Чтение онлайн

— Он не сказал, что с главным врачом, — с сомнением произнесла Саша.

— Да? — удивился Барсуков. — Ну, значит, мне показалось…

«С утреца» полковник Барсуков надел мундир. Старый мундир, но со всеми знаками отличия. Начищенный и наглаженный. Не взятый в Питер по причине того, что полковникам форму выдают раз в полгода. А шкаф в квартире на Лесном у Барсуковых не так чтобы уж очень большой. Вот и остается в «загородной резиденции» немало разного хлама. Иногда полезного. Как оказалось в этот раз.

— Грамотно, — похвалила Саша отца, увидев его при всем параде.

— А то я сам не знаю, что грамотно, — обиделся полковник. — А тебе неплохо бы макияж поскромнее сделать.

— Не скажи, — возразила Александра. — Если там не подействуют звезды на твоих погонах, то не исключено, что сработает профессиональный макияж на моей физиономии.

— О Господи! — Николай Трофимович закатил глаза. — Ты что-то меняешься у меня, Сашка. И я не уверен, что в лучшую сторону.

— Судите о человеке по делам, а не по его словам и внешности, — усмехнулась Александра.

Полковник вздохнул и горестно покачал головой.

— Ну, мы пошли, — сообщил он выстроившимся в ряд Тамаре Сергеевне, собаке Кляксе и вернувшемуся к утру коту Кешке, которые глядели на собравшихся в сомнительный поход грустно и сочувственно.

А Саша подумала, что платочков в руках и лапах им явно недоставало. Чтобы махать этими платочками уходящим, а потом слезы скупые утирать. Николай Трофимович оглядел ровный строй домашних и довольно хмыкнул. Не часто перед ним и подчиненные, которым по рангу положено, во фрунт выстраивались. А тут — домочадцы. Будь он сентиментален, прослезился бы.

— К обеду вернетесь? — трагическим тоном произнесла Тамара Сергеевна.

— И даже ко второму завтраку, — уверил ее Николай Трофимович. — Мы быстро — туда и обратно.

— Не прикасайтесь там ни к чему, — жалобно попросила она. — И марлевые повязки попросите.

— Обязательно, — серьезно кивнул полковник. — Как же без них…

План отца с дочерью был прост, без выкрутасов. Они проходят сквозь кордон охраны — кто посмеет не пропустить полковника МВД?! — по возможности заглядывают в палаты, где Саша запечатлевает увиденное с помощью техники последнего поколения, а затем они направляются к главврачу, где настраивают его на признание. Которое, естественно, пишется на Сашин диктофон. В зависимости от результатов вылазки потом они идут либо в администрацию, либо к прокурору области, либо Саша выпускает сюжет в эфир. А может быть, все вместе. Потому что скрывать факт эпидемии от населения — деяние, чреватое ответственностью. Правда, не уголовной, но все равно. Вот такой скромненький план. Да и что другое тут можно было придумать? Заразиться же они не боялись.

— Зараза к заразе не пристает, — выдала азбучную истину дочь, и отец оспаривать ее не осмелился.

Но на первом же этапе осуществления этого плана начались трудности.

Охрана больницы вместо вахтера, бабушки — божьего одуванчика, оказалась более чем серьезной. Скорее даже это была не охрана, а оцепление, состоявшее из нескольких взводов бравых молодцев. Руководил оцеплением человек, равный Барсукову по званию. Но, по всему видно, из другого подчинения. Где ни в грош не ставят ведомство Николая Трофимовича и относятся к нему свысока. Полковник МВД Барсуков не обиделся на надменный взгляд руководителя охраны. Во-первых, потому что привык реагировать на подобные взгляды «соседских» руководителей спокойно. А во-вторых, потому что сам факт предстояния перед ним «соседского» полковника уже был информацией. Весьма занятной информацией. Которая была значимее всяких там корпоративных обид. Он слегка подмигнул Саше, в ответ она едва заметно кивнула. Они прекрасно понимали, что к чему, — старший и младшая Барсуковы.

— Прошу простить, — без намека на почтительность к своему коллеге произнес начальник оцепления. — Но вход в больницу по специальным пропускам.

— В связи с чем? — поинтересовался Барсуков, тоже без особой доброжелательности.

— Распоряжение администрации, — процедил сквозь зубы полковник-охранник.

— Какой администрации? — не отставал Барсуков.

— Администрации города Новоладожска.

— Вот-те на… — протянул Николай Трофимович. — А как же мне Семена Петровича повидать? Главного врача больницы. Господина Неделина… Я, между прочим, специально для встречи с ним из Питера приехал. Дела бросил. Мне что же теперь, к мэру обращаться за разрешением? Что за петрушка? Что случилось-то? Авторитетов, что ли, каких охраняете? Чтоб не сбежали?

Полковник-охранник нахмурился и стал переминаться с ноги на ногу, явно не желая отвечать на прямо поставленный вопрос.

— Вы к главному врачу? — пробормотал он. — С какой целью?

— Да я у него лечился, — широко, по-простецки улыбнулся Барсуков. — Хотелось бы отдать дань его мастерству. Да насчет дочкиных проблем посоветоваться. Он обещал проконсультировать… — Для пущей убедительности Барсуков подмигнул командиру охраны одним глазом. Саша, услышав эти слова и заметив подмигивание, насупилась и слегка дернула отца за рукав мундира. Но, видимо, этот жест и ее искреннее недовольство убедили высокопоставленного стража в невинности визита посетителей больше, чем обаятельная, открытая улыбка Барсукова.

— Ладно… — процедил «соседский полковник». — Щac… — Потом достал мобильный телефон, набрал номер и грубым голосом потребовал от кого-то связать его с главным врачом.

— Тут полковник Барсуков, — сообщил он Неделину, не считая нужным обратиться к тому по имени-отчеству. — Желает встретиться с вами.

В трубке послышалось энергичное шуршание, по-видимому, означавшее полный восторг главного врача по поводу визита бывшего пациента.

— Ладно, — проворчал командир охраны. — Я их пропускаю. Вас проводят, — обратился он к нежеланным визитерам.

— Да я, в общем-то, дорогу помню, — невинно отозвался Барсуков. — Второй этаж, направо по коридору.

— Ладно, — командир охраны окинул полковника подозрительным взглядом. — Идите.

Николай Трофимович и Саша не заставили себя ждать и рванулись к дверям больницы в опасении, что страж передумает и приставит к ним своих головорезов.

Им никто не препятствовал. Даже за стойкой в вестибюле, где, вероятно, должен находиться вахтер, никого не было. И вообще больница казалась вымершей — ни звука, ни шороха.

— Как тебе это нравится? — с сердитым видом спросил Барсуков Сашу, когда они поднимались по мраморной, местами изрядно выщербленной лестнице. — Их тут целая рота. И какие орлы! Нашим омоновцам до них, как малолеткам до Тайсона. Ты видела их хари? Не иначе специальное подразделение федеральной службы. Откуда они в Новоладожске?

— Думаю, этот вопрос надо задать главе новоладожской администрации, — хмуро ответила Саша. — Ты зачем ему сказал, что у меня проблемы?

— Для убедительности, — хмыкнул Барсуков. — Школа игры по Станиславскому требует жертв.

— Откуда ты знаешь про Станиславского? — проворчала Саша и резко остановилась. Потому что навстречу им, покачиваясь, спускался худощавый человек с безумным взглядом и ярко-фиолетовым лицом. Саша от неожиданности даже отступила за мощную фигуру отца. Через секунду первый кадр был готов. Человек остановился в двух шагах от визитеров и уставился на них с явным интересом.

— Здравствуйте, — хрипло поприветствовал его полковник, не сумев справиться со смущением. — А-а-а… Вы случайно не из первого отделения?