Осень на кончиках пальцев
Шрифт:
– Меня не это интересует, – отмахнулась Холли.
– О!
Хитро прищурившись, Триш подмигнула подруге.
– Хочешь узнать побольше о смерти Кейт? Не выйдет. Эта Лорел молчит и ничего не рассказывает. Если хочешь попытаться, начни с библиотеки, она часто там бывает.
В книгах Холли разбиралась неплохо благодаря брату. Читать, как он, не особо любила, но разговор поддержать могла. Она задумалась, как бы подобраться к тихоне Лорел, которая отмалчивалась на все вопросы, когда Триш издала странный звук. Который, как знала Холли, можно было считать восторгом.
Проследив за взглядом подруги, она увидела брата. Вместе с Эйданом они спускались по другой стороне лестницы, увлеченные разговором. Оба в школьной форме, но Джейсон хмурился, ему явно не нравилось, о чем говорили. И вряд ли осознанно, он расслаблял узел галстука, чтобы стянуть его с себя.
Триш очень хотела познакомиться с Джейсоном, и как-то Холли даже пришлось их представить. Но к вящему неудовольствию Триш, Джейсон даже не обратил на нее внимания. После этого интерес Триш перекинулся на Эйдана, но тут она благоразумно не просила свести их, а просто восхищалась издалека.
– Нет, ну идеальный же, правда! – вздохнула Триш.
Холли только закатила глаза, не желая развивать тему. По правде говоря, она полагала, Триш могла бы подойти Эйдану: такая же идеально аккуратная, может, не настолько обаятельная, зато красивая и с длинными ногами.
– Он же бывал у вас дома, да? – спросила Триш. – Ты могла пригласить меня. И я бы случайно вышла из душа, а халатик распахнулся…
Она явно начала предаваться фантазиям, и Холли осадила ее:
– Обычно Джей к нему ездит.
Сама Холли никогда не бывала у Хиллов. Зато хорошо помнила тот раз, когда у них на пороге появился Эйдан. Это было прошлым летом, сразу после окончания учебы. Джей тогда первый год общался с Эйданом, а Холли его плохо знала. Но именно она открыла дверь и с удивлением узнала друга брата. Стоял поздний вечер, Эйдан вымок под дождем, дрожал от холода и спрашивал, дома ли Джей.
Брат ее прогнал, не давая услышать разговор. Только после, когда Эйдан принял душ и переоделся в сухую одежду Джея, а отец пожал плечами, что у них можно остаться, Холли осторожно принесла брату и его другу чай. Ее не прогнали, и это стало первым вечером, который она провела вместе с ними.
Тогда и узнала, что Эйдан планировал провести несколько дней у Молли, у которой уехали родители, а потом уже домой. Только что-то пошло не так, Молли, с которой они встречались, выгнала его прямо вечером.
– Я ей всё рассказал, – хмуро говорил тогда Эйдан. – А она назвала меня психом и выставила.
Холли не знала, о чем он, но тогда прониклась сочувствием, а в следующие несколько дней, пока Эйдан оставался у Джея, и интересом. Так что даже перестала ревновать брата к новому другу.
Раньше их всегда было двое, Джей и Холли, против остального мира и всего, что только может быть. Но появился еще и Эйдан, который неожиданно и для Холли стал важен.
– Ты ему нравишься, – сказал Джей в прошлом году.
Но Холли фыркнула в ответ. Она совсем не хотела портить дружбу. И понимала, что, если что, больно будет даже не ей, а брату.
Джейсон часто показывал ей рассказы и наброски того, что писал. Холли нравились рассказы брата, он умел подмечать детали и показывать вещи с неожиданных сторон. И ей врезалась в память фраза… после визита Эйдана и знакомства с ним поближе, она поняла, о чем писал Джейсон.
«Расскажи о собственной боли. А я поделюсь своей. И мы никогда не будем одиноки».
В библиотеке Холли бывала редко. На самом деле, ей быстро становилось скучно среди одинаковых стеллажей и цветных корешков. Она искренне не понимала, как можно на полном серьезе проводить кучу времени на пластиковых стульях, среди запахов страниц.
Как-то Джейсон сказал, что среди книг проще прятаться. Холли была не согласна. Она считала, что прятаться лучше в переполненных комнатах и на вечеринках – никому не придет в голову приглядываться к тебе в толпе.
Триш сказала, сестра Кейт сейчас в библиотеке, так что Холли отправилась между стеллажами, успев заглянуть в зал на первом этаже, где иногда проходили лекции. Там царила пустота, только мистер Тэрайн, глава библиотеки и архива, уточнил, смотря поверх очков, нужно ли ей что-то конкретное. Холли покачала головой, сослалась на школьную программу и отправилась на второй этаж.
Лорел Фостер сидела за одним из столов. Подперев голову руками, она читала, и одна из кос то и дело норовила упасть на страницу. Лорел с раздражением отбрасывала ее назад, но та снова скользила на бумагу.
Может, как и Джейсон, Лорел предпочитала прятаться в библиотеке. По крайней мере, покрытые словами страницы не выспрашивали о смерти сестры.
Холли стало почти стыдно, но интерес был сильнее. К тому же, она понимала, почему Джейсон хочет узнать о смерти Кейт. Он заслуживал это.
Решительно взяв со стеллажа книгу, Холли направилась к столикам. С громким скрипом подвинув стул, уселась на него верхом, смотря на поднявшую голову Лорел. Хлопнула своей книгой по столу.
– Мне нужен совет.
Подумав, добавила:
– Пожалуйста.
От Лорел пахло травами, а глаза у нее оказались такими же большими и прозрачно серыми, как у Кейт. Только Холли помнила, как задорно смеялась Кейт, как ни на минуту не останавливалась, всегда энергичная и решительная.
Лорел казалась бледной тенью сестры. Хрупкая, бледная, с водянистыми глазами и будто никогда не улыбающимися губами. Словно высохшая, листок, который вот-вот сорвется с дерева под осенним ветром. Даже ее волосы вроде походили на волосы Кейт… но у той всегда шелковистые, блестящие, у Лорел же они были собраны в две жидкие косы с выбивающимися прядями.
– Что за совет? – вздохнула Лорел и опустила глаза на книгу.
«Франкенштейн, или современный Прометей» Мэри Шелли.
– Я хочу прочитать что-то вроде этого, – сказала Холли. – Только современное.
– Рада, что ты умеешь читать.
Сначала Холли не поняла, а потом чуть не задохнулась от возмущения: эта спокойная девица с водянистыми глазами вздумала над ней смеяться! Хотелось оттаскать ее прямо тут за ее жидкие лохмы или высказать всё, что Холли считает нужным. Но она вспомнила Джейсона: брату важно знать правду о смерти Кейт. Ради этого можно и потерпеть.