Неприрученный вампир
Шрифт:
Михаил ощетинился. Чем меньше Сортиари знали о них, тем лучше. Однако передать это Ванессе могло быть немного проблемой. Он упрекнул себя за то, что не тренировал ее до встречи, чтобы она знала, что можно говорить, а что нет. По правде говоря, Михаил часто забывал, что маленькие дети иногда имеют очень большие уши. Это было то, о чем он должен был напомнить себе, когда его собственный сын станет старше.
Макалистер снисходительно улыбнулся.
— Тебя не удивляет, что я умею колдовать, Ванесса.
— Я живу с вампирами, — сказала она без излишеств. — Вы бы удивились?
Михаил задушил свое веселье. Полна дерзости. Она так напоминала ему Клэр.
— Кто тебе сказал, что я маг? — спросил Макалистер.
Ванесса искоса посмотрела на Михаила и закусила губку.
— Все в порядке, — сказал он ей. — Ты можешь сказать правду.
Она встретила пристальный взгляд Макалистера.
— Ты приснился мне наяву.
Глаза директора Сортиари засияли от страха. Это был первый раз, когда Михаил увидел сильного, бесчувственного мужчину, по-настоящему напуганным.
— И часто тебе снятся сны наяву?
— Брия тоже спрашивала меня об этом, — сказала Ванесса. — Иногда.
Макалистер выпрямился.
— Твои сны наяву — это предчувствия. У тебя было больше одного предчувствия обо мне?
— Не знаю, — ответила Ванесса. — Иногда я их не помню.
— Мне нужно, чтобы ты вспомнила, — Тон Макалистера стал слегка резче. — Мне нужно, чтобы ты хорошенько подумала.
— Что все это значит? — Михаил согласился встретиться с Ванессой. Он не согласился, чтобы над ребенком издевались или допрашивали. — Думаю, пришло время тебе признаться.
— Тебя это не касается, Аристов, — Макалистер, очевидно, не был заинтересован в хорошей игре. Не сильно. — Скажи мне, Ванесса, что еще ты видела?
— Я видела девушку с рыжими волосами, — сказала Ванесса через мгновение. Ее взгляд не дрогнул, когда она смотрела на Макалистера, будто он не был одним из самых сильных мужчин в мире. — И ты ей не очень нравишься.
Капли пота выступили на лбу Макалистера. Кем бы ни была эта рыжеволосая девушка, Михаил хотел пожать ей руку, потому что одно упоминание о ней могло заставить директора Сортиари дрожать.
— Где она? — Макалистер перегнулся через стол, нахмурив брови.
— Не знаю, — ответила Ванесса.
— Не надо мне врать, — Тон Макалистера стал смертельно серьезным. Магия искрилась в воздухе, и Дженнер сделал шаг к Ванессе, в тот же миг Михаил обнял ее. — Где она?
— Он спрятал ее, — голос Ванессы даже не дрогнул. Она была храбрее большинства, стоя перед лицом гнева Макалистера. — Я не знаю, где она.
Макалистер не спрашивал, кто такой этот он, заставляя Михаила думать, что мужчина точно знал, о ком говорит Ванесса.
Михаилу, наконец, надоела эта выставка собак и пони. Это его разозлило, Макалистер знал о видениях Ванессы и пытался использовать ее в своих интересах. Веками ходили слухи, что Сортиари использовали провидцев, чтобы предсказывать будущее, на которое они стремились повлиять. Если он думал забрать Ванессу, чтобы использовать ее в своих интересах, тогда Макалистеру предстояло другое. Михаил скорее положит ублюдка в землю, чем позволит ему использовать девушку в своих корыстных интересах.
— Мы здесь закончили, — Михаил отодвинул стул.
Макалистер не обращал на него внимания, его внимание было сосредоточено на Ванессе.
— Она придет за мной?
Ванесса пожала маленькими плечиками.
— Ты не единственный, кто ее ищет. Думаю, это зависит от того, кто найдет ее первым.
Михаил положил руки на стол и наклонился.
— Я сказал, мы закончили.
— Кто еще ее разыскивает? — Макалистер выглядел так, будто его голова в любую секунду может сорваться с плеч. — Скажи мне!
Глаза Ванессы остекленели, и выражение ее лица стало мечтательным.
— Сумасшедший и зверь, — сонно ответила она. — Тот, кто найдет ее первым, решит твою судьбу.
Глаза Макалистера расширились.
— Дженнер, — пришло время вытащить Ванессу отсюда и подальше от Макалистера. — Отведи Ванессу к машине. Мы уезжаем.
Михаил не знал, о чем говорит Ванесса, и не думал, что хочет знать. Все, что она сказала Макалистеру сегодня вечером, только усилило его интерес к ней, а не уменьшило его. Глупо было соглашаться на эту встречу. Конечно, именно любопытство Михаила к Ванессе побудило его согласиться приехать сюда. Дженнер без колебаний взял Ванессу на руки и направился к двери. Медведь-перевертыш сделал широкий шаг в сторону, очевидно, не заинтересованный в каких-либо препирательствах. Михаил повернулся, чтобы последовать за ним, готовый оставить эту ужасную ночь позади.
— Оракулы не просто гадалки, Аристов, — Михаил остановился от слов Макалистера. — Она станет только сильнее. Ты должен отдать ее нам сейчас. Мы единственные, кто может должным образом обучить ее и научить, как сдерживать эту силу.
«Ерунда».
Михаил обернулся к лицу директора Сортиари.
— Она не товар, которым можно торговать. Она часть моего ковена. Моя. Под моей защитой. Это последний раз, когда ты ее видишь. Если ты снова попытаешься найти ее, любой мир, который был заключен между нами, будет аннулирован.
Михаил повернулся на пятках и зашагал к двери. Взрывом разлетелась на куски левая стена, и стекло обрушилось на них дождем. Сила снесла Михаила с ног, и он приземлился на спину в нескольких футах от двери. Он приподнялся и обнаружил, что Дженнер низко присел, закрыв Ванессу собой, чтобы защитить. У Михаила зазвенело в ушах. Крошечные порезы на его коже начали заживать, и сломанная кость на правом запястье соединилась, когда он встал. Он должен был знать лучше, чем доверять Макалистеру.
— Дженнер, слева от тебя! — Михаил уловил вспышку движения за мгновение до того, как первый берсерк прошел через разрушенную стену.
Похоже, они с Макалистером оба были преданы. И весь ад вот-вот вырвется на свободу.
Глава 29
Взрыв сбил его с ног. Он все еще был в тридцати ярдах от здания, а его пары нигде не было видно. Едкий дым заполнил ноздри, и зрение затуманилось. Гуннар встал и покачал головой, чтобы рассеять туман. Ветер переменился, и он уловил запах своей стаи. Присутствовали отдельные подписи, которые указывали на группу Арена и группу Свена. Он ненавидел разногласия. Их семья распалась из-за амбициозного обмана одного мужчины. После сегодняшнего вечера этот разлом будет исправлен, а нарушитель спокойствия изгнан.