Чтение онлайн

Сейчас у нас ужасное время, 10-го в Милане состоится пресс-конференция, где мы объявим, что просим политического убежища в США (?). Пока еще не ясно, как американцы отнесутся к тому, что я не смогу жить в Америке, т. к. работа у меня будет чаще в Европе (я так думаю).

Сложности с контрактом для Анны-Лены. Кажется, я даже как иностранец должен буду платить большие налоги. Кау ищет возможности.

Звонил Карло из Франкфурта, ему очень понравились сценарии, перевод которых он сделал, — «Гофманиана» и «Светлый ветер». Он хочет поговорить с немецким телевидением.

Мстислав Рострапович, Андрей, Владимир Максимов и Лариса на пресс-конференции в Милане, 10 июля 1984 г.

Прочел очень слабую и невежественную критику «Рублева» Солженицыным.

Боюсь, что Ольгу выгонят из института, как только мы закончим пресс-конференцию.

Не приспособлен я как-то к этой жизни: она для меня страдание.

Но если бы только это: мои близкие, которые меня любят и которых я люблю, страдают тоже. Словно связь моя с ними заставляет мучиться и их. Какое несчастье это сознавать!

Звонила Ирина Алексеевна Альберти и сказала, что с американцами все в порядке. Они согласны предоставить мне многие возможности в нарушение общих правил.

Пресс-конференция в Милане 10-го, в Circolo della Stampa. Нужно узнать у Володи Максимова, кто будет присутствовать на этой пресс-конференции.

Как-то не было ни сил, ни желания писать. Сколько событий за это время! 10 июля в Милане Movimento Popolare [20] вместе с либеральной партией устроили пресс-конференцию для меня и Лары. Их организатор — Роберто Формигони, как мне показалось, милый человек. Монах. На конференцию приехали Слава Ростропович, Володя Максимов, Ирина Альберти и… Любимов (?!). Его никто не приглашал — напросился сам, когда узнал у Славы, что тот едет к нам, в Италию. Думаю, ради рекламы. Его лишили советского гражданства. Два дня газеты в Европе (и в Америке в какой-то степени) писали о нашей проблеме и о пресс-конференции. Устали мы с Ларой ужасно.

Лариса, Андрей и Роберто Формигони на пресс-конференции в Милане, 10 июля 1984 г.

Договорились с Рапетти о другом издательстве для книги. Затем вернулись в Сан Грегорио и отправились, кажется, 18-го в Лондон. Выступил дважды: в соборе St. James и в Riverside Studios. Был большой успех. Особенно важным было выступление в соборе в связи с Апокалипсисом. Жили у Тима и Иры. Многих повидали. Организовался комитет для борьбы за нашу семью. Марина Вайховская приняла активное участие (она сама была в подобной, но более сложной ситуации с сыном). Марина — врач-психиатр из Ленинграда, отказавшаяся «лечить» диссидентов.

Франко Терилли сказал, что некоторые итальянские газеты сделали акцент на том, что главной причиной нашего отказа вернуться в Союз — желание заработать.

Сейчас, в августе, необходимо заключить контракт с Анной-Леной, съездить на несколько дней в Вашингтон за документами (после чего вернуть паспорта в советское консульство). Встречались с американским послом в Италии. Странное впечатление, что-то от советских есть в нем. Дубоват. Но любезен. Надо также подать заявление через Министерство иностранных дел в Италии по месту жизни с требованием Андрюшки и Анны Семеновны. Ответ нужно ждать двадцать один день. А затем при отрицательном, или не получив никакого, начинать действовать через Марину Вайховскую и комитет в Лондоне. Организовать такие же в Америке, Италии, Франции и Германии тоже было бы важно.

Сложности с проектом перестройки дома. Мели никак не хочет подписать его. Sindaco и дон Серджо обещали помогать и добиться решения.

Звонил Кшиштоф Занусси, передал от Вайды поздравления.

Кажется, до начала каникул, которые кончаются где-то 16-го, не удастся послать официальный вызов в Москву.

Адвокатесса [Кау] ждет меня завтра: Анна-Лена прислала контракт, в котором опять что-то не в порядке. Торгуется она, как цыганка, до неприличия, и раздражает меня этим ужасно.

1-го прилетел в Стокгольм. Между адвокатессой и Анной-Леной, кажется, найден общий язык. Не решены только лишь суточные — (50–75$). Может быть, удастся, найдя подходящую обещанную виллу в зеленой зоне, отказаться от нее и за этот счет увеличить суточные.

В Сан Грегорио приезжала Кристиана, познакомился с Марио, ее мужем. У них есть квартира в Риме в хорошем месте, но в ней уже 4–5 лет живут их друзья. Кристиана обещала подумать о том, как выселить их «друзей», которые слышать не хотят о том, чтобы выехать. Если это удастся, то они отдадут ее нам, а мы бы (если бы она нам понравилась) купили ее у Марио и Кристианы. Мы с Ларисой решили продать дом в Сан Грегорио и купить квартиру в Риме. Начинать надо с Рима. Когда приедет Андрюша, ему надо будет учиться, т. е. жить в Риме. Что касается деревенского дома, то это во вторую очередь. Можно найти лучшее место — и у моря, и дом, в котором уже можно было бы жить сразу же.

Письмо итальянского министра иностранных дел пока еще не послано. Ищут форму. В Америку поездка за документами откладывается до середины октября из-за начала работы.

Французы прислали письмо о желании публиковать «Запечатленное время».

Контракт с Анной-Леной будет оформляться через общество, которое я организую в Швейцарии под эгидой крупного Шведского банка. За это я должен платить 2.000.000 в год налога. Всего-навсего. И буду иметь право все свои контракты оформлять таким же образом.

Лара осталась пока в Италии, чтобы добить письмо в Москву с приглашением Тяпы и, может быть, послать официальное приглашение через консульство. Потом надо будет упаковать и убрать ненужные вещи, чтобы освободить комнаты в Сан Грегорио и не платить по 250 тыс. в месяц.

Зимой поедем в Берлин в Академию.

Но главное — Андрюшка и Анна Семеновна. И фильм, конечно.

Андрей Тарковский перед конференцией об Апокалипсисе, Лондон

Вчера и сегодня виделся со Свеном Нюквистом, очень хорошо и полезно поговорили о картине. Я третий день болен, но сегодня простуда или грипп пошел на поправку. Послезавтра летим на Готланд, на выбор натуры. Фотографии очень хороши и понравились Свену. Кажется, главный объект (Дом господина Александра с окрестностями) уже есть.

Я уже несколько дней в Стокгольме. Контракт еще не подписан, Анна-Лена очень не хочет платить мне суточных больше, чем 50 долларов в день, думаю, что придется мне удовольствоваться этим. Свен Нюквист произвел на меня самое приятное впечатление. Мы уже были на Готланде и с энтузиазмом остановились на выбранной ранее натуре. Единственная сложность — сопротивление орнитологов, которые боятся, что мы распугаем птиц. Еще не решил, как и где снимать Сны. Знаю только, что не хочу снимать никакую толпу. Не найден еще Дом Марии. Я хочу деревянные некрашеные дома, двор с брошенным посреди сельскохозяйственным агрегатом, заросшим крапивой, и возвышающееся (посреди?) двора черемуховое дерево в цвету. Надо найти дом где-нибудь поближе к Стокгольму. Сегодня был на даче у Анны-Лены. Замечательное место и скромный деревянный дом. Место удивительно красивое, на берегу залива, тишина, и рядом почти никого. Час езды на машине от города.

Пытаюсь переправить деньги нашим в Москву.

Смотрел вместе с Нюквистом «Зеркало». Ужасную копию! Просто невыносимо безобразную. Было очень стыдно.

Из Исландии прилетела актриса на Марию. Очень хорошее лицо. Веснушчатая и с хорошими глазами.

Я каждый день пишу Тяпе и Оле письма. Вот уже четвертый день подряд посылаю им открыточки в письмах с видами Стокгольма и Швеции.

Задумал сцену Пожара и всей развязки со всеми действующими лицами снимать одним кадром.