Чтение онлайн

— Понял. А в реальном мире что? На моего двойника могут повлиять другие маги?

— Ментальную проекцию можно развеять, — кивнул лэн Лойен. — Но это не означает ее убить. Все, что при этом случится с двойником в обычном мире, это просто нарушится его связь с реальностью, то есть он попросту вернется обратно в астрал. Но не исчезнет, как я уже сказал. Его в любой момент можно призвать снова. Зато от него можно отгородиться с помощью блокираторов магии — сквозь генерируемое ими поле проекции, как правило, пройти не в состоянии. И магическую защиту двойник тоже преодолевает с большим трудом, а затраты на его поддержание в процессе перехода настолько высоки, что оно, если честно, того не стоит.

Ага.

Вот почему Арли сказала, что общаться с помощью ментальных проекций нам будет сложно. Впрочем, как я уже говорил, нет ничего невозможного для того, кто задался целью, так что, если совсем приспичит, я ее все равно навещу.

— Все, — неожиданно сказал учитель. — Для первого раза достаточно. Сделаем перерыв. С непривычки двойники вытягивают много сил. Но чуть позже мы сюда еще вернемся.

Я с откровенным сомнением глянул на свою точную копию.

— Просто выходишь и все, — без труда угадал причину моих колебаний лэн Лойен. — Никаких дополнительных действий с двойником при выходе из астрала производить не требуется. Когда ты вернешься, он будет невидим даже для тебя, но усилием воли его всегда можно вернуть… вот так.

Учитель сделал неуловимое движение, и рядом с ним совершенно бесшумно возникла его точная копия. То же лицо, та же одежда… даже взгляд был точно таким же, так что на мгновение я даже усомнился, кто из них кто. Однако двойник исчез так же быстро, как и появился, словно его никогда и не было.

— Если тебе так спокойнее, можешь перед уходом его убирать. Для этого достаточно обычного волевого усилия. Когда придешь в следующий раз, таким же образом его вернешь.

Я кивнул и тут же спрятал своего двойника в темноте.

Вот. Так уже складнее, а то у меня осталось ощущение чего-то незавершенного. Да и спокойнее, когда точно знаешь, что никаких следов после себя в астрале не оставил.

После этого я следом за учителем вернулся в обычный мир, порядком удивившись тому, что чувствую себя не только уставшим, но и голодным. Но потом пообщался с Эммой, выяснил, что все то время, что я просто экспериментировал и развлекался с двойником, мой дар работал намного интенсивнее обычного, и мысленно присвистнул.

— Ну что? — с улыбкой посмотрел на меня лэн Лойен, когда подруга выровняла мне уровень глюкозы в крови и подправила баланс питательных веществ. — Готов еще немного меня послушать или отправим кого-нибудь в ближайший магазин за ужином?

— Готов, конечно, — фыркнул я, быстро придя в норму.

— Ну тогда давай я расскажу тебе, как в кратчайшие сроки укрепить связь с двойником. И если к тому времени, как я закончу, ты все еще будешь в состоянии заниматься, то мы сразу же и опробуем это на практике.

Из школы Дакаэ я вышел только в половине одиннадцатого. И то лишь потому, что учитель аккуратно намекнул, что пора бы закругляться. Есть, конечно, очень хотелось, но неподалеку от школы имелось сразу два автоматизированных кафе, которые были открыты даже ночью, поэтому голод я вскоре утолил, да и прошедшим днем был вполне доволен, потому что многое за этот день успел.

А еще напоследок я все-таки поспрашивал учителя по поводу расщепления отдельных ветвей магического дара, а заодно деликатно поинтересовался, есть ли для сопряженного мага вроде меня какой-то способ отказаться от развития какой-либо ветви.

— Есть, — несказанно обрадовал меня учитель. — И ты, кстати, уже сейчас можешь сделать это с ветвью разума, а в перспективе — и с любой другой ветвью своего дара.

— Да? И что для этого требуется?

— Ничего особенного, — рассмеялся лэн Лойен. — Достаточно лишь расщепить нужную ветвь до предела, и больше она тебя тревожить не будет. Расщепленная ветвь не растет, ученик. Это — одна из ее особенностей. Поэтому к расщеплению, как правило, часто не прибегают. Особенно в период, когда дар должен перейти на следующую ступень.

Я удивленно приподнял брови.

В самом деле? Вот так просто? Значит, мастер Майэ именно таким образом не дает развиваться своей ветви предвидения? Сначала держит ее в расщепленном состоянии, а потом до кучи еще и откатывает к прежнему уровню, когда, так сказать, проводит процедуру омоложения?

— Что? — с улыбкой посмотрел на меня учитель. — Думаешь, я тебя обманываю?

Я качнул головой.

— Нет. Просто мне интересно понять механизм. Вот, допустим, не захочу я развивать ветвь разума… мне нужно все время держать эту ветвь в расщепленном состоянии или же есть какие-то сроки? К примеру, пол-рэйна в день? Или десять рэйнов в месяц?

— Если ты хочешь остановить ее в развитии полностью, то расщепление придется держать постоянно. Для сопряженного мага это — обязательное условие. А если тебе просто нужно ее притормозить, то достаточно будет хотя бы ежедневно часть времени держать нужную ветвь в расщеплении. Но это достаточно сложно. Нужна очень высокая концентрация и хорошая сила воли. К тому же, работая в расщеплении, фактически ты сам себя ослабляешь, потому что твой дар в это время становится нестабильным. Отсутствие даже одной ветви делает его реакции менее предсказуемыми. Поэтому намного проще использовать блокираторы соответствующего направления. Да и не знаю я, откровенно говоря, магов, которые захотели бы сами себя ограничить в развитии.

Хм.

А я знаю.

Но меня смутило другое. Когда Моррох об этом рассказывала, она упомянула, что не знает, каким образом мастеру Майэ удается держать ветвь предвидения неразвитой. И это, заметьте, сказала мне не просто провидица, а одна из лучших менталисток Нижнего города. И пусть ей самой это было не нужно, но хотя бы в теории она должна была знать, что такое можно проделать.

Почему же она сказала мне совсем другое?

Подозревать ее во лжи было нелепо — это был разговор, можно сказать, на отвлеченную тему, и врать тут попросту ни к чему. Ну а раз она была со мной честна, то я совершенно справедливо усомнился, что за остановкой развития магического дара скрывается только лишь расщепление.

Лэн Лойен, когда я озвучил ему свои сомнения, очень внимательно на меня посмотрел.

— Как ты думаешь, ученик, по какой причине мы взяли с тебя клятву о неразглашении, когда ты открыл для себя не просто расщепление дара, но и расщепление конкретной его ветви?

Я откровенно заколебался.

— Хотите сказать, это не общеизвестный факт?

— Расщепление дара — да. Его, как ты знаешь, используют достаточно часто. И этим практикам особо одаренных детей даже специально обучают. Но расщепление отдельной ветви — совершенно другой разговор. И если ты пороешься в учебниках, то никакой информации на тему того, что это вообще возможно, тебе найти не удастся.

— Да в учебниках вообще ничего важного нет, — справедливости ради заметил я.

— Там даются основные понятия, классификации и принципы работы с магическим даром, — не согласился учитель. — Даже тема расщепления дара в общих чертах там тоже присутствует. А вот расщепление отдельных ветвей — нет. Как думаешь, почему?

— Э-э… это закрытая информация?

— Не только закрытая, но и опасная, — кивнул лэн Лойен. — Маг с расщепленной ветвью — потенциально неуязвимый противник. Расщепленную ветвь, если помнишь, нельзя заблокировать, на нее нельзя подействовать извне, при этом сама она при желании может оставаться рабочей, а нередко еще и приобретает новые свойства, которые делают такого мага опасным вдвойне. Как считаешь, нужны тэрнии такие маги в большом количестве?