Чтение онлайн

– Со «знатоками» не так всё успешно. Но я девочек успокаиваю, да и они и сами видят, что у них конкуренток там нет и парни-знатоки на них ох, как заглядываются.

– Наши «театральщицы», нехотя демобилизовались из партстони, с прибытием профессионалок, и уже замахнулись, одновременно, на сериал и на репертуар в театре, из пяти пьес.

– Я уже сделала в Горком заявку на танцовщиц и балерин. Пора и в эту область внедряться. Есть запрос в обществе. Поступают жалобы от трудящихся, на отсутствие в городских «заведениях досуга», даже чего отдалённо похожего на стриптиз или просто эротические танцы. Не говоря, про нашу Советскую «Красную Мельницу», на нашей улице «Красных фонарей». Правда пока, их там только два, но «лиха беда начало». Ещё пол года назад ничего не было, а сейчас уже два. Пока справляются, а потом «фонариков» добавим, и «мельница» будет, с прибытием танцовщиц и балерин из Столицы, ха-ха. Нехватку восполняем за счёт самодеятельности. Но не всё можно охватить. Пожаловались тут на меня, «за чёрствость» те жёны, парт-хоз руководителей, за которых я выговор схлопотала. Жалуются, что нет им удовлетворения «их возросших потребностей», после того аврала, у нас. Требуют открыть и женские отделения в «массажках». Те уже обращались к своему руководству. А они ответили, что не видят смысла посылать профессионалов. И предлагают закрыть вакансии местными кадрами, а там посмотрят, как дело пойдёт. Выручили меня мои ребята из «следопытов». Пока справляются.

На этой патриотической ноте, довольно резко, как ревун боевой тревоги, прозвучал звонок телефона, стоящий на трюмо, в моём номере.

– Алло, сказал я в поднятую мною трубку телефона.

– Извините за беспокойство, Дэн, но Вас просят прибыть в «Центральный Дом Учёных» в актовый зал, проговорила трубка приятным девичьим голоском.

– Спасибо, будем, ответил я невидимой незнакомке, уже представив ей «по голосу», похожей на солистку популярной группы «Витраж», Свету, как её там, не помню.

– Ну, что?, спросила встревоженно Полина.

– Да ничего. Приглашают нас на торжественное заседание, успокоил я Полину.

– А, ну тогда побежали быстрее. Мне ещё нужно проконтролировать съёмку для телевидения, ну и свой актив, скороговоркой проговорила Полина, а на слове «актив», подмигнула мне, по-комсомольски задорно.

Здание «Дома Учёных» как и всё в Городе, было шедевром архитектуры будущего. Внутри тоже всё поражало. Народ уже практически весь сидел в зале.

Когда мы зашли внутрь, то Полина, извинившись, убежала. А меня тут «атаковали» две пигалицы, чуть меня младше, видимо из тех, кто приготовился броситься своими «амбразурами» на меня и о которых говорила Полина.

– Дэнчик, привет, поздоровались они со мною хором, звонкими, комсомольскими голосками.

– Приветики и Вам, красавицы, поддержал я из игривый тон и достал из своего делового портфеля «блокнот» с договорами.

– О, это тот самый?, не оставляя игривого тона спросила одна из них.

– Да, тот самый «переносной отказник», сказал я строго.

– Мы согласные, серьёзно ответили комсомолки, опять одновременно.

– Ну, тогда расписываемся и пошли… в зал, послушаем о Ваших достижениях, вначале обрадовав, а потом, немного их разочаровал, своим предложением.

В зале нас с ними разделили. Меня, под мои нерешительные возражения, какой то мужик потащил на сцену в президиум. Девочек усалил на первый ряд. Где, они очень органично смотрелись, в своих безумно коротких школьных платьях. Конец учебного года, выросли из них, наверное. Платья девочек были с белыми передниками, а их прелестные ножки в белых капроновых колготках. К тому же, они закинули их, бесцеремонно, ногу на ногу. Демонстрируя всему президиуму свои девичьи тайны. Там уже сидели несколько товарищей и Оля. Она была в окружении своих «гениев», Вадика и «Пушкина». Я ей и им кивнул, «мол, всё в порядке».

В зале сидели в основном мужчины, многие в погонах. В начале заиграл Гимн СССР и все дружно встали, и с удовольствием, все вместе его спели. Я в том числе, конечно. Из общей массы голосов, очень хорошо были слышны в президиуме звонкие девичьи голоса моих поклонниц из первого ряда и … Оли. У которой был очень мелодичный и глубокий голос, напоминающий сопрано. Так же, выделялся густым басом, голос местного Батюшки из местной же церкви, которая здесь со времён «Царя Гороха», и пережила всех правителей и хозяев Города, вполне себе успешно, судя по её свежему ремонту, который мне удалось заметить во время дневной экскурсии.

Затем, к трибуне подошла Оля и начала свою речь:

– Приветствую всех присутствующих в этом красивом зале нашего прекрасного «Дома Учёных». Вы все имеете, то или иное, отношение, к нашим выдающимся успехам. То, что они есть, уже нет никаких сомнений, после демонстрации всех наших изделий высокой комиссии, представляющей интересы, всех заинтересованных министерств, ведомств и предприятий СССР.

– С чем я всех Вас и себя поздравляю.

Тут раздались бурные аплодисменты, переросшие в овации. Где отчётливо было слышно: «Слава КПСС», «Слава Комсомолу», «Слава пионерии и октябрятам», «Слава Вершининой». А затем начали скандировать: «ВОГ, Партия, Комсомол».

Через пять минут, Оля подняла руку и в зале снова восстановилась тишина. Все заняли свои места. Даже девочки-школьницы сидели, ровно, как гвоздики, и лица их были, прелесть, как серьёзные, даже коленки ладошками прикрыли.

А, Оля продолжила:

– Конечно, без поддержки Партии и Правительства ничего бы этого не было. Ну, может и было, но не так быстро. И скорее всего, застряло бы в пыльных кабинетах и никчёмных диссертациях дельцов от науки. Но сейчас созданы все условия для быстрого и успешного создания, а также внедрения в жизнь самых передовых научных достижений. Как, например, наш холодный термояд или низко энергетическая атомная реакция. Не говоря уже о более грозных вещах.

– Для экспертной оценки наших изделий слово предоставляется Академику…, тут опять раздались бурные аплодисменты и имя учёного для меня осталось неуслышанным.

С этими словами и под аплодисменты, Оля от трибуны вернулась в президиум, а её место занял седой, но крепкий старичок и начал своё выступление:

– Я тоже безмерно благодарен Партии и Правительству за новый курс, как во всей нашей жизни, так и в науке и производстве, в частности. Я не буду тут подробно описывать все те сложности и трудности, что сопровождали появление чего ни будь нового, как в науке и технике, так и на производстве. Борьба с кибернетикой, с немецким и английским путём в развитии атома и ракетного движения, в военной теории, борьба с космополитами и так далее. Каждый раз отбрасывала нас на в хвост науки и прогресса. Делая самую образованную страну, самой догоняющей. Позор, товарищи. И мне и со мною вместе взятыми, всем моими коллегами академиками и учёными. Стыдно признаться, что даже, когда стало известно о работах по созданию атомного оружия в США, в средине Войны, я и другие, были против их начала у нас. Да-с, товарищи ! Я, и, уже можно об этом сказать во всеуслышание, большинство учёных, физиков, математиков, химиков, и так далее, были в оппозиции к своей Стране и Народу. Не побоялись всемогучего Сталина. А он, нас «детей-несмышлёных», не то, что пальцем не тронул. Даже не лишил никого никаких благ. И, опять, подумать только, пытался нас всех переубедить, посредством честной дискуссии. Я сейчас представляю себе с ужасом, чтобы уже с нами было, если бы в этой двухсуточной дискуссии мы победили. Но нам там были продемонстрированы такие глубокие аналитические и научно-доказанные выкладки, что только упрямцы остались в своём мнении, и большинство проголосовало «ЗА».

Тут оратор прервался и отпил воды из стакана, а затем продолжил:

– Да даже сам факт того, что такой проект возглавил хороший, безусловно, учёный, но не академик, известный в широких массах, говорит о скрытой фронде. Он затем показал себя гениальным учёным. Но факт, остался в истории. То же и с ракетным движением. Не буду на нём подробно останавливаться, так как не имею к нему отношения. Но Самый Главный Конструктор едва не погиб в лагере перед Войной, будучи осужденным по одной статье с опальным маршалом, героем Революции, впоследствии возомнившем себя Советским Бонапартом. Но это я уже отвлёкся.

– Я это всё к тому рассказал, чтобы все присутствующие поняли, что это уже в прошлом. Но которое, тем не менее, нельзя забывать, чтобы оно не повторилось. Я имею ввиду его тёмные стороны. И несмотря на всё это, у нас были, есть и будут, самые передовые учёные и открытия. Особенно в сложившихся, новых, условиях, в науке и на производстве. Не нужно уже «новому» с трудом проламывать бюрократические стены и выпутываться из искусно расставленных капканов различных лже-учёных и дельцов от науки. Вымаливая у них снизойти и дать этому «новому» пробиться.