Чтение онлайн

Марго присела за столик, полистала меню и, коротко взглянув, решительно заявила:

– Салат с креветками и крепкий кофе.

Мы переглянулись: какова! В моей душе всё запело, повысилось настроение, и жизнь закрутилась веселее. Макс отреагировал кисло: кивнул в дальний угол и напомнил, что мы пришли поговорить. Угнездившись за столиком, я заворчал.

– Зачем такая конспирация?

– Какая конспирация! – возмутился Макс. – Ты нарушил все правила конспирации. Я тебя просил, чтобы никто ничего не знал. А ты что сделал? Ты устроил драку, засветился фингалом и захватил заложницу. Кто такая эта девица? Ты знаешь?

– Марго? – я оглянулся. – Она – никто! Она – случайность!

– Даже случайность не бывает случайной.

Я заёрзал на стуле.

– Чего ты боишься?

– Не боюсь, а опасаюсь, – назидательным тоном произнёс Макс, нацепил очки и углубился в меню.

Читал он долго и вдумчиво. Изучал состав блюд, их калорийность и стоимость в граммах. Покончив с чтением, захлопнул меню, наклонился через весь стол и шёпотом прогнусавил:

– Мне угрожает опасность!

– Тебя хотят убить?

Макс позеленел. Мне сделалось неловко, но тут появился официант, и неловкость сама собой рассосалась. Подали куриные маффины, шпинатную закуску с грецкими орехами и яйцо пашот. Макс сделал правильный выбор, когда выбрал кафе в девять часов утра на тридцатом первом километре от МКАД. Здесь тихо, уютно, хорошая кухня и красивая девочка. Я отсканировал свекольные, живописно всклоченные волосы, бежевый обтягивающий свитер и прямую линию плеч. Задержал взгляд на груди. Высокий бюст и тонкая талия взывали к шевелению самых сокровенных мужских чувств.

Макс не смотрел на Марго. Женская красота его не волновала. Наверное, он пользовался борделями, не растрачивался на любовь и не ущемлял неординарность своей личности.

Он уткнулся в тарелку и активно заработал челюстями. Его лицо оставалось зелёным, мрачным и вытянутым.

– Я работаю в Вене, в генетической клинике, – проговорил он, не переставая жевать. – Есть строго засекреченные лаборатории. Там работают инопланетяне.

– Ты серьёзно?

– Более чем! Там производят пересадку сознания.

– Разве такое возможно?

Макс снял очки, помассировал переносицу и водрузил очки на место.

– Для нас – нет. Для внеземных цивилизаций – да!

Я недоумевал:

– Да как? Как это возможно?

– Замена генов, – преспокойно ответил Макс. – Только один процент генов отвечает за тело человека. Остальные – за его сознание. Один процент всегда можно приживить к девяноста девяти. Сознание одного человека можно пересадить на тело другого человека.

– Мазерфакер!

Я был потрясён и обескуражен. Макс откинулся на спинку стула и полюбовался эффектом, какой произвёл на меня.

– Это обеспечит человечеству бессмертие. Сознание пожилых можно вживлять в головы молодых, и таким образом человек будет жить вечно.

– Понятно. Пожилые будут жить вечно. А куда девать молодых?

– Это другой вопрос.

Макс прокашлялся.

– Кхе-кхе!

Он смерил меня недоверчивым взглядом и всё же доверился. Наверное, от безысходности.

– Там не просто пересадка. Там замена человеческого сознания на сознание инопланетян. Внешне человек остаётся человеком, а внутри него пришелец из космоса.

– Не может быть! – воскликнул я и бросил вилку с ножом.

Приборы громко звякнули, и оглянулся официант. Я виновато улыбнулся и тут же про него забыл. Склонился над столом и сосредоточился, чтобы осознанно вникнуть в страшные тайны Венской генетической клиники.

– В клинику входят люди, а выходят инопланетяне. Среди них есть общественные и политические деятели, руководители государств и представители королевской династии. Они освоили парламент и захватили Европу. Теперь метят в государственную власть США, России и Китая. Так они распространятся по всему миру и приберут к рукам систему мирового управления.

«Это уж слишком!» – подумал я и недоверчиво покачал головой: не может быть, чтобы руководители государств, королевские династии и видные политические деятели – все-все состояли из инопланетян!

– Ты в это веришь? Макс?

– Это реальность.

А я почему-то разуверился. Бредовые идеи и bike-shedding [1] были не для меня. От гения, каким являлся Макс, я отличался здоровым прагматизмом, лёгким характером и интересом к женщинам.

Ни на одну секунду я не выпускал из виду Марго. Следил, как она съела салат, выпила кофе и перешла к клубнике: поместила ягодку в рот и, слегка придавив десной, высосала сок и облизала губки. Сладенькая девочка!

Я надкусил пирог. О-о-о! Пирог был хорош! С яблоками и взбитыми сливками.

Меня одёрнул Макс:

– Не отвлекайся на баб! Не увлекайся едой! Говори по делу. Что думаешь?

Я дожевал пирог и смахнул крошки.

– Ты прав. Все мы в матрице. Нами кто-то управляет.

– Так оно и есть! Нами управляют, – Макс глотнул минералки. – Пришли из космоса, захватили влиятельные персоны и поместили в них своё инопланетное сознание.

– Ага.

– Моя фамилия Гогенберг.

– Угу.

– Фамилия принадлежит австрийской королевской династии. Завладев фамилией Гогенберг, они откроют любые двери и перевернут весь мир.

– Это перебор, – упрямо не соглашался я.

Макс занервничал.

– Ты не понимаешь. Фамилия Гогенберг имеет прямое отношение к морганатической ветви Габсбург-Лотарингского дома Австрийского королевства.

– Да ладно! Ты не королевич!

Макс уставился на меня, как удав на кролика.

Я не сдавался.

– Точно. Не король! Твой дом – пятиэтажка на окраине Москвы.

Макс едва сдерживал негодование. Я не отступал.

– Вспомни своих предков. До революции жили в Сибири в небольшом немецком поселении. В тридцатые годы подвергались репрессиям. В сороковые сражались за Родину. После войны работали на заводе. Потребляли трудности, лишения и советскую бытовуху. Жили совсем не по-королевски. Родители погибли в девяностые. Твоим воспитанием занималась бабушка. Сейчас ты живёшь в Вене. Работаешь в клинике. Ты не королевич. Ты генетик. Врач. Молодой и перспективный учёный.