы ни был этот получеловек полуфейри, и каким бесполезным и бестолковым он бы ни притворялся — рядом с ним Эйтлинн чувствовала себя куда спокойнее и уверенней. В конце концов, уроды и впрямь должны держаться друг за друга.

— Пойдем медленно. Я буду указывать на острия. Их много, повсюду. Это — стена. — Она развела руками. — Это — вторая. Даже твое раздутое эго должно втиснуться.

— Мое втиснется, — ухмыльнулся Киэнн. — К узким местам мне не привыкать.

— Ты просто невыносим, — вздохнула Эйтлинн и потихоньку двинулась в путь, постоянно оглядываясь. Пока ее спутник справлялся вполне успешно. — Кто тебя вообще воспитывал-то?

Киэнн удивленно поднял брови:

— Здоровый бородатый ётун, который сквернословил на каждом шагу. А что?

— Врешь?

— Да чтоб меня тролли сожрали! Мой царственный родитель счел благоразумным приставить ко мне охрану посерьезней. Конечно, за мной числился еще целый караван наставников, опекунов, нянек и прочих надоед. Но как-то так получалось, что большую часть времени я умудрялся проводить в компании Хюмира. Ну или в компании отцовских наложниц.

Эйтлинн недоверчиво покосилась на него:

— И твоего отца не беспокоило, что…

— Что я начинаю подражать Хюму или что я трахаюсь с королевскими шлюхами? Нет, не беспокоило. Ни то, ни другое. Его, знаешь ли вообще мало что беспокоило. Так что, считай, это у меня наследственное… Ах ты ж срань!

Киэнн сдавленно зашипел. Правое плечо его окрасилось струйкой крови. Эйтлинн испуганно замерла, не отрывая от него глаз. Дэ Данаан автоматически зажал рану.

— Все, понял, буду аккуратнее. — И требовательно добавил: — Ну? Так и будем стоять? Если это яд, то, как видишь, не мгновенного воздействия.

Она покачала головой, силясь успокоить бешено колотившееся сердце:

— Ладно, пойдем, беспечный ездок!

— Это в смысле «дружок проститутки, которому дают на халяву, за красивые глазки»? — Киэнн самодовольно хмыкнул: — Пару раз удостаивался такой чести.

Эйтлинн неожиданно покраснела:

— Хочешь сказать, что «беспечный ездок» обозначает именно это?

Он ухмыльнулся:

— Ты явно мало общалась с черными. Скажи еще, что не знаешь, кто такой хучи кучи мэн!

Эйтлинн смущенно моргнула, пытаясь вспомнить. Черт возьми, в конце концов, это ведь она выросла в округе Ниагара, а не он!

— Герой-любовник? — неуверенно предположила она.

— Ну, почти так, — хохотнул полуэльф. — Хотя я бы выразился по-другому.

Она снова качнула головой, не скрывая недоумения:

— Иногда просто не верится, что ты из Маг Мэлла, а не из какого-нибудь чикагского гетто. Когда ты только успел столько всего нахвататься?

Киэнн уклонился от очередного невидимого острия:

— Кажется, я поймал ритм. Это не так уж и сложно. Гетто, говоришь? Видишь ли, вот как раз к этому у меня просто феноменальные способности: всяческое говно я впитываю получше подгузников от Джонсон энд Джонсон.

Эйтлинн в очередной раз остановилась, пытливо упершись в него взглядом:

— За что ты себя так презираешь?

Вот тут он, похоже, опешил:

— А мало причин?

Она, как можно убедительней, кивнула:

— Да. Потому что если за свое прошлое, то оно в прошлом, его нет!

Киэнн запрокинул голову, закатившись горьким, нисколько не веселым смехом:

— Этти, ты просто прелесть! Еще скажи: «Забудь, выброси из головы!» Нет, детка, извини, но так не получится. На самом деле, наше прошлое — это единственное, что у нас есть по-настоящему. И то, что делает нас теми, кто мы такие. Где оно, твое настоящее? — Фьють! И оно уже тоже прошлое. А будущее… Сейчас я оступлюсь и мое будущее останется в прошлом. Все это выдумки лжецов. Я сам — лжец, и отлично знаю, как это делается. Прошлое же у меня целиком вылеплено из грязи, крови и дерьма. Того, что я сперва щедрой рукой раздавал другим, и что потом рикошетом вернулось ко мне. До сих пор, как видишь, возвращается. Так что, если я прямо сейчас решу поменять собственное отношение к себе самому, стану думать, что заслуживаю чего-то лучшего — я просто удавлюсь. Сдохну от осознания вселенской несправедливости. А я, знаешь ли, жить хочу.

Он снова беспечно улыбнулся:

— Так что? Будешь и дальше созерцать мою «замечательную» персону или Роланд наконец-то дойдет до своей гребаной башни?

Эйтлинн сглотнула, незаметно хлюпнув носом:

— Она почти рядом.

Эйтлинн так и не поняла, каким образом они добрались до своей цели так быстро, но эта магия ей понравилась. По ее прикидкам огибать бесконечно длинную спираль стены с такой скоростью, какую они могли себе позволить, пришлось бы, по меньшей мере, часов шесть. Правда, искажения пространства порой преподносили сюрпризы, и уже на самом подходе к башне Киэнн умудрился порезаться еще дважды, да и она сама едва не налетела на выросшее из ниоткуда острие. Но вот пульсирующая таинственным скрытым светом стена уже высилась прямо перед ними — высокая, массивная и презрительно-величавая. Нижний этаж напоминал колоссальный пустой аквариум, в самой глубине которого виднелась тоненькая пружинка винтовой лестницы. Над головой, где-то на высоте тридцатиэтажного небоскреба, сквозь прозрачный потолок можно было смутно разглядеть верхние этажи. Эйтлинн осторожно коснулась стеклянной плоти ладонью — башня не кусалась, даже наоборот — мягко окутывала приятным сверхъестественным теплом, точно ластилась. Диковинный зверь. Фоморка мысленно потрепала сверкающую шкуру — давай, Стеклянная Башня, впусти нас внутрь. И лучше отдай свои тайны по-хорошему.

Киэнн споткнулся на невидимой ступеньке. Эйтлинн встревоженно оглянулась:

— Ты в порядке?

— Да, — непривычно коротко ответил он.

Однако она была готова поклясться, что нет. Выглядел Дэ Данаан подозрительно бледным, дыхание его стало каким-то сиплым и учащенным, движения — вялыми и отнюдь не грациозными. Вот зачем ты только его сюда потащила, садистка чертова! Не лучшая твоя идея, мисс Флетчер, никак не лучшая! А ты, фоморское чудище, могла бы и знать! Чем ты думала? Коллективным разумом улья? — Но, надо полагать, все, что она может сделать сейчас — это как можно быстрее отыскать способ проникнуть внутрь башни. И надеяться, что найдет там то, что ищет.