Чтение онлайн

– Еще как можно, – возразила Туся, обиженно надув губки, умело подкрашенные золотисто-бежевой помадой. – Моя мама, например, на все смотрит практическими, глазами. Хотя ты права. Скучно жить ради того, чтобы у тебя все было не хуже, чем у других.

Взгляд Туси пробежался по верхним рядам, опустился чуть ниже – полшколы в сборе. Наверное, пришли все, кто еще не уехал из Москвы. Вон и Кахобер Иванович, классный руководитель их 8 «Б» (теперь уже 9 «Б») на трибуне, и Ира Дмитриева со своим Ильей, и Борька Шустов. Неподалеку от запасной скамейки «Медведей» сидели трое яростных фанатов этой команды – Коленый, Рябой и Витамин. От этой компании можно ждать любых неприятностей.•В прошлый раз, когда играли «Медведи», они выкрикивали непечатные оскорбления, недовольные судейством. Пришлось прибегнуть к помощи милиции, чтобы утихомирить хулиганов.

Туся перевела взгляд на противоположную сторону, туда, где была скамейка запасных «Торнадо». Лапушка на месте – нервничает. А вот и Вика! Как же без нее? Явилась на своего капитана посмотреть, а заодно и ей соли на раны подсыпать.

– Девчонки, вы за кого болеете – за «Торнадо» или за «Медведей»? – спросил их один из парней, шатен, сидящий рядом с Лизой.

– За, «Торнадо»! – ответила она.

– Тогда не подеремся, – улыбнулся он.

– Угощайтесь, красавицы, – приятель шатена, наклонившись, протянул им открытую пачку чипсов. – Я с сыром не ем, – отказалась Лиза.

Туся покачала головой, что в переводе на русский язык означало: «Отвалите, не до вас!»

Парни и сами потеряли интерес к легкому флирту, когда на площадке появились команды. И тут Тусю настиг еще один ощутимый удар! Толик выглядел иначе. Он постригся и стал другим. Раньше он носил каре на прямой пробор, и все время отбрасывал длинную челку назад. А теперь у него была самая настоящая мужская стрижка, делающая его лицо взрослее.

Раздался резкий свисток судьи, и на Тусю снизошло озарение! Не только Толик изменился, но и она сама. Изменилось что-то внутри нее. Вот она кара за все грехи! Неужели она влюбилась в Толика?! В Сюсюку?! Такого не может быть! Потому что такого не может быть никогда! Но это случилось! Как? Каким образом? Кто знает ответы на эти вопросы?

Любовь, как и слава, приходит, когда ее не ждешь, и уходит, когда ей самой этого хочется. И все же это было иное чувство, не похожее на другие, ведь Туся влюблялась часто. Она была из тех, кто переживали несчастную влюбленность одну за другой. Однако сейчас горечь потери не могла сравниться ни с чем. В сердце словно заползла змея, свернулась там клубочком и жалила, жалила, разнося по крови яд.

Толик отыграл два очка, Вика завизжала, заходясь в восторге. Он бросил взгляд в ее сторону! В ее! Улыбнулся ей! Ей! Вике!

Туся тут же дала себе слово забыть о баскетболе навсегда и влюбиться в высокого, сильного футболиста, как только представится подходящий случай.

«Правильно говорят в народе: «Что имеем – не храним, потерявши – плачем!» – рассуждала она, отстранено глядя на игроков, борющихся за мяч. Но постепенно игра захватила ее. «Торнадо» проигрывала! Проигрывала крупно! Тут уж было не до любовных переживаний, внезапно свалившихся на нее.

Две минуты последнего тайма их команда держала стойкую оборону. Счет был 91:90. И вдруг длинноногий нападающий с острыми коленками, изогнувшись каким-то невероятным образом, послал мяч в кольцо. Счет стал 91:92 в пользу «Медведей». Вздох разочарования пронесся по рядам болельщиков «Торнадо». Оставалось играть меньше минуты. Обстановка на площадке резко изменилась. Теперь уже «Медведи» заняли оборонительную позицию. «Торнадовцам» нечего было терять, и они бросились в атаку.

Лапушка что-то кричал, его лицо покраснело от натуги, но его уже никто не слышал. В зале стоял невообразимый шум. Совершенно неожиданно мяч оказался у Толика в руках. Защитник сделал обманное движение, но Толик не поддался и обвел его. Сосредоточенно колотя по мячу, капитан «торнадовцев» бросился вперед, технично обходя игроков.

– Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, – молила Туся, забыв о своем обещании разлюбить баскетбол, а заодно и капитана сборной.

Мяч пролетел над сеткой и плавно опустился в кольцо.

– Уеs! – крикнула она, победно выбросив вверх кулак. Судьба матча была решена.

Финальный свисток заглушили радостные крики болельщиков. «Торнадо» выиграл юношеский турнир «Золотая корзина»!

Позабыв о Лизе, Туся бросилась по ступенькам, но внизу остановилась. Куда она так спешит? Зачем?

– Туся! – радостно крикнул Толик.

Деваться было некуда. Она заставила себя улыбнуться в ответ и подойти к нему. Его красная футболка прилипла к телу. Он был потный, измотанный, но чрезвычайно счастливый.

– Поздравляю с победой. Ты молодец!

– Спасибо, – сказал он, поймав на лету брошенное кем-то полотенце.

– Когда это ты успел постричься? – вырвалось у нее. Вот дурочка! Ведь дала себе слово, что•промолчит, ругала себя Туся, наблюдая, как он вытирает лицо и шею. – В эту субботу. Тебе нравится?

– Нормально.

Вот теперь Туся была довольна собой: голос ее прозвучал небрежно.

– Я думал, что тебя нет в городе.

– Почему же?

– Я звонил тебе вчера. Никто не брал трубку.

Туся действительно отключала телефон. Она не хотела, чтобы ей мешали читать сценарий. Значит, Толик звонил. Наверное, хотел поболтать с ней перед игрой. Но все изменилось, теперь Тусе не хотелось• кокетничать с ним, ей хотелось… «Впрочем, не важно, чего тебе хочется», – одернула она себя.

Толик разглядывал ее с каким-то непонятным напряжением. И Туся впервые заметила, какие• у него удивительные карие глаза, сверкают, словно янтарь на солнце.

– Что ты так смотришь?

– Давно не видел тебя, с полуфинала.

– Действительно, – согласилась Туся. – Я хочу извиниться за то, что наговорила тебе в тот день. Это не со зла, просто…

– Извинения приняты, – перебил Толик.

– Вот и хорошо. Я не люблю долго извиняться.

Он улыбнулся уголками губ – мне ли этого не знать!

– Между прочим, сейчас будет вручение кубка, официальная часть, а завтра мы собираемся всей командой отмечать•победу в «Лире». Ты придешь?

– Нет. Не смогу. Завтра мы с Лизой уезжаем к ней на дачу, – соврала Туся, испытывая душевную боль

Оттого, что она так поздно разобралась в самой себе.

– Ладно, увидимся, как-нибудь.

– Ты куда? – спросил Толик, хватая ее за руку.

– Меня Ира с Ильей и Лиза ждут. Мы в кино собрались, сам понимаешь – кинофестиваль!

Толик расстроился. Туся не предложила ему пойти с ними. А ведь могла бы…

– Ну, я пошла. Да и тебя Вика заждалась, – сказала Туся, отступая. – Вы ведь теперь пара.

Ее насмешливый взгляд хлестнул Толика, словно пощечина. Он не стал останавливать Тусю. Он чувствовал себя предателем. Да и что он мог сделать? Начать оправдываться? Просить прощения? Говорить, что сам не знает, как это вышло? Но ведь это были только слова, которые ничего не значат, если их не подкрепляют поступки.