Чтение онлайн

Вечером Лэндер и Роберт уехали – лорд Морье устраивал торжественный обед по случаю покупки породистой лошади (он собирался блеснуть своим приобретением на скачках дерби). Когда они вернутся, Фоли не знала и теперь ругала себя, что забыла ключевое правило супружеской жизни: жена всегда должна быть в курсе дел мужа. Она пообещала себе, что начнет беспокоиться после полуночи, но в действительности стала волноваться сразу же после того, как они вышли из дома. К тому же она видела, как Роберт брал с собой пистолет.

Часы пробили половину первого ночи. Фоли осторожно выглянула в окно. По улице катили щегольские экипажи – гости разъезжались по домам после балов и званых вечеров.

Обед у лорда Морье – вечеринка для холостяков. Значит, Роберт и Лэндер вернутся не раньше двух часов ночи: джентльмены будут допоздна пить бренди, курить и говорить о лошадях. А может, сыграют в карты: лорд Морье – азартный игрок.

Фоли попыталась отвлечься и стала вспоминать новости последних дней. Лэндер рассказывал, что лорд Морье побывал в Кэмбурн-Хаусе и посетил детскую комнату. Фоли и Мелинда обсуждали эту тему, но Мелинда призналась, что была ужасно расстроена и даже не заметила посетителя.

К несчастью, вспомнив девочек Дингли, Фоли сразу же вспомнила и сэра Говарда. Роберт не воспринял ее слова всерьез. Сэр Говард как-то под вечер зашел в Кэмбурн-Хаус – это Фоли тоже помнила. Она тогда плохо чувствовала себя, и его визит оказался ужасно некстати. Вид у него был виноватый и какой-то растерянный. Должно быть, он уже тогда решил предать Роберта.

И все же… он ведь не знал, что Фоли ему напишет. Она и сама не знала. Он просто воспользовался ситуацией.

Фоли подсела к столу и положила перед собой лист бумаги, намереваясь записать свой разговор с сэром Говардом. Но о чем, в сущности, писать? Сэр Говард тосковал без леди Дингли и боялся, что за ней увиваются толпы поклонников.

Какой вздор! Человек без памяти любит свою жену. Жена его тоже любит. И вместо того чтобы во всем разобраться самим, они заставили постороннего человека – Фоли – улаживать их проблемы. И куда это ее привело? На палубу плавучей тюрьмы.

Как Фоли ни старалась, она не могла представить сэра Говарда закоренелым злодеем. Вряд ли он лгал ей в тот вечер. Джентльмены никогда не лгут, если любят, – так она считала.

Но почему бы мужчинам не лгать, когда речь идет о нежных чувствах? Вот дамы, например, частенько сочиняют небылицы. А сама Фоли разве призналась бы Роберту в любви? Да ни за что!

И тут ее осенило. Как она сразу не додумалась? Странное поведение Роберта – его поцелуи, частая смена настроений, нерешительность, саркастические замечания и внезапная нежность… и прошлая ночь…

Почему лгут женщины? Чтобы защитить себя. Чтобы не остаться ни с чем. Фоли и сама лгала – ему и себе, – с тех пор как получила его последнее письмо. Она лгала, когда убеждала себя, что любовь не для нее, что она больше никогда никого не полюбит и что отныне ее удел – хозяйские заботы. И все это время в сердце ее жила тайная страсть.

Как это по-женски! Все знакомы с этой тактикой, и она никого не удивляет. Гувернантка внушала Фоли – ради ее же блага! – что истинная леди обязана скрывать свои чувства. А джентльмены почему-то должны прямо и честно признаваться в любви объекту своих ухаживаний.

Но вот вопрос – только ли женщинам позволено хитрить? Почему Роберт не может лгать так же, как лжет она?

Так размышляла Фоли, пока не зазвенел дверной колокольчик в холле. Она вскочила и, открыв дверь гостиной, увидела Роберта. Заметив ее, он улыбнулся и жестом попросил подождать.

Хлопнула входная дверь, и в холл вошел Лэндер. Оба они ухмылялись, как мальчишки, и кого-то искали, распахивая двери комнат.

– Сюда, mes amis!

Фоли вскинула голову. На верхней площадке лестницы стоял джентльмен в синем сюртуке и бледно-желтых панталонах в обтяжку. К его кружевному жабо была приколота бриллиантовая брошь, волосы завиты и напомажены, в руках – треугольная шляпа, щеки нарумянены.

От джентльмена пахло духами с ароматом жасмина, а его бакенбарды почти сходились на подбородке. Фоли понимала, что перед ней доктор, но если бы ей заранее не сказали, что он должен перевоплотиться во француза, она ни за что бы его не узнала. Роберт изумленно покачал головой.

– Клянусь, я проверю, где вы проскользнули, старый лис, – сказал он. – Идемте в гостиную.

Доктор легко сбежал вниз по ступеням и отвесил Фоли изысканный поклон.

– Эжен, граф д'Оле, – представился он, целуя ей руку, и прибавил витиеватый комплимент на французском.

Фоли успела основательно подзабыть этот язык, поскольку в Туте он не пользовался популярностью.

– Merci, – промолвила она, сделав книксен. – Ну вот, это весь мой словарный запас.

– Ваше счастье, мадам. Я сказал, что вы вышли замуж за человека, по которому плачет виселица.

– Как это мило! – заметила Фоли, входя в гостиную. – Полагаю, он заставил летать заварочные чайники?

– О нет, только графины с бренди, – возразил Роберт, гордо ухмыляясь.

– Прелестно! В таком случае сделай так, чтобы поднос с бисквитами сам пришел сюда из кухни.

– Я принесу чай и бисквиты, – предложил Лэндер, вспомнив наконец о своих обязанностях дворецкого.

– Ну, расскажите мне, как все прошло, – попросила Фоли, усаживаясь в кресло. – Я тут с ума сходила от тревоги, а у вас, наверное, метла танцевала полонез.

– Жаль, что тебя там не было! – воскликнул Роберт. Он расхаживал по комнате и явно пребывал в хорошем расположении духа.

– Похоже, вечер удался, – невольно улыбнулась Фоли.

– Граф никак не мог меня разоблачить. – Роберт покосился на д'Оле. – Хотя, признаться, меня испугала скатерть на столе – она могла помешать представлению.

Граф пожал плечами и спокойно заметил:

– Ее бы наверняка убрали перед тем, как подавать бренди, но я нарочно пролил на нее вино – на всякий случай.

– Так, значит, чайник скользит только по деревянному столу? – догадалась Фоли. – Ну да! Ты, Роберт, чуть-чуть приподнимал стол, и чайник скользил. А когда я облокотилась о стол, не смог ничего сделать.

– Храни нас Бог от умных женщин, – изумленно пробормотал граф.

– Но… но почему же тогда по столу не поехали чашки? И я не видела, чтобы ты приподнимал его – руки у тебя были свободны.

– У нас тоже есть свои секреты, любовь моя, – сказал Роберт.

– Так ты делал это коленом? – подозрительно прищурилась Фоли.