Чтение онлайн

Каждое действие, каждое его движение, в протяженности и продолжительности воображаемое таким образом, чтобы его можно было воспринимать органами чувств (то есть в рамках пространства и времени), сновидится, или воображается сновидящим, лишенным качества себя, объективного бытия, — другими словами, гипотетическим умом.

Этот гипотетический ум есть Воспринимающее, Различающее Разделение ума в его субъективном аспекте, понимаемом феноменально, и Воспринимаемое, Различаемое Разделение в его объективном аспекте. Но воспринимаемое и есть воспринимающий, различаемое есть различающий, субъективный и объективный аспекты только кажутся двумя в проявленном. Мы есть первое: мы кажемся последним, но в непроявленном они не два.

Все сознаваемое — часть фантазии жизни, то, как мы представляем себя, — неотъемлемая часть этой гипотетической вселенной. Чувствующие существа полностью находятся в ней и никоим образом и ни в какой степени не отделены от нее, как они сами часто полагают, когда представляют себя инструментами, через которые формируется объективная вселенная, поскольку она формируется не через них, а вместе с ними — как одним из ее проявлений.

Это легче понять на примере сна, который мы рассматриваем из состояния бодрствования, в то время как в сновидении–жизни мы по–прежнему спим. То есть «мы» — персонажи сна, феноменальные объекты сновидящего субъекта в сновидении жизни.

Наши снящиеся «я», кажущиеся независимыми, как в жизни, с позиции пробуждения видятся марионетками, начисто лишенными возможности собственного проявления воли. И само сновидение никак не зависит от них, они лишь элементы внутри него. Они, думающие, что живут и действуют независимо, — все снятся, они приводятся в действие так же полно и абсолютно, как марионетки приводятся в действие кукловодом. Такова наша кажущаяся жизнь, на этой кажущейся земле, в этой кажущейся вселенной.

Все, что видится во сне, — продукт сновидящего ума, субъектно–объектного процесса, называемого «причинностью», внутри сознания, в котором он возникает. Он неотделим от сознания, он — само сознание, и больше нет ничего, что ЕСТЬ. Но «сознание» по сути — всего лишь концепция: это не вещь, не объект, и потому не имеет субъекта. На него можно только указать как на Непроявленное, и даже такое указание будет лишь проявлением непроявленного.

Но эти элементы сновидения, обоих сновидений, не есть ничто в смысле полного отсутствия. С позиции «ноуменальности» они — нечто. Они — то же, что и тот, кому они снятся, что и То—Что-Сновидит их. Все в сновидении есть его сновидящий, а это, как мы видели, — субъективный аспект сознания, поскольку объект и есть субъект — субъект, наполняющий его, живущий в нем. Таким образом, это «нечто», которым они являются, есть «все»: объективное, феноменальное все, которое субъективно, ноуменально, есть «ничто», но которое как «ничто» остается всем. Полное феноменальное отсутствие, которое есть полное ноуменальное присутствие. Все есть ничто, ничто есть все, поскольку ни то ни другое не существует и не не–существует, и только естъ–ностъ есть, не являясь ни бытием, ни не–бытием.

Про воспринимающие существа можно сказать только, что они ЕСТЬ лишь как субъективный аспект сознания (не как объективный аспект), они сновидят вселенную, объективируя ее.

11. Отголоски — /

Идея об отдельном индивиде, эго, самости или «я» — концепции — это объект. Я становлюсь объектом — неминуемо — всякий раз, когда думаю о себе. И всякий раз, когда я действую «от себя», — действует объект.

Иногда, однако, я действую прямо — но тогда действует не «я».

«Я» никогда ничего не сознаю. «Сознание» как таковое — вот все, чем я являюсь.

Позитивное выражение

Ноумен — суть феноменальности, бытием которого она является, где бытие Ноумена — это бытие Бытия как такового, то есть отсутствия Не–бытия.

Пустота — суть Формы,

Форма — проявление Пустоты.

Снова

Нет сознающего отдельно от сознаваемой «вещи», нет «вещи», сознаваемой отдельно от сознающего ее. Но «сознающий» — лишь акт сознавания, а сознаваемая «вещь» — другая сторона той же монеты.

Следовательно, «сознающий» и «сознаваемое» не отличаются друг от друга, они «не два» — они могут быть только «функцией сознавания», функциональным аспектом чистой потенциальности, которая сама по себе не существует феноменально, или объективно, отдельно от своего проявления как сознающего–и–сознаваемого.

Наблюдающий не может наблюдать наблюдающего.

Вопрошающий есть Ответ.

«Если ты полагаешь, что что–то НЕ является Праджней, позволь услышать, что это» —

Хуйхай, стр.118

Так зачем называть это «Мудростью»

[5]

Определение «ноуменальной жизни»

Находиться в не–объектных отношениях со всеми вещами — значит жить ноуменально.

Жить без проявления воли — значит находиться в не–объектных отношениях со всеми вещами.

Прекращение объективизации, или чистая мысль, предшествующая «имени и форме» (интерпретации), — это жизнь без проявления воли.

Это

нянь в у-нянь, синь в у-синь, вэй

в

у- вэй,

«движимый лишь Волей Бога» (

Чжуан–цзы

).

У тебя нет объективного существования

(как «тебя»),

Как нет и субъективного существования

(как «тебя»),

Потому что «существование как субъекта»

сделает субъект объектом — которым он

быть не может.

Ты существуешь лишь как само существование.

Харакири

Если привязанность должна быть отброшена, то само отбрасывание также должно быть отброшено.

Но поскольку отбрасывание — это волевой акт, он должен отбросить сам себя.

Можем ли мы отбросить то, чем никогда не обладали?

Что может «делать» или «иметь» хоть что–нибудь?

Давайте начнем с нахождения этого «мы».