Чтение онлайн

Неизвестно, поверил ли диктатор Сомоса своему генералу или только сделал вид, что поверил. Впрочем, это было и неважно. Главное было в другом. После недолгих откровенных намеков Сомоса подарил поместье генералу Уго Монтесу. Генерал знал, что все будет именно так: он, генерал, был нужен диктатору, как бывает нужен хозяину свирепый, кровожадный пес. Что значил диктатор Сомоса без генералов вроде Уго Монтеса? Кто безрассудно убивал бы многочисленных врагов Сомосы, за чьей бы спиной прятался трусливый диктатор? Может, за американскими спинами? Как бы не так! Это прагматичные американцы стояли за спиной Сомосы и, следовательно, за спиной генерала Уго Монтеса. С них, американцев, станется. Они всегда хоронятся за чьими-то спинами, всегда загребают жар чужими руками.

Вот потому-то Уго Монтес был уверен, что поместье Вальпараисо достанется ему. Оно ему и досталось. Да, конечно, у убитого владельца поместья было множество наследников, но вряд ли они стали бы предъявлять права на наследство, зная, в чьих руках оказалось поместье. Наследники, сколько бы их ни было, прекрасно понимали, что с ними будет, если они вступят в спор с самим генералом Уго Монтесом. Так что генерал с полным основанием мог считать, что поместье Вальпараисо – его собственность. Ну а что он будет делать с таким богатством – будет видно. Может, продаст, если станет очевидно, что сандинисты одерживают верх, а может, повременит с продажей, если Сомоса при поддержке американцев сломит сандинистам шею. Поживем – увидим.

А пока следует отпраздновать это дело. Такое событие просто грех не отпраздновать. Тем более генерал Уго Монтес любил всевозможные празднества. Особенно такие, где он был главным действующим лицом. Сейчас как раз и был такой случай.

Конечно, генерал не мог праздновать так, как большинство прочих людей. Он был важной и значимой персоной, и, следовательно, нужно было позаботиться о множестве вещей. Где именно праздновать, в какое время, как обезопасить то место, где будет проходить праздник, кого пригласить на празднество…

Лучшее время для такого праздника, конечно же, вечер. Ну и ночь, потому что если праздник с размахом, то в короткий вечер он не уложится. Все истинные праздники случаются именно в это время. Что касаемо места, то и тут особых проблем не виделось. Для этого генерал снял лучший ресторан во всем Леоне, его подчиненные заранее проверили всех работников ресторана, изгнали тех, кто не внушал им доверия. Само же помещение ресторана и подходы к нему были нашпигованы отборной вооруженной охраной, причем часть охранников была в военной форме, а часть – в штатской одежде. Так что опасаться за безопасность самого генерала и его гостей не приходилось.

Почему именно в Леоне, а не в столице, в Манагуа? Генерал не любил столицу. В столице он не чувствовал себя самым главным и важным, таковым там был Сомоса и еще всякие американские чины, вертевшиеся вокруг диктатора. Другое дело Леон. В этом городе генерал вполне мог ощущать себя полновластным хозяином. Здесь была его резиденция, он сам был отсюда родом, здесь не было Сомосы, сюда почти не заглядывали назойливые американские чины. Стало быть, где же генералу Уго Монтесу устраивать пиры, как не в Леоне? Куда же еще ему приглашать гостей?

Впрочем, с гостями были проблемы. Главным образом нужно было понимать и знать, кого именно следует приглашать. Тут нужно было держать нос по ветру и не упустить из виду ни одно более-менее значимое лицо. Иначе возможны обиды, а вслед за ними всяческие недоразумения и неприятности. Ну, да и с этим делом генерал справился, с его точки зрения, превосходно – уж он-то, как никто, ориентировался в ситуации. Он пригласил всех значительных, с его точки зрения, персон, находившихся в данный момент в Леоне и столице Никарагуа – Манагуа. Даже самого Сомосу. И даже многих американских чинов.

Сомоса, впрочем, от приглашения отказался, равно как и многие иные значительные персоны. Отказались и американцы – хотя все же прислали на праздник трех малозначительных личностей с постными лицами – в качестве, скорее, наблюдателей, нежели гостей.

Ну да генерал Уго Монтес ничуть из-за этого не расстроился. На то, что на праздник прибудет сам Сомоса, он и не рассчитывал, американцев он также пригласил постольку, поскольку не пригласить их было никак нельзя, а что касаемо всех прочих, кто получил приглашение и не явился, – так это их личное дело. Так даже лучше. В отсутствие Сомосы и значимых американских чинов генерал Уго Монтес чувствовал себя куда как свободнее. Без них он был главным на пиру…

Вот именно в это самое время и в этом самом месте Пахаро и решил ликвидировать генерала Уго Монтеса. На первый взгляд (да, пожалуй, и на второй, и даже на третий) это было поступком невозможным и даже безрассудным. Уж кто-кто, а генерал Уго Монтес умел позаботиться о своей безопасности. Он о ней и позаботился, оцепив ресторан тройным кордоном охранников. А если добавить сюда переодетую охрану внутри ресторана? При таком раскладе пробиться к генералу на расстояние выстрела было практически невозможно.

И все же Пахаро рассчитывал на успех. Для этого у него имелся специальный план. Это не был заранее подготовленный план, он возник у Пахаро в тот самый момент, когда он услышал о том, что Уго Монтес отныне еще и владелец поместья Вальпараисо, что недалеко от города Чинандега.

Пахаро вообще не любил долгого сидения над всякими планами, потому что долго сидеть – это означает долго думать. Пахаро не любил долго размышлять, он больше любил импровизации и короткие, стремительные действия. И ему всегда везло, все его действия заканчивались успешно. Может, это в том числе было потому, что его противники не ожидали ничего подобного, то есть никаких неожиданных и зачастую нелогичных действий со стороны Пахаро и его бойцов. Ведь что такое неожиданное действие? Это как внезапный камнепад с неба. Ты его не ожидаешь, потому что кто же в здравом уме будет ожидать небесного камнепада? А он возьми и случись… До сих пор Пахаро везло, и за ним прочно закрепилась слава отчаянного и непобедимого воина, который мог выполнить любое, даже, казалось бы, невыполнимое задание. Бойцы отряда, которым командовал Пахаро, обожали своего командира. Впрочем, и они сами были под стать ему – такие же лихие, отчаянные и до сей поры непобедимые.

Поместье Вальпараисо,

той же ночью

План, придуманный Пахаро, был таков. От Леона до Чинандеги, где находится имение Вальпараисо, расстояние небольшое, да и дорога туда вполне приличная. До поместья можно добраться за какие-то полчаса – если, конечно, ехать на машине. А машины у бойцов Пахаро имелись – три вместительных американских автомобиля-вездехода. На них, собственно, Пахаро с бойцами и прибыли нынешней ночью в Леон. Сейчас машины находились на окраине Леона, надежно замаскированные и под охраной. Как говорится, сел и поехал.

Для чего Пахаро нужно было ехать в Вальпараисо? Чтобы захватить это имение. Да-да, именно так – захватить. С ходу, с налету, внезапно и непредсказуемо. Разумеется, это будет внезапный и непредсказуемый захват, потому что кто может подумать, что поместье, принадлежащее самому генералу Уго Монтесу, будет захвачено, да еще в тот самый момент, когда его хозяин устроил праздник по случаю приобретения этого самого поместья? Даже если в поместье имеется охрана, то она, конечно же, будет беспечной, потому что если хозяин сейчас празднует, то, значит, все в порядке и никаких сюрпризов ни от кого ждать не приходится. Захват имения будет первой частью придуманного Пахаро плана. Так сказать, подготовительным этапом. За которым последует второй, главный этап…