Чтение онлайн

— Мы задаем всем один и тот же вопрос, — обратился к нему Семенов. — Скажите, как вы провели сегодняшнее утро? Пожалуйста, все с самого начала.

На похожий вопрос последовал очень похожий ответ.

— Начал я его как обычно, — сказал Костя. — Я обычно встаю в восемь утра, делаю зарядку, бегаю на реку купаться, потом завтракаю. Так я поступил и на этот раз. Потом… потом стал ждать, когда встанет Катя.

— И где вы это делали? — поинтересовался лейтенант.

— Сначала на веранде, потом в саду…

— А потом?

— В каком смысле? — спросил Костя. Однако Гурову показалось, что парень отлично понял вопрос и только изображает недоумение.

— Видишь ли, если бы ты ждал Катю в саду, то она тебя бы там нашла, — заметил он. — А твоя подруга только что сообщила нам, что не нашла тебя на веранде и отправилась на поиски в сад. Но и там не нашла. Так что нам приходится предполагать, что ты или играл с ней в прятки, или был где-то в другом месте.

— Да, действительно! — воскликнул Костя. — Я и забыл! Понимаете, мне что-то наскучило гулять по саду, и я вышел на улицу и отправился в лес.

— Значит, ты был в лесу? Ты шел по той же тропинке, по которой отец ходит на рыбалку?

— Ну да, ведь других троп тут, по-моему, нет. Но я ушел совсем недалеко. Так, погулял и скоро вернулся.

— Хорошо, допустим. Вернулся — и кого застал в доме?

— Кого? Да всех, кроме Кати. Она чуть позже с пляжа подошла.

— Всех?

— Ну, нет, не всех, конечно, — поправился Константин. — Ведь отца с Русланом с утра не было… А остальные все были дома.

— Хорошо, и что ты стал делать?

— Ничего, — пожал плечами Костя. — Сел ждать Катю.

— А что же ты не пошел к ней на пляж?

— А ей уже пора было возвращаться домой, — объяснил Константин, — и я решил ее подождать. Но тут вдруг позвонил Руслан и сказал, что с папой… что он мертв.

— Кому он позвонил — тебе?

— Нет, Ольге. А она уже мне сказала, и мы с ней побежали туда, на речку.

Гуров быстро переглянулся с Семеновым и кивнул:

— Ну, пока у нас вопросов больше нет.

— В таком случае у меня есть вопрос, — произнес Костя. — Катя сказала, что хочет уехать. Я, конечно, не могу никуда отлучиться — надо подождать, пока папу… пока можно будет везти его в Москву, потом готовиться к похоронам… А ей тут делать нечего. Может она ехать?

Теперь Семенов взглянул на Гурова, после чего ответил:

— Пожалуй, может. Вот я протокол допроса оформлю, она его подпишет — и пусть едет. Все, можешь идти. И пригласи сюда Ольгу Григорьевну.

Когда юноша вышел, Гуров повернулся к лейтенанту:

— Ты заметил, что он что-то скрывает?

— Да, врал на ходу, — согласился Семенов. — Хотя мы это легко докажем. Вы думаете, это он…

Но тут в кабинет вошла Ольга Григорьевна, и лейтенант не закончил фразу.

Лев предложил женщине сесть и заговорил вежливым тоном:

— Я понимаю, в каком состоянии вы сейчас находитесь. Тем не менее нам надо снять с вас показания. Вы сможете отвечать? Или мы отложим эту процедуру на завтра?

— Нет, я могу… могу… — ответила вдова.

Гуров отметил про себя, что она действительно проявляет большое самообладание. Лишь крепко стиснутые на коленях руки и некоторая бледность на лице говорили о пережитом ею потрясении.

— Расскажите, как вы провели сегодняшнее утро, — попросил ее Семенов.

— Как провела… Не скажу, что у меня было предчувствие чего-то плохого, но я с утра не находила себе места, — начала свой рассказ Ольга Григорьевна. — Накануне я не возражала против этой идеи мужа — пойти на рыбалку с Русланом. В общем, никаких разумных доводов против этого не было: он профессиональный охранник, надежный, сильный, и с Виктором ничего не должно было случиться. Поэтому я и согласилась. Но наутро меня охватили мрачные мысли. Я бесцельно бродила по дому, а потом заметила, что ноги сами вынесли меня на улицу, на дорогу в лес.

— Вы хотели пойти к мужу? — спросил Гуров.

— Нет, не то чтобы хотела… Я же сказала: ноги меня сами понесли. Когда я осознала, что уже вхожу в лес, тут же опомнилась и повернула назад.

— Почему?

— Я была твердо уверена, что Виктору не понравилась бы такая опека. Он этого не любил. А теперь я кляну себя, что не послушала голоса сердца, не дошла до места, где они рыбачили. Скорее всего, в таком случае Виктор остался бы жив…

— Вы кого-нибудь видели, пока шли к лесу и находились там? — задал вопрос лейтенант.

— Нет, не видела, — покачала головой вдова. — Ни людей, ни призраков…

— А когда вернулись в усадьбу, кто там в это время находился?

— Кто был… — Ольга Григорьевна задумалась. — В саду я видела Алексея Федоровича, нашего садовника, а в доме были Гена, повар, и Настя, горничная.

— А где была ваша старшая горничная, Елизавета Николаевна? Вы ее куда-нибудь посылали?

Гуров заметил, что его слова вызвали у вдовы легкое замешательство, губы ее скривились, словно ей в рот попало что-то кислое. Впрочем, это длилось всего один миг и могло ему показаться.

— Нет, я ее никуда не посылала, — ответила Ольга. — Но у слуг бывает свободное время, которое они используют по своему усмотрению. Возможно, она куда-то отошла, а может, была у себя в комнате.

— Виктор Петрович мне говорил, что в случае его смерти все имущество будет разделено на три части, между вами и его двумя детьми. Это так? — поинтересовался Лев.

— Да, вроде так, — кивнула она. — Но для этого надо выполнить ряд формальностей, и еще должно пройти какое-то время.

— Спасибо вам, что ответили на наши вопросы. Теперь мы побеседовали со всеми членами семьи и можем переходить к слугам. Пожалуй, начнем со старшей горничной Прыгуновой. Позовите ее, пожалуйста, сюда, — попросил Гуров.

На этот раз на лице Ольги Григорьевны ничего не отразилось. Она встала и молча вышла из кабинета.

— Почему вы хотите начать именно со старшей горничной? — решил уточнить лейтенант.

— Потому что она навряд ли много скажет, — пояснил сыщик. — А последними мы с тобой будем допрашивать садовника Петренко и младшую горничную Настю Клюкину. Вот они нам расскажут больше других.

— С чего вы взяли?

— А с того, что Петренко умнее и наблюдательнее всех остальных, а Настю все утро никто не видел. Но тише, горничная уже идет.

В кабинет действительно вошла Елизавета Прыгунова. Гуров подождал, пока она сядет, а затем спросил:

— Скажите, Елизавета Николаевна, зачем вы ходили сегодня в лес?

— В лес? — удивилась она. — А кто вам сказал, что я туда ходила?

— Пока никто. И лучше, если вы сами это скажете или объясните, где вы в таком случае были все утро, потому что в усадьбе вас точно не было. Только учтите, мы ваши слова проверим.

Прыгунова поджала тонкие губы. Было видно, что ей есть что сказать, но она сдержалась. Подумав немного, женщина заявила: