Чтение онлайн

В лодке вспыхнуло пламя, которое тут же перекинулось на другие кувшины. Целая огненная стена поднималась из лодки и охватывала нос «Калатравы».

Жар, подобно дыханию ада, хлынул в сторону Тарика. Огонь опалил бы его лицо, если бы он не перерубил связку верёвок и не отпрянул назад.

С берега донеслись первые крики, — огонь под носом «Калатравы» был замечен.

Челнок отошёл от корпуса и начал уплывать от галеры. Тарик бросил пучок соломы, схватил первую сетку, в которую были завёрнуты сосуды с нафтой, и швырнул её на нос «Калатравы». Он слышал, как те разбились о палубу. Пламя вспыхнуло со следующим ударом его сердца. Тарик тут же бросил на нос корабля вторую сетку. Между тем течение Нила уже подхватывало его. Спустя секунду Тарик бросил на корабль третью связку с горючей смесью. Пламя принялось жадно лизать резное дерево, украшавшее возвышение на корме. К воплям на берегу добавились крики перепуганных охранников, находившихся на корабле.

Тарик принялся работать вёслами. Надо было как можно скорее исчезнуть из поля зрения людей, находившихся на галере и на других кораблях, а также на берегу. В его распоряжении оставались считанные секунды. Их должно было хватить, чтобы скрыться в потёмках. Потому что в первые мгновения внимание свидетелей было приковано к четырём очагам пожара.

Тарику повезло. Никто его не заметил. Люди сбегались к пристани эмира, а Тарик резкими толчками весел увёл свой челнок вниз по течению и незаметно пристал к примитивным мосткам, предназначенным для местных кораблей и лодок. Он выбрался на землю и босиком помчался к пристани, у которой стояла горевшая «Калатрава». На пристани уже собралась огромная толпа.

Несколько портовых рабочих и моряков образовали цепочку, по которой передавали ведра с водой. Но вскоре они поняли, что потушить ею огонь невозможно. Канаты и снасти на носу галеры горели, огонь уже охватил первые доски, а дым столбом поднимался с палубы к ночному небу.

В гавани, оглашённой криками, царил хаос. Тарик быстро протиснулся в первые ряды зевак. Никто здесь не знал, что надо делать.

— Рубите канаты! Пусть плывёт подальше от других кораблей, — прокричал кто-то.

Но никто не хотел брать на себя ответственность и рисковать головой. Ведь галера была добычей эмира эль-Шавара Сабуни, который был слишком хорошо известен своей жестокостью.

В этой суматохе мало кто заметил Тарика, который окатил себя водой из ведра и бросился на галеру, будто хотел помочь тушить пожар. Никто не задержал его, когда он схватил фонарь, висевший под козырьком на корме, и прокричал:

— Я слышал, как снизу кто-то звал на помощь!

Он бросился к корме и покатился вниз по трапу, ведущему в трюм. Когда он добрался до дна трюма, его сердце бешено колотилось. Навстречу Тарику валил дым, от которого он непрестанно кашлял. В знакомом месте он приподнял фонарь. И ужас сковал члены Тарика, а к горлу подступила тошнота. По крайней мере в трёх, а то и в четырёх шагах от гнезда, в котором крепилась мачта, не осталось ни одного камня. Рабочие убрали их, потому что уже с утра собирались устанавливать мачту!

Живот Тарика свело от страха: неужели рабочие нашли мешок со Святым Граалем и унесли его?!

— Господи, ты же не мог этого допустить! — страстно воскликнул Тарик.

Он поставил фонарь в стороне, рухнул на колени и принялся лихорадочно копаться в смеси песка и камней. Здесь, под палубой, уже скопилось достаточно много дыма, который раздражал лёгкие Тарика и жёг ему глаза.

В поисках тайника он сдвигал камни в сторону, отбрасывал ладонями песок и делал это все быстрее и быстрее. Оставаться здесь долго было нельзя. Огонь распространялся по носовой части галеры невероятно быстро, и дыма под палубой собиралось все больше.

Вдруг между двумя камнями он заметил краешек ткани, похожий на кусок парусины. А когда он поднял камни, его захлестнула волна радости. Под ними действительно лежал старый мешок с кожаным ремнём. Под грязной парусиной отчётливо проступали очертания куба, в недрах которого покоился Святой Грааль.

Тарик молча вознёс благодарственную молитву и вытащил мешок из тайника. Ему вдруг почудилось, что он слышит голоса, доносившиеся сквозь пожиравший галеру пожар. Клубы дыма под палубой становились все плотнее. Истекали последние мгновения, в течение которых ещё можно было уйти с корабля — иначе «Калатрава» станет для него огненной западней!

Тарик выпрямился и вдруг услышал за своей спиной голос:

— Что ты здесь ищешь, а? И что это за мешок ты с собой прихватил?

Тарик обернулся и увидел того самого охранника, который стерёг рыцарей, запертых в каморке для хранения парусов, а после прибытия в гавань вывел их к эмиру.

Мамелюк стоял перед Тариком с обнажённым кинжалом. Он тоже узнал его.

— О, исчадие ада! Беглый тамплиер! — воскликнул он.

Охранник мигом вспомнил о награде в двести дирхамов и бросился на Тарика.

Тарику просто не пришло в голову, что он тоже может достать свой кинжал. В момент, когда жизнь Тарика повисла на волоске, его спасла многолетняя выучка рыцаря-тамплиера. Опыт многочисленных поединков заставил его мгновенно совершить обманное движение.

Уклоняясь от летевшего к его груди кинжала, Тарик метнулся в сторону. Мешок, висевший на его плече, качнулся и отбил удар. Сопротивление ноши, которую задел кинжал, лишило мамелюка равновесия.

— У тебя была возможность. Но второй ты не получишь! — свирепо крикнул Тарик.

Мамелюк выпрямился, но в этот момент Тарик ударил его кулаком под ребра. Издав крик, тот согнулся вдвое и, хрипя, попятился назад и, потеряв сознание, свалился на дно трюма.

Тарик быстро осмотрел мешок и убедился в том, что кинжал почти не повредил парусину. В верхней его части осталась прореха размером с палец — ни печати хранителей Грааля, ни золотые слитки не смогли бы выпасть через неё. Тарик повесил кожаный ремень на плечо и потащил бесчувственного мамелюка к трапу. Вытащить его на палубу стоило Тарику огромных усилий. Однако он не мог позволить себе бросить оглушённого человека на верную смерть от дыма и огня.

Нос галеры полыхал как гигантский факел. Надстройка на корме тоже была охвачена пламенем. Огонь опалил Тарика, когда он выбирался по трапу из трюма и вытаскивал мамелюка на пристань.

Тарик охотно передал тело бесчувственного охранника добровольным помощникам, бросившимся ему навстречу.

— Позаботьтесь о нем! Он без сознания и получил тяжёлое ранение в голову. Наверное, наглотался под палубой дыма и ударился головой, когда падал, — сказал Тарик, пошатываясь и жадно вдыхая чистый воздух.

Все приняли Тарика за бесстрашного спасателя. Когда он пробирался через толпу, его восторженно хлопали по плечам. Но чем дальше он удалялся от горевшей галеры, тем меньше внимания к себе привлекал.

Наконец он свернул в тёмный переулок между складами и сделал крюк, который позволил ему удалиться от пристани на порядочное расстояние. Вскоре Тарик забрался в свой челнок, оставленный у мостков рыбачьей гавани, а через несколько минут ликующий рыцарь выходил на просторы ночного Нила. Радость его не знала границ. Ему хотелось и петь, и молиться. Он спас Святой Грааль!