Чтение онлайн

Крэл выжидал, будучи уверен, что, как только у протоксенусов настанет период спокойствия, он включит систему и она непременно сработает. Не может не сработать. Не может! Он повторял эти слова как заклинание, как призыв к свершению и неустанно подстерегал, когда в кратере станет спокойно.

И такой момент настал.

Исчезла курительная трубка на экранах, а затем исчезли и сами экраны, стены, темные, свинцованного стекла огромные окна, пульт, весь балкон, нависший над черной бездной, и Крэл увидел... нет, вернее, воспринял всем существом, как Вселенная вошла в кратер и раскрыла себя... Сколько он пробыл наедине с ней, он не представлял. Познание еще никем не познанного могло сломить его, он это понимал и, собрав все силы, вырвался из пультовой.

В ярко освещенном туннеле Крэл перевел дыхание и сразу подпер спиной дверь, словно опасаясь, что возникшее там, за ним, может вдруг заполнить пультовую, может хлынуть наружу.

Прошла минута, может быть час, а Крэл все стоял, не меняя позы, чувствуя, как по лицу медленно стекают капли пота, стоял, едва дыша, не отрывая глаз от входной двери и туннель... Кто войдет в нее первым? Вероятней всего, дежурный. Не окажется ли для него нагрузка чрезмерной? А кому она будет под силу?.. Сейчас может прийти Инса. Что, если она, как и Эльда, всем существом потянется к прекрасной тайне и не выдержит... погибнет, как Эльда, как Бичет... Беспокойство росло, Крэл никак не мог принять решение - что делать, если сейчас в конце туннеля появится Лейж, Ялко или Ваматр...

Вошел Хук.

Вверх по туннелю он шел медленно, не сразу обратил внимание на странную позу Крэла, на его состояние, и только приблизясь к нему, испуганно спросил:

– Что с вами, вам дурно?

Крэл помотал головой и указал на все еще подпираемую им дверь.

– Так вам удалось, вы включились, увидели?!

– Включился. Но я... я не увидел, нет, я ощутил, как бы в некоем озарении мне представилась непостижимая сложность открывающегося теперь нам. И знаете, это пугает. Мы делали все возможное, добиваясь контакта, и не задумывались, чего это может стоить.

Хук понимающе кивнул.

– Слишком велика нагрузка, и вы боитесь...

– Да. Я вспомнил сейчас Эльду Нолан, Бичета и я не знаю, как нам быть... Встреча с другим разумом, восприятие мира, отраженного Внеземным Разумом, - это принципиально новое, неожиданное и очень сильное воздействие на человеческий разум. К этому человек не приспособлен эволюционно, не имеет защитных механизмов. Люди страшатся встречи с чуждыми для Земли бактериями, потому что против них не выработан иммунитет. А ведь мозг наш при контакте с другим разумом окажется еще более незащищенным... Мне все время хочется держать эту дверь...

Хук тоже оперся о дверь и глухо, едва шевеля губами, произнес:

– Так вот какая она... Вселенная...

В это время дверь задрожала. Казалось, что кто-то напирает на нее, стараясь вырваться из пультовой. Хук прижал ее еще сильней. Крэл помогал ему. Оба они превосходно понимали, что нечему вырываться в туннель, и оба все же продолжали придерживать дверь.

– Да пустите же, черт побери!

И Хук и Крэл в эти минуты совершенно забыли, что комната Ваматра сообщается с пультовой. Ваматр стоял на пороге, внимательно всматриваясь в их лица.

– Я отключил вашу систему, Крэл.
– Ваматр тоже был бледен, но стоял прямо, немного откинув голову. Глаза его блестели. Задорно, немного лукаво.
– Итак, свершилось!

Вид и поведение Ваматра немного успокоили Крэла, но Хук все еще был насторожен:

– Может быть, рано, может быть, надо позаботиться о том, чтобы человечество не узнало...

– А пусть его знает. Ему просто необходимо время от времени срывать ядовитые плоды с древа познания. Пусть срывает! Почему, собственно говоря, рано?
– Ваматр даже фыркнул презрительно.
– Подумаешь - рано! Д-а, мы молоды, дерзки и требовательны, как дети. Мы уже хотим настоящий паровозик и позитронного робота в придачу... Да, на нас обрушилось непостижимое. Ну и что из этого? Мы избаловали себя. Почему-то, размышляя о возможных контактах с мирами взрослыми, мы непременно ждем кое-чего задаром, а они, взрослые, вместо того, чтобы сразу же дать нам паровозик, который, кстати, от неумелого обращения может взорваться, говорят: сначала обучись, познай, происходящее во Вселенной. Поверьте, она не страшна, она еще непонятна нам.

– Настолько, - подхватил Хук, - что нужно опасаться перегрузки: следует ли заставлять мальчишку, только-только преодолевшего таблицу умножения, изучать квантовую механику?

Ваматр не ответил, открыл дверь и, когда все вошли в пультовую, стал оглядывать ее, словно выискивая, а не притаилось ли где-то в укромных уголках хотя что-нибудь от так недавно воспринятого им, огромного, привлекательного и настораживающего. Да, да, настораживающего. С самим собой он был откровенен и, конечно, опасался происходящего в кратере не меньше, чем Хук и Крэл: за свинцовыми стеклами, в темной глубине шли процессы, может быть, уже не подвластные людям. Это беспокоило и возбуждало.

– Чаша кратера, - тихо проговорил он, - обращена к звездам. Вселенная льет в чашу щедрый поток, и благодаря протоксенусам мы наконец пригубили ее...

Все трое еще продолжали обсуждать, каковы могут быть последствия подключения Земли к Биосфере Связи, когда приборы начали сигнализировать о неблагополучном состоянии протоксенусов. Ваматр распорядился объявить тревогу.

– Дело так серьезно?
– обеспокоился Хук.

– Никогда они еще не были в столь ужасном состоянии. Не могу понять, в чем дело.
– Ваматр вновь и вновь просматривал ленты на самописцах. Пришла Инса, появился Ялко, но и они ничем не помогли Ваматру.

– Ничего не изменилось в режиме их содержания, как будто ничто пагубно не влияет на них, а они беснуются.

Вскоре в пультовой собрались все руководители групп. Сигналы, поступавшие из кратера, говорили об одном: беспокойство протоксенусов нарастает.

Крэл отвел Ваматра в сторону и спросил:

– А если это из-за того, что мы вдруг отключили систему контакта? Они уже настроились на передачу, вероятно, сконцентрировали всю энергию, целиком занялись этим, и внезапное отключение...

– Может быть, включить?
– глаза Ваматра забегали, он немного воодушевился, но опасливо поглядывал на Хука. Пожалуй, Ваматр рискнул бы обрушить на присутствовавших в пультовой Вселенную, но в это время вошел Лейж.

– Сейчас они, наверно, успокоятся.

– А что изменилось?

– Они опять призвали насекомых.

На этот раз протоксенусы призвали к себе только один вид бабочек. Над кратером уже вилась серенькая струйка, втягивалась в него и поглощалась протоксенусами. Процесс шел стремительней, чем в Холпе, и это обеспокоило Хука.

– Если не удастся приостановить принудительную миграцию насекомых, тайна нашей "астрономической обсерватории" будет раскрыта. Надо попробовать как-то прекратить это втягивание.

И тут вмешался Ялко.

– Насекомые нужны в кратере, и этим сказано все! Они нужны протоксенусам, выполняющим великую миссию. А насекомые... насекомые просто субстрат, из которого складываются протоксенусы. Мы пришли из другого мира, мы включимся в Биосферу Связи и уйдем дальше, выполнив задание!