На острие проклятия
Шрифт:
чтобы их гладили и чесали в разных местах.
— Тэйлин, мне рассказали, что вы поймали Макса.
— Вот даже не сочувствуй ему! Он легко отделался. И ещё вопрос, кто ему больше боли
доставил — я или Тая. То, как она ему некоторые синяки сводила, даже мне было жутко.
— Можно вопрос? — спросила, гладя котёнка и медвежонка разными руками.
— Спрашивай.
— Как так получается, что и котята, и медвежата?
— Тут как повезёт. Угадать сложно. У Мирки первый раз близнецы были — вон конфеты делят, —
так Ник медвежонок, а Аня кошечка. У Эрика и Жени жёны магички, без второй ипостаси, так
детки медвежата. Хотя у меня есть знакомый. Эх, не попал твой курс к нему в крепость на
практику. Так вот, он оборотень, она — маг. И дети у них родились все маги. Хотя его дочь
вышла замуж за кота, и дети все котята были. Но у вас с Тони просто маги будут.
— Не стоит забегать наперёд.
— Да? Ты разве не видишь, как она на тебя смотрит?
Промолчала, смущённо улыбаясь. Дети увлекли меня ещё поиграть с ними в мяч и даже повели
кататься на горках. Я себе ни в чём не отказывала и каталась наравне с ними.
— Ир, а ты во сколько лет ту ведьму встретила? — спросил медведь после моего очередного
спуска с горки.
— В пятнадцать.
У Тэйлина хрустнули кулаки. А я как-то опять поняла, что не сильно выросла в высоту и была
чуть-чуть выше его старших внуков.
— Как раз на летних каникулах в школе, — сказала тихо. — Я потом думала, как родители
пережили мою пропажу. Я у них была единственным ребёнком.
Начал капать мелкий противный дождь, и детвора увела меня в дом. Девочки с таким восторгом
смотрели на мою косу — догадалась, о чём попросят.
— А можно тебя заплетать? — спросили две девочки-близняшки, подружки внуков Тэйлина.
— Можно, — в доме мы были босиком, и я села сразу на пол, скрестив ноги.
— Не представляю, как ты справилась, — проворчал мужчина, садясь недалеко от нас на диван.
— Ну, пешие переходы, ночёвка в лесу или поле, — улыбнулась, — очень напоминает летние
практики в академии.
— А нечисть или нежить встречала?
— Единичные особи и всего пару раз. Результат был не в их пользу.
Девочки уже вовсю что-то сооружали у меня на голове. Притом одну половину головы взяли Аня
с Лили, другую — младшие внучки куратора. Младшие медвежата, пользуясь моментом, что руки у
меня свободны, обернулись и подставили бока для почесываний. Тэйлин сел рядом, и к нему тоже
полезли дети.
— Всё равно, ты была ребёнком… Одна, непонятно где.
— О, поверьте, очень быстро взрослеешь.
— Знаю, — он как-то странно посмотрел на близняшек. — Вот эти две кошечки тоже быстро
взрослели. Потом, когда жизнь пришла в норму и стала безопасной, у них всё наладилось. Они
стали вести себя как маленькие дети, а не как взрослый, запертый в детском теле. А тебе
такого не дали…
— Да, в полной мере спокойно стало только когда смогла найти стабильную работу. Пусть и
нудную до зубного скрежета, но зато нужную.
— Это как? — спросил медвежонок Вадим.
— В архиве работала. Моя задача была всё пересмотреть, отсортировать по направлениям и по
годам. Архив был размером с обычную местную школу, и я была одна. Вот уж где наработка
терпения была! А то порой хотелось всё спалить. Ещё, кроме сортировки, нужно было реестр
документов заново сделать. Как только всё доделала, меня и уволили. Знаете, я даже
порадовалась. Потом, когда познакомилась с Бонсом и Николасом, с ними скучно не было. Хоть
поговорить можно было.
— Бонс… знакомая фамилия, — сказала одна из девочек.
— Защитная магия. Он занимался расчётами по сложным щитам — так, чтобы их комбинировать и
безопасно накладывать один щит на другой. Это сейчас мы можем учить готовые заклинания и их
связки. А раньше кто-то это должен был придумать, как минимум на бумаге рассчитать. Как
максимум — ещё на практике всё опробовать и внести в реестр заклинаний.
Дети дружно сказали:
— Вау!
— Но он же жил… — Глеб почесал макушку, вспоминая.
— Чуть больше семисот лет назад, — подсказала медвежонку. — И был не единственным в своём
роде магом. Просто все существующие заклинания кто-то когда-то придумал и испытал. А потом
научил других.
Он кивнул и выжидающе посмотрел на меня и своего дедушку.
— Они молча намекают на твой возраст.
— Много мне, детки, очень много.
— Скажи! — от кошечек с правой стороны.
— Две тысячи триста… — зависла, подсчитывая, — две триста двадцать пять.
— Вау! — опять от детей.
— А где ты была после работы у Бонса? — спросила Лили. У неё глаза голубым блеснули.
— Что видела? — спросил её дедушка.
— Прошлое. Он странный был, этот вампир.
— Да, это называется ментальное воздействие, — сказала тихо, — тогда я ещё не знала о
ментальных щитах, и он на меня воздействовал.
Мне разрешили посмотреть, что у девочек получилось мне заплести. С одной стороны была
интересная коса, подобранные прядки по всей длине. А с другой было несколько более мелких
косичек.
— А можно мне теперь вот такую вот косу, но по центру, — показала на центр головы, — и из
всех волос. Жаль, что такое сама не заплету.
Девочки распустили мои волосы и по новой стали заплетать, но уже то, что я попросила.
Услышала, как зашли в дом.
— О, Ириска, не замучали тебя? — узнала Тима, к нему сразу его дети побежали.
— Нет, детки замечательные.
— Тони скоро подойдёт, — сказано было с улыбкой, медведя не видела, но улыбку в голосе