Чтение онлайн

Решив её, он закрыл тетрадь, встал и положил её обратно на книжную полку.

(Задача лёгкая была. Хоть Джесси и пытается мне задавать сложные задачи, удивить меня уже не получается. Нужно сообщить ей.)

Первый подошёл к двери и, введя определённый номер, позвонил Джесси по интеркому.

– Да?

– Джесси, это я, Первый. Я решил задачу, что ты мне приносила. Можешь проверить, пожалуйста?

– О, да, конечно, Первый. Сейчас подойду.

Через пару минут Джесси зашла в комнату. Это была девушка среднего роста, ниже Первого, со светлыми волосами и голубыми глазами. Волосы её были завязаны в короткую косичку, а одета она была в синий докторский халат. Зайдя в комнату Первого, она обняла его и принялась проверять задачу.

– За сколько времени ты их решил? – удивлённо спросила она.

– Ну, где-то минут за двадцать, примерно, – ответил Первый, довольно скрестив руки.

– Кажется, тебе пора занимать моё место, – с улыбкой сказала она, посмотрев ему в глаза.

– Нет, я не смогу тебя заменить в этом деле! – махая руками, ответил он.

– Ты – очень умный мальчик, я тебе это уже говорила? – улыбка Джесси сменилась на серьёзное выражение лица, и она вздохнула: – Слушай, я очень беспокоюсь за завтрашний день. Я боюсь, что с тобой что-то может произойти. Что что-то пойдёт не так, как надо. Не всегда операции проходят гладко.

– Что может пойти не так? Почему ты так думаешь? – спросил Первый и присел рядом с Джесси.

– Ну мало ли, что может произойти. Кто-то уснёт или сделает неправильную установку… Да даже того, что ты можешь просто не выдержать эту операцию, мне уже достаточно для беспокойства. Такую операцию ещё никто не делал, так как человеческое тело не способно её выдержать из-за ограниченной выносливости и порога боли.

– Но вы же не зря меня тренировали и проводили эксперименты. Да и Макномофар сказал, что вы всё рассчитали. Я думаю, что смогу выдержать, – утешительно произнес Первый и положил ладонь на её плечо.

– Я тоже хочу в это верить. – Джесси положила свою ладонь поверх руки Первого. – Ты для меня стал как настоящий сын за это короткое время, вот и беспокоюсь, только и всего. Не хотелось бы ещё и тебя потерять, – сказала она, снова улыбнувшись ему. – Ладно, давай, отдыхай, а я тогда пойду заниматься своими делами. Не скучай, завтра увидимся.

– Пока, Джесси, и до завтра.

Джесси вышла из его комнаты и закрыла дверь за собой.

(Я так люблю её, она – единственная, кто за меня всегда беспокоился. Вспомнить хоть каждый эксперимент, что проводили на мне. У неё постоянно шли слёзы, при виде того, какую боль мне причиняют. Я её не подведу, я выдержу всё, что не было бы на моём пути. Но она сказала, что боится ещё и меня потерять. Будто она уже кого-то потеряла. Это странно.)

Макномофар зашёл в кабинет Хасана, без предварительного стука.

– Хасан! У тебя всё готово?

Хасан развернулся к Макномофару на стуле, а затем встал. Рост Хасана был таким же, как и у Макномофара. У него были чёрные, густые волосы и чёрные глаза, а на его лице выросли длинные густые усы, которые закрывали верхнюю губу.

– Да, Мак. У меня всё готово. Мы сможем провести эту операцию, чёрт её возьми!

– Хорошо. А что ты тут делаешь тогда, раз всё готово?

– Провожу небольшие калибровки и проверяю оборудование. Нам ведь не нужны проблемы, так что стоит перестраховаться.

– Согласен. Чувствую, что, начиная с завтрашнего дня, сна нам больше не видать.

– Ну, на такой случай я прихватил кофе и несколько таблеток допинга.

– Кофе и допинг? Ты бы ещё энергетик прихватил, чтобы даже твоё искусственное сердце остановилось, химик чёртов.

– Не дождёшься, – ответил ему Хасан, широко улыбаясь, и хлопнул ладонью по столу. – Ладно, пойдём отсюда, пока ничего не сломали, а то мне уже провода везде мерещатся. Надо поспать, скоро у нас не будет такой роскоши.

Утром за Первым зашёл полковник Нильсен в сопровождении какого-то доктора в маске. Первый надел свою белую обтягивающую одежду и пошёл за ними. Дойдя до нового, для Первого, помещения, они вошли внутрь. Это была операционная, в центре которой стоял стол, а над ним много металлических приспособлений, которые предназначались для разрезания тела и прочих операций. У Первого по коже пробежали мурашки.

(Ох, чёрт, даже мурашки по коже пошли от страха.)

– Привет, Первый, – поприветствовал его Макномофар в халате и маске. – Как ты?

– Волнуюсь как-то, совсем немного, – попытался отшутиться он, поглаживая левую руку от волнения.

– Всё хорошо будет, я обещаю. Снимай одежду и ложись на стол, – указал он рукой и отошёл в сторону.

Первый подошёл ближе к операционному столу и, сняв с себя всю одежду, лёг на него. К нему подошло пару человек и стали скреплять его тело металлическими хватами, а в руки и в ноги впрыскивали обезболивающее, после чего начали втыкать трубки. Вскоре к нему подошла Джесси и, положив ладонь ему на лоб, погладила его по голове.

– Ты молодец, – сказала она и приподняв его голову, надела на неё шлем с вырезом на макушке.

– Всё готово! – обьявил Хасан. – Могу начинать?

Подождав несколько секунд, Макномофар повернулся к Хасану.

– Начинай! – приказал он, и Первый стал постепенно терять сознание, в глазах его всё плыло. Но он всё ещё слышал разговоры.

– Вводим нанороботов и впрыскиваем в его головной мозг мутаген. Ну что, коллеги, удачи нам всем.

– Удачи! – проговорили все, и вскоре Первый почувствовал, как по его телу что-то стало растекаться, несмотря на обезболивающее, он почувствовал прохладу у себя в голове и уснул глубоким сном.

Прошёл месяц. Придя к себе в жилой отсек после очередной операции, Макномофар рухнул на диван и попытался заснуть, но ему на спину присела Джесси и начала делать ему массаж.

– М-м-м… Джесси, ты – чудо, – проговорил Макномофар, лежа лицом на подушке. – Когда ты делаешь массаж, я сразу забываю о всех проблемах.

– Устал сегодня? – спросила она.

– Очень. Этот… Первый – такой сложный тип. Мы уже в завершающей стадии, ошибки сейчас недопустимы… – Джесси резко надавила на спину, и Макномофар замолчал.

– Ты – трудоголик. Не люблю, когда так долго пропадаешь на работе. Не могу к этому привыкнуть.

– Так мы ведь вместе работаем. Разве нет? – спросил он, повернув голову на левую сторону.

– Мак, я уже неделю не принимаю участия в этой операции. Отдыхать надо больше, любимый.

– Ох, я и правда… Прости, Джесси. Я так заработался, что уже ничего не замечаю, – сказал он и тут же зазевал.

– Завтра будет последняя операция, и Первый будет погружён в процедуру восстановления? – спросила девушка, продолжая делать Макномофару массаж.