Чтение онлайн

– Да как вы смеете?!

– Смею, миссис Хоук, - перебил я ее.
– Если бы я не располагал рядом неопровержимых доказательств, то не посмел бы беспокоить семью мистера Моулза...

На некоторое время воцарилось молчание, наконец, она сказала:

– Хорошо. Я буду у вас около трех часов, - и повесила трубку.

Я положил трубку и еще раз тщательно продумал весь ход беседы со Стеллой Хоук. Кажется, осечки не должно быть, но оказалось, что всего я не мог предусмотреть.

Ровно в три часа в мой кабинет резко вошла Стелла Хоук.

– Что это за шутки, шериф?
– начала она вместо приветствия.

– О, это не шутки, миссис Хоук, - спокойно произнес я.
– Прошу вас, садитесь, и мы с вами побеседуем.

Она села на стул, перекинула ногу на ногу, достала золотой портсигар и закурила. Внешне она была спокойна, только легкое подрагивание сигареты в ее длинных холеных пальцах выдавало ее волнение.

– Я слушаю вас, шериф, - сказала она.

– Понимаете, миссис Хоук, есть неопровержимые доказательства того, что в ночь ограбления вас не было дома.

– Это слова Джо Наумана?
– усмехнулась она.

– Нет, миссис Хоук, - усмехнулся и я.
– Нет, я на дохлую лошадку не ставлю. Есть свидетели, которые подтвердят, когда вы выехали из дома в ту субботу, и которые видели вас вне дома, когда вы, по вашим словам, были в спальне. К тому же, вы кое-что забыли, - я вытащил из кармана тюбик губной помады и положил его на стол.
– Или вы скажете, что это не ваша?

Лишь на какую-то долю секунды что-то мелькнуло в ее глазах, но затем она вновь овладела собой и отвечала тем же ровным, чуть с оттенком превосходства, голосом:

– Конечно, моя. Я думаю, что вы случайно захватили эту помаду во время своего последнего визита к нам.
– Она усмехнулась.
– Я повторяю, случайно, так как даже не могу допустить мысли обвинить всеми уважаемого шерифа в краже. От своих же слов я не откажусь:

– я находилась в спальне, что подтверждает и мой муж, или вам этого недостаточно?

– Мне было этого достаточно, миссис Хоук, но...
– Теперь я сделал паузу, затягиваясь сигаретой и наблюдая за ней. Она выдержала это время, а поэтому я закончил:

– Но не могли бы вы мне ответить, как ваш муж может свидетельствовать, что вы находились в спальне, когда он сам в ту ночь был в клубе "Зорро" в Майами?

Она промолчала, а я продолжал:

– Конечно, это не самый фешенебельный, но достаточно посещаемый клуб, а поэтому его и сопровождавшую его женщину... Простите, миссис Хоук, но я хочу вас сразу предупредить, что это были не вы. Да, и сопровождавшую его женщину видело довольно большое количество людей.

В ее глазах мелькнули искорки страха и ненависти.

– А где же эти люди, шериф?
– вызывающе спросила она.

– О, не спешите, миссис Хоук, если я доведу расследование до конца и дам делу официальный ход, то все свидетели будут на месте. Тем более, что вашему отцу звонил женский голос...

– С тем же успехом вы могли подозревать Джулию, - усмехнулась она.

– Нет. Джулия была в это время в Майами.

– А это так далеко?!
– деланно удивилась она.
– Значит, для Джулии то, где она находилась, - алиби, а для моего мужа это повод к обвинению в преступлении. За сколько можно доехать из Майами в Делрэй-Бич?

– Ну, минут за сорок, - не ожидая такого напора, ответил я.

– Вот видите, шериф, это не логично. Тогда вам придется подозревать и Джулию, или вам этого не хочется?

– Дело в том, миссис Хоук, что есть и еще некоторые обстоятельства, которые свидетельствуют не в вашу пользу. И только уважение к вашему отцу остановило меня от передачи всех данных прессе.

– С каких это пор вы, шериф, стали уважать моего отца?
– усмехнулась она.

– И вообще, что вы хотите добиться своей беседой со мной?

– Я вижу, что вы достойный противник, миссис Хоук, - сказал я, - и должен это признать, а поэтому у меня к вам есть деловое предложение. Вы, как старшая дочь, говорите с отцом, чтобы он дал согласие на наш брак с Джулией, ну а мне уже будет как-то неудобно выносить все наши семейные недоразумения на суд прессы и общественности.

– Это что, шантаж?
– спросила она.

– О нет, только деловое предложение, - ответил я.

– И кто еще знает все эти ваши данные?
– спросила она.

– Пока, - я выделил это слово, - только я.

– А лейтенант Рейлан?
– спросила вновь она.

– Нет, я повторяю, пока только я. Я все это узнал по своим личным каналам.

Она на некоторое время задумалась, а потом сказала:

– Простите, шериф, но мне нужно время, чтобы обдумать создавшуюся ситуацию. Надеюсь, что день отсрочки до того дня, когда я назову вас своим родственником, не будет для вас слишком большим сроком?

– Иными словами, - сказал я, - вы хотите получить день на размышления, да?

– Вы поняли совершенно верно. Я отвечу вам завтра. Вас это устраивает?

– Вполне. Но если меня не будет в Делрэй-Бич, то можете начать переговоры со своим отцом. А потом, когда я вернусь, уведомите меня.

– А далеко вы собираетесь уехать, если это не секрет?
– спросила она.

Я хотел ответить, что в Нью-Йорк, но какое-то чувство осторожности заставило меня изменить ответ.

– Я хочу поехать проведать свою тетушку в госпитале в Мейконе, если сегодня ночью доктор Стейли вновь позвонит и сообщит, что ее состояние ухудшилось.
– Я усмехнулся.
– Как видите, я вам все сообщаю уже чисто по-родственному...

Ее лицо все так же ничего не выражало, скрываясь под маской надменности.

– И последний вопрос, шериф, - сказала она, - надеюсь, эта беседа не записывалась на магнитофон?

– Зачем?
– удивился я, хотя знал, что магнитофон включен.
– Мы ведь с вами неглупые люди. Я уже сказал, что вы вполне достойный противник, а поэтому я думаю, что мы сможем спокойно договориться...

– Ну что ж, до завтра, шериф, - сказала она, поднимаясь.
– И я думаю, что мы сможем договориться, - и зловещая улыбка на мгновение мелькнула на ее лице.