Чтение онлайн

Папа пошел открывать, и в сад вошел какой-то господин. Он посмотрел на Рекса и сказал:

— Кики! Наконец-то! Я тебя обыскался!

— Но, мсье, объясните, наконец, что вам нужно? — спросил папа.

— Что мне нужно? — сказал господин. — Мне нужна моя собака! Кики убежал от меня во время прогулки, и мне сказали, что видели, как какой-то мальчик повел его сюда.

— Это не Кики, это Рекс, — сказал я. — И мы с ним будем ловить бандитов, как в фильме, который я смотрел в прошлый четверг. И еще мы его будем дрессировать, чтобы дразнить мсье Бельдюра!

Но Рекс, похоже, очень обрадовался и прямо прыгнул на руки к господину.

— Как вы докажете, что собака ваша? — спросил папа. — Она была без хозяина!

— А ошейник? — ответил господин. — Вы что, не заметили на ней ошейника? Там есть мое имя: Жюль Жозеф Трампе и адрес. Право же, мне следует подать на вас жалобу! Бедняжка Кики, пойдем скорее отсюда!

И господин ушел, унося Рекса.

Мы стояли оцепеневшие. А потом мама вдруг заплакала. Тогда папа стал ее утешать. Он ей пообещал, что очень скоро я приведу другую собаку.

А у нас — новенький! После обеда учительница вошла в класс с мальчиком, рыжим-прерыжим, а по всему лицу веснушки, и глаза синие, как тот шарик, который я проиграл вчера на перемене, потому что Мексан сжульничал.

— Дети, — сказала учительница, — познакомьтесь. Это ваш новый товарищ. Он иностранец, и родители отдали его в нашу школу, чтобы он научился говорить по-французски. Надеюсь, что вы мне поможете и подружитесь с ним.

Потом учительница повернулась к новенькому:

— Скажи своим товарищам, как тебя зовут. Новенький ничего не понял и улыбнулся. Тут мы увидели, что у него жутко большие зубы.

— Везунчик! — сказал Альцест, мой друг, он очень толстый и все время жует. — Такими зубами можно сразу столько откусить!

Новенький стоял и молчал, а потому учительница сама сказала, что его зовут Жорж Макинтош.

— Yes [2] , — подтвердил новенький, — Джордж.

— Простите, мадемуазель, — сказал Мексан, — так как же его зовут? Жорж или Джордж?

Учительница объяснила, что его зовут Жорж, но на его родном языке это имя произносится как Джордж.

— Ну ладно, — сказал Мексан, — мы будем его звать Жожо.

— Нет, — заспорил Жоаким, — правильно говорить Джоджо.

— Помолчи, Джоаким, — сказал Мексан.

И учительница их обоих поставила в угол.

Учительница посадила Джоджо с Аньяном. Аньян сразу насторожился. Он первый ученик в классе и любимчик, а потому опасается новеньких: вдруг они теперь станут первыми учениками и любимчиками? С нами-то он знает, что может быть на этот счет спокоен.

Джоджо сел и продолжал улыбаться во весь рот.

— Жаль, что у нас никто не говорит на его языке, — сказала учительница.

— Я обладаю некоторыми познаниями в английском, — скромно признался Аньян.

Но когда он показал свои познания, Джоджо только посмотрел на него и начал хохотать. А после постучал себя пальцем по лбу. Аньян очень обиделся, но Джоджо был прав. Потом мы узнали, что Аньян сказал, что у его костюма есть много денег, а садик его дяди больше, чем шляпка его тетушки. Аньян и правда псих!

После звонка мы все вышли на перемену, кроме Жоакима, Мексана и Клотера — они были наказаны. Клотер у нас последний ученик, и он не знал урока. Когда его вызывают к доске, то потом всегда оставляют на перемену в классе.

Во дворе мы окружили Джоджо и стали задавать ему всякие вопросы, а он в ответ улыбался и показывал свои зубы. Потом он вдруг заговорил, только мы ничего не поняли. У него получалось одно «уаншуиншуан» и все.

— Ясно, — сказал Жоффруа, который часто ходит в кино на иностранные фильмы, — он не озвучен на французский. Ему требуются титры.

— Давайте я попробую переводить, — предложил Аньян, он все еще хотел применить свои познания.

— Да ты же псих! — засмеялся Руфус.

Новенькому это очень понравилось. Он ткнул пальцем в Аньяна и сказал:

— О-о! Психпсихпсих! — Он был очень доволен.

Тут Аньян заплакал и отошел. Он всегда чуть что начинает плакать. Джоджо нам все больше нравился. Парень что надо! Я даже угостил его куском шоколадки, она у меня осталась от завтрака.

— А каким спортом занимаются в твоей стране? — спросил Эд.

Джоджо, конечно, ничего не понял и продолжал повторять: «Психпсихпсих». А Жоффруа за него ответил:

— Дурацкий вопрос, у них там все играют в теннис!

— Сам дурак! — крикнул Эд. — Не с тобой говорят!

— Сам дурак! Психпсихпсих! — засмеялся новенький. Видно было, что ему с нами очень весело.

Зато Жоффруа обиделся.

— Кто дурак? — спросил он.

И напрасно, потому что Эд очень сильный и любит давать в нос. Теперь он тоже не промахнулся. Когда Джоджо увидел, как Эд размахивает кулаками, то перестал повторять «психпсих» и «сам дурак». Он посмотрел на Эда и сказал:

— Boxing? [3] Очень хорошо!

Тут он выставил кулаки перед лицом и начал пританцовывать вокруг Эда, как делают боксеры в телевизоре дома у Клотера. А у нас телевизора пока нет, и я очень хочу, чтобы папа его купил.

— Что это с ним? — спросил Эд.

— Балда, он вызывает тебя на бокс, — ответил Жоффруа, потирая нос.

— Ладно, — сказал Эд и попытался боксировать с Джоджо.

Только Джоджо был гораздо более ловок, чем Эд, его удары все время попадали в цель, и Эд начал злиться:

— Как я могу драться, если его нос все время двигается? — закричал он, — и — бац! — Джоджо так стукнул Эда, что тот шлепнулся на пол. Эд даже не рассердился.

— Ну, ты силен! — сказал он, поднимаясь.

— Силен, псих, сам дурак! — ответил новенький. Он здорово быстро учится.

Тут перемена кончилась, и Альцест, как обычно, захныкал, что не успел доесть четыре булочки с маслом, которые принес из дома.

Когда мы вернулись в класс, учительница спросила у Джоджо, как ему у нас понравилось.