Чтение онлайн

— Прошу к столу. Я на минуту, — с трудом выдавливаю из себя улыбку.

Быстро удаляюсь в спальню и, закрыв за собой дверь, прижимаюсь к ней спиной. Я не хочу туда возвращаться.

Я ещё раз убеждаюсь в своей правоте в отношении Вадима Романова. Он не тот, за кого выдает себя. Странно, что мой муж этого не замечает. Ну что ещё более удивительно — он каким-то образом пронюхал о моей беременности, но ничего не сказал Мише. Складывается впечатление, будто Вадик ведёт какую-то свою игру, правила которой известны лишь ему одному.

А что, если он нарочно пытается рассорить нас с Мишей? Вот только зачем ему это нужно?

Лучшее, что я могу сделать в этой ситуации, — постараться провести вечер в спокойной обстановке. Возможно, откроется нечто такое, что расставит все по своим местам. А если нет, то после ужина у меня состоится серьезный разговор с мужем.

Я поворачиваю ручку двери и, открыв её, вздрагиваю от неожиданности — передо мной стоит Миша. Он входит в спальню с озадаченным выражением на лице и присаживается на край кровати.

— Инга, я волнуюсь за тебя, — серьезно произносит он. — Ты в последнее время очень бледная. Похудела.

— Удивительно, что ты это заметил, — говорю то, что вертится на языке. — В последнее время произошло слишком много неприятных событий. Видимо, на мне так сказался стресс.

— Стресс? — задумчиво переспрашивает он. — Может, причина в другом?

— В чем, например? — я держусь уверенно.

— Инга, я не знаю. Но я беспокоюсь за тебя.

— Ты меня удивляешь, Миша. Столько дней тебе не было до меня никакого дела, а тут вдруг ты резко спохватился, — я пожимаю плечами.

— Прости меня, — он подзывает меня к себе и прижимается щекой к моему животу. — Скоро все изменится. Я закончу дело Захарова и смогу вернуться к нормальной жизни.

— Я все отлично понимаю, Миш, — я опускаю ладони на его голову и рефлекторно начинаю поглаживать жёсткие волосы. — Но работа должна оставаться на работе. А ведь дело не только в этом.

Я не могу удержаться, чтобы не упомянуть об этом, тем более, пять минут назад кое-кто решил вспороть мне старые раны. Но об этом я умалчиваю. Пока Вадим и Лариса находятся у нас в гостях, эту тему поднимать не стану. Выяснение отношений и, тем более, новость о моей беременности сегодня как минимум неуместны.

— У меня ничего с ней не было, — устало говорит муж.

— Хорошо. Ладно, идём, — быстро отстраняюсь от него. — Нас уже заждались твои друзья.

Когда я подхожу к двери, оживает телефон Миши. Он достает гаджет из кармана брюк и, глядя в экран, резко меняется в лице.

— Что-то не так? — спрашиваю я.

— Я должен ответить на звонок. Инга, иди к гостям, — глухо говорит Миша. — Я скоро буду.

Я молча киваю и, захлопнув за собой дверь, несколько секунд стою на месте. Еще несколько недель назад я бы ушла к гостям, но только не сегодня, не сейчас — подорванное доверие очень сложно восстановить.

— Мы же с тобой договаривались, ты оставляешь меня в покое, а я… — фраза резко обрывается, а голос мужа становимся грубым. — Что тебе нужно?

Я чувствую, как сердце в груди ускоряет свой ритм. Кажется, будто я совершаю нечто предосудительное, продолжая стоять возле двери в спальню и подслушивать разговор, не предназначенный для моих ушей.

— Да, у Егорова может быть туз в рукаве, — тихо говорит Миша, а после непродолжительного молчания бросает резко: — Сань, не грузи.

Я делаю несколько неуверенных шагов в сторону гостиной, желая только одного — чтобы процесс по делу Захарова наконец-то завершился.

— Лар, это сообщение ничего не значит, — раздраженно бросает Вадим, когда я подхожу к двери кухни-гостиной.

— Я игнорировала ее вечерние звонки, списывая их на решение рабочих вопросов, но подобное сообщение — это перебор, Вадим, — твердо заявляет Лариса.

— Она — моя помощница. На этом всё, — тон Романова становится ледяным. — У меня с ней ничего нет. А твои приступы ревности, милая, мне порядком надоели.

— Считаешь, я необоснованно требую разъяснений? — не повышая голос, говорит его супруга.

— Это твои домыслы, Лара. Не больше и не меньше, — отрезает Вадим. — Не порть мне настроение. Мы пришли в гости к другу и его жене. Не устраивай хотя бы при них представлений. Оставь цирк для дома, хорошо?

Лариса не отвечает, а я спустя пару секунд проскальзываю в гостиную. Натянув на свои губы что-то отдаленно напоминающее улыбку, приглашаю гостей за стол. Если бы я не слышала разговор супругов, то никогда бы не догадалась, что между ними что-то не так. Вадим выглядит настолько невозмутимым, что даже сама мысль о ссоре с Ларисой кажется невозможной. Но глаза его жены выдают истинное положение дел — в потухшем взгляде Лары отражается тоска и боль. Мне так жаль ее, ведь еще недавно со мной происходило нечто подобное.

— А Мишка-то где? — спрашивает Вадим, заполняя свою тарелку едой.

— Сейчас подойдет, — отвечаю резче, чем хотелось бы, и это не укрывается от супругов.

— Поругались? — тихо интересуется Вадим.

— Нет, у него важный звонок, — пожимаю плечами. — Лар, налетай. В этом ресторане очень вкусно готовят.

— Благодарю. Я немного задумалась, — быстро говорит она и моментально поясняет, демонстративно закатывая глаза: — О работе, конечно же.

— Скоро и я вступлю в ваш клуб трудоголиков, — усмехаюсь я. — Начнется работа над новым проектом, и мне ничего не останется делать, как уйти с головой в работу.

— Новый проект? Расскажи поподробнее, — мгновенно поддерживает разговор Лариса, и я посвящаю ее во все подробности, которые не являются закрытой информацией.

Тем временем возвращается Миша, и Вадим заметно приободряется. Остаток вечера они обсуждают рабочие вопросы, автомобили и бои без правил, которые пройдут в следующие выходные.

В целом, ужин проходит неплохо. Обсуждаемые темы никак не затрагивают щекотливые вопросы, поэтому и все присутствующие чувствуют себя вполне комфортно.

Часы показывают двенадцать, когда чета Романовых решает поехать домой, а с Мишей выходим в коридор, чтобы проводить их. Лариса натягивает свои сапоги, но застежка неожиданно заедает. Вадим опускается к ее правой ноге, оставляя телефон на тумбочке прямо перед моими глазами. Именно в этот момент на экране гаджета высвечивается новое сообщение, текст которого и отправитель мне отлично виден. И знаком.

Вадь, так ты сможешь подъехать?

Меня буквально передергивает от отвращения, особенно когда через несколько секунд прилетает и следующее: