Моё личное чудовище
Шрифт:
– Я вижу разум в вас восторжествовал,– и теперь уже мой шеф выдернул подписанные документы из под моей руки.
– Ну можно мне хоть немного поработать в качестве юриста, а то если в течении пяти лет я не подтвержу свой диплом практикой, то мой диплом просто аннулируют!– вскрикнула я в отчаянье умоляюще посмотрев на своего нанимателя.
– Посмотрим на ваше поведение. Юристов у меня пруд пруди, а вот секретари постоянно то замуж выходят, то беременеют.
Я скривила было губы в усмешке, как тут же получила ответ на не заданный вопрос.
– Не от меня. Я на работе этим не занимаюсь.
Что-то мне сразу вспомнились пачки с резиновыми изделиями.
– Просто место моего секретаря перспективное для женского пола. Много народу меня посещает, и то одну обольстят, то другую замуж утащат. Менять каждый год по секретарю и вводить в курс дела новеньких мне осточертело. А на вас никто не клюнет, человек не пара для вервольфа, а значит ни замужество, ни беременность вам не грозят. А теперь берите блокнот и записывайте…
– Может вам вместо секретаря девочки нанять секретаря мальчика?– с тайной надеждой спросила я.
– Мальчиков не перевариваю,– такой ответ дал мне ясно понять, что есть и переваривать будут именно меня в ближайшие пять лет.
Далее я два часа писала, что шеф любит, что не любит, как действовать в том или ином случае, кого принимать сразу, а на счет кого надо посоветоваться предварительно и назначить дату встречи и прочее, и прочее, и прочее. Когда он наконец замолчал, я подняла на него полный надежды взгляд, что это все на сегодня.
– Так, что-то еще…
Пока он раздумывал, я наконец смогла его спокойно рассмотреть: широкие плечи, массивная грудная клетка, короткая шея, крепкие руки под которые никому не советовала бы попадать, черты лица грубоватые, но не лишены определенной харизмы, волосы соль с перцем, мне сразу вспомнился Алькин клок шерсти, вот будто из головы она его выдрала, хотя… они же , наверное, линяют в своей второй ипостаси…
Тут шеф перехватил мой изучающий взгляд.
– О чем вы подумали? Быстро!
– Об линьке,– перепугано сказала я правду.
– Вот, точно! Убирать мой кабинет тоже будите вы.
– А Аля?
– Я перевел ее на новое место работы?
– На кладбище?– мрачно спросила я.
– Я не настолько кровожаден. В мой пентхаус.
Я удивленно взглянула на шефа.
– Алефтина – самый преданный мне человек.
А-а-а, ну да. Она, наверное, на седьмом небе от счастья. Теперь ее коллекция явно пополнится.
– А теперь идите, работайте,– и мне бросили пачку испорченных мной документов.
Сев за свой рабочий стол, я включила компьютер и стала яростно бить по клаве, вымещая на ней свою злость. Нет, ну вот в каком месте все пошло не так.
– Чай принеси,– раздался голос из динамика на столе.
Открыв блокнот, я внимательно прочитала рецепт приготовления чая. И только поставила чашку на поднос и собралась нести, как голос вновь скомандовал.
– И бутерброд с конской колбасой.
Пройдя к небольшому холодильнику, больше похожему на комод, я достала колбасу. Ммм, недурственно пахнет. Я с утра была вся на нервах и даже не позавтракала. В желудке зверски засосало. Отрезав крохотный кусочек, я только приготовилась положить его в рот как раздался голос, но уже в непосредственной близости:
– Стоимость колбасы я вычту из вашей зарплаты.
– Да я ее даже еще не попробовала!– возмутилась я такому произволу.
– За пререкание с начальством срок контракта продлевается на месяц,– и довольная до нельзя морда скрылась за дверью.
Что ж, придется все молча терпеть, а то боюсь я застряну здесь пожизненно. В конце концов ведь не даром говорят , молчание- золото, успокаивала я себя. Вздохнув несколько раз глубоко, глубоко и досчитав до 20 я занесла перекус для шефа в кабинет, и вернувшись в приемную соорудила себе бутерброд с толстым куском колбасы, в конце концов она мной уже оплачена.
И так, я жевала и била по клаве, когда в приемной нарисовалась фигуристая дамочка с ярко рыжими волосами до попы.
– Где мой Вольфик? Мой котик у себя?
Я чуть не прыснула от смеха. Нашла мне тоже котика. Скорее матерый волчара.
– Добрый день. Как ваша фамилия?
Но дамочка даже отвечать не стала, а просто решительно двинулась к двери. Я тут же вскочила со своего места и решительно перегородила доступ в кабинет к шефу своим хрупким телом..
– Ваша фамилия!
Дамочка остановилась и озадаченно взглянула на меня сверху вниз. Я конечно понимаю, что силы не равны, но и шефа я ослушаться не могу, а то опять мой срок пребывания здесь увеличит.
– Я Малена!– возмущенно произнесла эта волчица, как будто мне сообщили имя как минимум небожителя, которое все должны знать.
– Вас нет в списке лиц, которые допускаются в кабинет шефа без предварительной записи,– довольно сообщила ей я,– Советую вам записаться на прием. Свободные дни…
– Что-о-о?! Эт..это ты мне-е-е?! Р-р-р!
И эта рычащая машина по переработке мяса двинулась на меня. Я поняла, что мне конец. Вжавшись в дверь, я приготовилась к нанесению телесных повреждений несовместимых с жизнью. Тут дверь распахнулась и я свалилась прямо под ноги шефа. Тот не погнушался, перешагнул через меня и распахнув свои объятья бархатным до мурашек голосом произнес:
– Малена, радость моя, как давно я тебя не видел.
– Что? Это?– и так возмущенно указала на меня пальцем эта чья-то радость.
– Не трогай ее. Это мой новый секретарь, она новенькая, еще не привыкла.
– Человек? Это грязная вонючая обезьяна?– и столько возмущения было в этом возгласе, что мне стало ужасно обидно.
– Не правда. Я только с утра мылась!
– Малена, пошли ко мне в кабинет, я все тебе объясню.
Парочка удалилась, а я сев за свой стол все не могла успокоится. Вот гадина! Попробовала печатать, но руки дрожали и я бросила этот дохлый номер. Мне бы сейчас пройтись… выйти на свежий воздух.
Черт, я бы тоже могла назвать кого-то ковриком для блох. Я так и сделаю, мстительно подумала я, в тот день когда закончится мой контракт я выскажу им всем, прямо в лицо, все что о них думаю! Отомщу и за себя, и за папу. Вот.
Тут дверь распахнулась и увидев злое лицо шефа, я поняла, что мой лимит несчастий на сегодня еще не исчерпан.
– Где презервативы?– прорычали мне.
Я виновата захлопала глазами.
– Последней в моем кабинете убиралась ты!
– Я их… выкинула,– просипела я.