Чтение онлайн

В этой связи сатана обрушил на Бога новый поток обвинений, поскольку Он хотел бы простить, но «увяз» в необходимости воздать должное наказание за нарушенный Закон.

«В начале великого противостояния, — писала Елена Уайт, — сатана объявил, что Закон Божий исполнить невозможно, что правосудие несовместимо с милосердием и что в случае, если Закон будет нарушен, грешник уже не может быть прощен. Каждый грех должен быть наказан, — настаивал сатана, — а если Бог отменит наказание за грех. Он уже не будет справедливым и истинным. Когда люди нарушали Закон Божий и пренебрегали Его волей, сатана ликовал. Он указывал на эти факты как на доказательство того, что Закон невозможно исполнить и что человек не может быть прощен. Поскольку он, сатана, после своего восстания был изгнан с неба, то и род человеческий, по его мнению, должен быть навсегда отлучен от милости Божьей. Бог не может быть справедливым, утверждал он, если проявит милосердие к грешнику» [6] .

Таким образом, Богу. Который дает людям то, чего они не заслуживают, противостоял самый искусный и влиятельный законник во Вселенной. Главным вопросом был и остается вопрос о справедливости Бога, а сатана всегда пытался посеять сомнение в Боге, чтобы люди не доверяли Ему.

Бог решил не пренебрегать ни Законом, ни наказанием за нарушенный Закон. Так, для того чтобы простить грешных людей. Он послал на землю Иисуса, как утверждает Библия, чтобы Он жил в полном послушании Закону и понес наказание за грехи людей на кресте (Евр. 4:15; 1 Петр. 2:24).

Однако это решение дало критикам дополнительные аргументы. Ансельм Кентерберийский (1033-1109 гг.) хорошо понимал эту проблему. Что это за справедливость такая, — спрашивал он, — отдать лучшего из людей на смерть вместо грешников? «Какой человек не будет признан достойным осуждения, если ему приходится осудить невинного, чтобы отпустить виновного?» Если Бог «не мог спасти грешников иначе, чем путем осуждения праведного, то где же Его всемогущество? А если Он мог, но не захотел, то как можно считать Его мудрым и справедливым?» [7]

Ученый следующего поколения, Пьер Абеляр (1079 – 1142 гг.), писал: «Как это жестоко и отвратительно, когда некто требует крови невинного человека в выкуп за что-либо и бывает удовлетворен, когда невинного убивают; еще хуже то, что Бог считает смерть Своего Сына настолько приемлемой, что посредством нее желает примириться с целым миром!» [8]

В XVI в. этот вопрос привел в затруднение социниан [001] . Они считали, что в Библии утверждается принцип личной ответственности: «Душа согрешающая, она умрет; сын не понесет вины отца и отец не понесет вины сына, правда праведного при нем и остается, и беззаконие беззаконного при нем и остается» (Иез. 18:20).

Социниане усматривали двойную безнравственность в учении о заместительной жертве: (1) виновные остаются без наказания и (2) невинный наказывается [9] .

Грех — это не только проблема людей. Это вселенская дилемма, которая затрагивает в первую очередь Бога и только потом уже людей. Хотя верно то, что мы запутались в паутине греха, вся тяжесть этой проблемы тем не менее ложится на Бога. «В силу устройства Вселенной, — писал X. Уилер Робинсон, — в силу того, что мир создан как часть Божественного плана, грех не может беспокоить только человека. Грех, как частичное или временное крушение Божественных планов, беспокоит Бога» [10] .

Бог пребывает в смертельной схватке не с «кровью и плотью» [11} , но с «духами злобы поднебесными» (Еф. 6:12). Это борьба, в которой немыслимы частичные победы. Не может быть никакого компромисса между грешными и святыми. «В странной войне, в которую вступает Христос, — пишет Карл Хайм, — существуют только два возможных исхода: либо Христос позволит князю мира сего уничтожить Себя, либо князь мира сего будет полностью уничтожен Им, и Христос победит по всей линии фронта» [12] .

Высшая цель истории — избавить Вселенную от греха через Божий суд над ним. «На самом глубинном уровне, — считает Юрген Мольтман, — вопрос всемирной истории — это вопрос праведности» [13] .

Таким образом, вопрос не в человеческой праведности, а в Божьей. Эта проблема занимает центральное место в Библии. Авраам сформулировал ее, когда умолял Бога пощадить праведных в Содоме и Гоморре: «Судия всей земли поступит ли неправосудно?» (Быт. 18:25). В Книге Иова досконально разбирается вопрос о Божественном правосудии, а автор 72-го псалма вопрошает, почему Бог позволяет нечестивым процветать. Крайне важна, однако, попытка Павла решить сложный вопрос о том, как Бог может быть справедливым и праведным и вместе с тем «оправдывающим верующего в Иисуса» {Рим. 3:26).

План спасения так же важен для Бога, как и для нас. Фактически для Вселенной все будет потеряно, если Бог не будет оправдан в ее глазах и признан праведным. Оправдание человека — это побочный эффект оправдания Бога [14] .

Елена Уайт пишет о том, что «план спасения преследовал более широкие и глубокие цепи, чем только спасение человека. Христос приходил на землю не только для этого, но… и для того, чтобы оправдать характер Бога перед всей Вселенной… Смерть Христа ради спасения человечества должна была не только открыть людям доступ на небо, но и оправдать Бога, Его Сына и Их отношение к восстанию сатаны перед всей Вселенной. Она должна была доказать неизменность Закона Божьего и открыть природу и последствия греха» [15] .

Таким образом, вопрос вопросов — это не столько будущее человечества, сколько будущее Самого Бога. Наше будущее связано с Его будущим и наше оправдание зависит от Его оправдания. Нравственному правлению Бога был брошен вызов, и Он столкнулся с восстанием на небе и на земле. Повседневная жизнь — это хаотическое нагромождение страданий и разочарований. Даже Божий план послать к нам на помощь Христа одни проблемы решает, а другие порождает.

Как бы вы решали проблему греха на месте Бога? Я знаю, что бы я сделал. Будучи всезнающим, я был бы наверняка уверен, что мятежники заслуживают смерти, и, будучи всемогущим, я мог бы воздать им по заслугам. Один резкий удар — и никто бы и следа не нашел ни от дьявола, ни от его сборища. В конце концов, закон есть закон, и я считал бы своим нравственным долгом предпринять решительные действия по восстановлению правопорядка.

Наверное, для вас и для остального творения большое благо, что я не Бог. Видите ли, я слишком склонен к тому, чтобы любыми средствами добиваться своего. Когда я вижу проблему и знаю, как ее решить, то, не задумываясь особо, подталкиваю других к моему решению, не дожидаясь, пока до них «дойдет». Мне стыдно признаться, но такое поведение скорее является следствием моей плотской природы, чем освящения.

Когда же мы говорим о Боге, нам надо помнить, что сатана никогда не обвинял Его в неспособности решить проблему греха силовыми методами. Скорее он обвинял Бога в несправедливом использовании Своей власти. Не отсутствие силы у Бога, а злоупотребление этой силой — вот что было главным пунктом обвинения [16] .

Если рассматривать проблему греха в этом свете, то силовое ее решение только усилило бы недоверие к Богу. Бог мог действовать по принципу «слушайся Меня, или Я убью тебя», но Он знал, что в этом случае вирус страха, недоверия и несогласия, носителем которого был сатана, стал бы распространяться дальше.