Чтение онлайн

Артем медленно, но утвердительно кивнул и пояснил:

– Заметано! Тем более, что Хомячина меня в отпуск с понедельника отправил. Сам то, мудак, летом из отпусков не вылазит, а меня вот сейчас приказом обязал.

Его лицо нахмурилось при упоминании о полковнике Хомякове, начальнике городского отдела полиции. У Артема с ним сложились не самые дружественные отношения с тех самых пор, когда майора Нестерова понизили в звании до капитана и, с треском вышвырнув со столичной службы, перевели в этот районный городок.

Они не то чтобы конфликтовали, но откровенно недолюбливали друг друга. Тем не менее, прямой начальник Артема смотрел сквозь пальцы на его частый утренний перегар и более чем прохладное отношение к службе. А сам Артем, зная о тяге полковника к мздоимству, революций не делал и не стучал на него ради собственной безопасности. Так они и соблюдали вынужденный баланс, стараясь реже пересекаться по работе.

Вадик пропустил мимо ушей недобрые слова Артема о Хомякове. У него то самого с полковником все было ровно, поскольку оба они были местными уроженцами и даже почти соседями. А вот упоминание капитана Нестерова об отпуске явно его порадовало. Вадик весело воскликнул:

– Ну, тем более! Отпуск обмыть надо, а то как же?!

У Артема осталось, конечно, какое-то странное чувство в душе. Он не мог понять, откуда хозяин армянского ресторана мог знать его лично?

Нигде и никогда Артем не пересекался с армянскими рестораторами. Ни в Москве, где Артем когда-то работал заместителем начальника уголовного розыска одного из районных отделов МВД. Ни в этом небольшом городке, куда его перевели три года назад из-за скандала со столичным полицейским начальством.

Сомнение это как-то слишком быстро улетучилось из головы капитана Нестерова, поскольку сегодняшний вечер по ощущениям обещал стать ярким и очень насыщенным.

Такие ожидания всегда переполняли Артема перед любым застольем. Иногда они оправдывались, но чаще приносили досаду и разочарование, особенно на следующий, похмельный день.

Тем не менее, решение посетить армянский ресторан было принято, и приятели быстро обговорили время и место встречи. Разошлись в разные стороны и отправились по домам готовиться к вечерним посиделкам.

Артему, сидящему сейчас с кружкой горячего чая на кухне и мысленно собирающего в кучу все события вчерашнего дня, наскучило это занятие. Он решил отложить воспоминания, поскольку чувствовал, что гордиться будет нечем. Что-то подсказывало ему, что эпизоды из его вчерашних «закидонов» наверняка принесут угрызения совести и тяжелое моральное похмелье вдобавок к физическому. Вот и решил ненадолго отвлечься и почитать книжку.

Торжественный банкет в Главном Административном здании Управления МВД СССР, посвященный юбилейной годовщине Дня милиции, прошел, в общем-то, по заранее известному сценарию.

Во время него, к великому облегчению милицейских начальников всех уровней, скоропалительных решений и спешных наказаний пока вынесено не было.

Николай Анисимович Щелоков – единовластный министр МВД СССР, одетый в темно-синий парадный мундир с золотыми погонами и огромным количеством орденов на груди, ждал всех в дальнем конце зала. Он, собрав генералов в круг, пояснил:

– Решил не откладывать обсуждение на совещание в министерстве. Дело не терпит отлагательств! – сразу строго спросил по существу и без подготовки. – Какие подвижки по армянскому инциденту?

Щелоков обвел глазами потупившихся подчиненных.

Высокие милицейские чины стояли, как в рот воды набравши, и не придумали ничего другого, как одновременно повернуться с немым вопросом в глазах в сторону министра МВД Армении.

Высокий и худощавый седой человек в форме генерал-лейтенанта милиции сообразил, что уйти от прямого ответа не удастся и начал лепетать:

– Товарищ генерал армии, делаем все возможное! Больно уж дело заковыристое, но сотрудники работают..!

Щелоков возмутился:

– Товарищ Паталов, вы отдаете себе отчет насколько это важное дело? Из банка вашей республики похищено полтора миллиона рублей! Это удар по нашей денежной системе! А вы мне про какие-то заковыристости говорите…

Он не дал ничего сказать армянскому министру в свое оправдание. Продолжил, подняв вверх указательный палец, символизирующий упоминание о небожителях:

– Евгений Гургенович, дело на контроле Политбюро! Леонид Ильич лично интересуется чуть ли не каждый день. С момента кражи прошло уже больше трех месяцев, а преступники так и не выявлены. Украденные деньги не возвращены! Вы представляете в каком свете выглядит советская милиция? И это в год ее шестидесятилетия!

Генерал Паталов больше всего сейчас хотел провалиться сквозь мраморный пол, местами застеленный огромными красными шерстяными коврами. Не было у него вразумительных ответов грозному министру. И хотел бы сказать что-то по существу, но начал лить воду о подробностях дела, которые и так были хорошо известны всем присутствующим:

– Николай Анисимович, я хорошо понимаю ответственность момента. Группы оперативников и следователей работают в Ереване. Это же не шутка – похитить из хранилища госбанка Армянской ССР тридцать килограмм купюр. Мы уверены, что без наводчика не обошлось. Просеиваем сейчас весь персонал банка. Да и сумму такую преступникам сбыть не просто. Причем серия банкнот в основном одна. Мы проверяем магазины, рынки, сберкассы. Никуда не денутся, рано или поздно накроем!

Щелоков закипел. Лицо его покраснело от возмущения. Он стал громко выговаривать, не обращая никакого внимания на многочисленных гостей, приглашенных на банкет, вмиг расплескавших шампанское из бокалов и отпрянувших от этого круга генералов, как от вспыхнувшего костра:

– Раньше или позже ваши погоны слетят, Евгений Гургенович! И сдается мне, что будет это скорее раньше, чем позже. Леонид Ильич дал нам три месяца сроку, чтобы найти деньги и схватить злоумышленников. А через месяц будет заседание Политбюро, где мне зададут по этому делу вопросы. Непременно зададут! Что, по-вашему, я должен там отвечать?! Вы хоть представляете себе, товарищ генерал-лейтенант, какие там могут быть сделаны оргвыводы?!

– Так точно, товарищ генерал армии! Представляю!

Паталов стоял ни жив, ни мертв. В его мыслях уже мерещились сорванные с кителя генеральские погоны и должность начальника отдела милиции в каком-нибудь заштатном, армянском Мухосранске.