Не-ум - цветы вечности
Шрифт:
Дайзуи попросил слугу дать монаху чашку чая.
«Чашка чая» имеет совершенно иной смысл, когда это произносится учителем. В дзэне это опять от Бодхидхармы. Он обитал на горе, которую называли Тя, и он хотел оставаться бодрствующим двадцать четыре часа, поэтому он вырвал себе веки и бросил их перед храмом - может это и вымысел, но он заслуживает упоминания. Прошли дожди, и веки проросли. То были первые листья чая.
Их называют чайными листьями, потому что они впервые выросли на горе Тя. А поскольку они происходят от век одного из самых пробужденных людей, Бодхидхармы, - чай до сих пор держит вас бодрствующими. Если не хотите заснуть, чашка чая...
Когда дзэнский мастер говорит: «Дайте этому человеку чашку чаю», - он подразумевает чашку озарения. Таков смысл чая в традиции дзэн. У истины нет истории
Хокку:
Я не могу поделать ничего;
моя противоречивая жизнь,
гонимая ветром.
Я не могу поделать ничего...
Фактически любой, кто приходит к познанию своего сокровенного безмолвия, согласится с поэтом, который говорит: «Я не могу поделать ничего: все, что происходит, происходит. Самое большее, я просто наблюдатель».
...моя противоречивая жизнь,
гонимая ветром.
«Я не могу ничего поделать. Иногда меня гонит к северу, иногда к югу. Все это противоречиво; я просто свидетель».
Быть просто свидетелем, а не деятелем — вот истинная сущность медитации.
Маниша задала вопрос.
Любимый Будда.
В период твоего нездоровья многие из нас решили медитировать на вечернем видео. Казалось, время открыть, что у нас была медитация, которая не зависела от твоего физического присутствия. Так что попутно, пока ты проходил через свое испытание огнем, мы тоже подверглись испытанию. Те несколько вечеров были изумительны: могущественное безмолвие начало расти - так опьяняюще это было, как будто ты действительно оказался с нами.
Согласование этих двух событий — было это просто совпадением или одно пускало в ход другое? Была ли это синхронизация?
Маниша, ты спросила, и ты ответила. Это была просто синхронизация.
Время Сардара Гурудайяла Сингха.
В низовьях Миссисипи маленький черный Вашингтон, маленький черный Джефферсон и маленький черный Линкольн сидят кружком, сравнивая свои имена.
Маленький Вашингтон говорит:
– Меня зовут Неон.
– Неон? — спрашивают двое других.
– Ага, — отвечает малыш Вашингтон, - ведь мой папа придумал неоновое освещение.
Тогда малыш Линкольн говорит:
– Меня зовут Поли. Потому что мой папа придумал полиэстеровые брюки.
Тут малыш Джефферсон выкрикивает:
– Меня зовут Гонорея.
– Ты же не скажешь, что твой папа придумал это?
– говорит Вашингтон.
– Нет, - отвечает Джефферсон, - но он южный распространитель этого!
Чарли Милдев забегает к старому приятелю впервые за много лет.
– Мортон? Мортон Кэш, ты ли это?
– спрашивает Чарли. — Я слышал, ты стал сказочно богат.
– Не могу пожаловаться, - отвечает Мортон.
– У меня дом в городе, сельское поместье, два «феррари», жена, трое детишек, различные компании и несколько хороших капиталовложений.
– Звучит здорово, - говорит Чарли, — но все-таки, что ты можешь делать такого, чего я не могу? Мы оба едим, спим и пьем — что еще есть в жизни?
– Ты зовешь это жизнью?
– усмехается Мортон.
– У меня, когда я встаю, обильный завтрак, потом я лежу на своей веранде. После этого я играю раунд в гольф и возвращаюсь к сытному ланчу. После ланча я снова лежу на своей веранде. Позже, если пожелаю, я зову шофера отвезти меня на коктейль. Вечером я плотно обедаю, лежу на своей веранде снова, а потом выхожу в театр - после возвращаюсь и лежу на своей веранде.
– Это замечательно, - ошеломлен Чарли.
– И безо всякой работы!
Тем же вечером, дома, Чарли рассказывает своей жене все о Мортоне. Когда он упоминает жену Мортона и троих детишек, миссис Милдев прерывает:
– Как звать его жену?
– Не знаю, - отвечает Чарли.
– Думаю, Веранда!
Отец Фамбл обходит свой церковный приход в орегонской деревне и решает зайти к семье Фоссил.
Малыш Фредди Фоссил спрашивает из-за двери, и Фамбл говорит:
– Благослови тебя Боже, сынок. Могу я поговорить с твоей мамой?
– Не можете, - отвечает Фредди.
– Ее задавило трактором.
– Ах! Господи!
– выпаливает Фамбл.
– Тогда позволь мне поговорить с твоим отцом!
– Невозможно, - отвечает Фредди.
– В самом деле? Почему?
– Потому что его задавило трактором, - отвечает Фредди.
– Милостивый Иисус!
– восклицает священник.
– Тогда позволь мне повидать твоего дядю Боба!
– Невозможно.
– О, Боже! Ты хочешь сказать, что он тоже попал под трактор?
– Ага.
– Ах! Ты несчастный мальчик, - говорит отец Фамбл.
– Так что же ты здесь елаешь?
– Я?
– спрашивает Фредди.
– Я управляю трактором!
Ниведано...
Ниведано...
Будьте безмолвны.
Закройте глаза.
Почувствуйте свое тело совершенно застывшим.
Это надлежащий момент заглянуть внутрь
со всей полнотой вашего сознания и настоятельностью,
как будто это последний миг вашей жизни.
Вы обязаны достичь самого центра своего существа.
Когда один за одним
вы достигаете центра своего существа,
аудитория Будды становится собранием будд.
У самого центра своего существа
вы будда прямо сейчас!
Станьте свидетелем,
ибо это единственное качество,
которое остается в конечном счете.