Мистики дракона
Шрифт:
В этом ряду я узнала нескольких известных преступников среди сверхов. Насколько я помнила из уроков истории, это был раздел для преступников, которые создали широкую известность в мире людей. Я зарычала, когда в поле зрения появилось знакомое лицо — колдун, по белым глазам которого я сразу узнала его. Я не была уверена в его настоящем имени, в сообщении он упоминался как Ростовский потрошитель. Он был серийным убийцей худшего сорта. Он любил молоденьких девушек, заманивал их, насиловал и пытал. Жаль, что его заключение не предусматривало ежедневного потрошения. На самом деле я была немного удивлена, что он все еще жив. Строгие меры безопасности и раздельное проживание в этой тюрьме позволили ему сохранить рассудок. Что было чертовски обидно.
Только в этой маленькой секции было трое ворот, восемь охранников, и единственной, кто хотя бы дважды взглянул на нас, была женщина-оборотень, но напарник немедленно заставил ее замолчать ударом правой в челюсть. Именно так были подавлены все женщины-охранницы, которых мы видели, что меня очень разозлило. Близнецы были сучками-манипуляторшами, они не заботились ни о ком, кроме себя. Типичные сирены, которые настолько привыкли контролировать мужчин, что думали, будто могут контролировать все.
Когда мы дошли до конца тропинки, там больше не было ни решеток, ни какого-либо отклонения от пути. Это была каменная стена, тупик.
— Итак, какой у нас теперь план? — Я была весьма горда тем, сколько сарказма прозвучало в моих словах.
Они обернулись, и ухмылки, похожие на улыбки близнецов, чертовски нервировали. Мне захотелось врезать им обеим по носу.
Они заговорили одновременно.
— Теперь мы открываем стену.
Конечно, конечно. Открываем стену.
— Как вы собираетесь это сделать? — спросила я. Волосы встали дыбом, когда эти двое обступили меня с обеих сторон. Я немного отступила назад, слегка приподняв обе руки, чтобы при необходимости дать им отпор.
Апельсинка сверкнула в мою сторону темными глазами и сверкнула белыми зубами.
— Полегче, просто немного крови.
Немного чего? Только не в мое дежурство, сестра, я ни для кого не проливаю кровь. Я никогда не давала крови Максимусу, хотя любила его больше жизни. Я начала отступать быстрее, сохраняя определенную дистанцию между собой и ними. Они перестали преследовать меня примерно на полпути к этому небольшому участку, и я как раз задумалась, какого черта они делают, когда они обе развернулись и набросились на мою слабоумную сестру.
Я без колебаний сменила направление, но знала, что был слишком далеко, чтобы успеть вовремя. Все, что я могла делать, это в ужасе наблюдать за происходящим.
Они были гораздо опытнее, чем она. Апельсинке не потребовалось много времени, чтобы достать нож, и движением, которым гордился бы любой специалист, она вонзила его Мише в бок, проведя между ребер. Изо рта моей близняшки вырвался сдавленный вскрик, и она тут же потеряла сознание. Я слышала ее прерывистое дыхание и поняла, что они проткнули ей легкое.
Мой первый удар с разворота пришелся Лимонке по затылку, ударив ее лицом о камень. Она без промедления отскочила назад и развернулась, чтобы напасть на меня. По ее щеке, поцарапанной в том месте, где она ударилась о стену, стекала струйка крови. Я зарычала, и мои руки превратились в когти, когда я набросилась на нее. Мне нужно было добраться до Миши, а Лимонка стояла у меня на пути.
Обернувшись через плечо Апельсинки, я заметила, как она наклонилась, чтобы поднять моею близняшку на руки. Взбешенная, я ударила Лимонку локтем в челюсть. Но я снова не смогла вовремя дотянуться до Миши. Апельсинка отбросила ее к стене, преграждавшей путь.
Брызнула кровь, когда она ударилась о камень, и тогда я почувствовала магию. Между нами пронесся разряд силы, древней и сильной, какой всегда ощущалась магия Луи.
Лимонка попыталась увернуться от меня. Я развернулась и ударила ее. Я нанесла хороший удар, потому что она отвлеклась, пытаясь дотянуться до сестры. Прекрасная возможность. Я ударила ее еще раз, уворачиваясь от ее слабых попыток защититься, и, наконец, мой локоть сбил ее с ног. На этот раз она осталась на месте. Пнув ее один раз в живот, я перепрыгнула через ее тело и бросилась на помощь Мише.
Земля содрогнулась, и я заскользила по камням, чтобы добраться до близняшки, подхватила ее на руки и оттащила подальше от падающих обломков. Что бы ни натворили эти сучьи близнецы, они обрушили стену. С грохотом она развалилась, камни покатились по полу, оставляя за собой вход в то, что выглядело как еще одна небольшая каменная площадка.
Близнецы стояли над тем местом, где я баюкала Мишу, и смотрели на меня сверху вниз.
— Иди за мной, или твоя сестра умрет. — Апельсинка выглядела взволнованной, и это напугало меня больше, чем ее гнев.
Я слышала хриплое дыхание Миши, ее тихие всхлипы, от которых у меня по спине пробегали панические мурашки. Я превратила свою панику в гнев, усмехаясь, когда рычание сорвалось с моих губ.
— Отмеченный не может умереть.
Близнецы переглянулись, прежде чем повернуться ко мне, и синхронно рассмеялись мертвым, пустым смехом сумасшедших.
— Конечно, отмеченный может умереть, и для Миши начался обратный отсчет. Ты же не хочешь откладывать.
Правда. Я знала, что у этих сук есть ключ к нашей смертности.
Не сводя с них глаз, я медленно поднялась, держа в объятиях стройную фигурку своей сестры.
— Поторопитесь, черт возьми, и вам лучше надеяться и молиться, чтобы с Мишей все было в порядке.
Я подавила эмоции, сосредоточившись на ее чертах лица, прежде чем последовать за ними через этот вход — мне пришлось развернуть Мишу, чтобы она пролезла, — и в следующий туннель. Как только у меня освободилась рука, я собралась активировать свой трекер. Миша угасала, и что-то подсказывало мне, что в ближайшие несколько минут мне самой понадобится помощь.
— 18-
Миша уставилась на меня, ее широко раскрытые зеленые глаза остекленели. Она испытывала шок и боль.
Она несколько раз моргнула, в уголках ее рта появились водянистые пузырьки крови, и ей потребовалось несколько попыток, чтобы издать звук. Мне пришлось придвинуться очень близко, чтобы расслышать, что она говорит.
— Я… я … Мне очень… жаль, Джесс. Сказали, что… получу… Макс… — Она замолчала, ее голова откинулась на мою, когда она выдохлась.