Чтение онлайн

– Нет никаких условий, госпожа Валиева. А составлен документ был два года назад.

Я уже ничего не понимала в происходящим. Конечно, раньше мама вскользь упоминала, что все принадлежащее ей будет моим, когда ее не станет, но я не воспринимала тогда этих слов. Говорила лишь, что это совершенно не срочно и она вообще думает о глупостях. Мало ли что переменится за ту долгую жизнь, которая ждет нас впереди?

Сейчас же у меня складывалось твердое впечатление, что мама просто не успела отменить сделанное и переписать завещание. Иначе бы точно пошла на это, оставив квартиру своему второму ребенку.

– Я свяжусь со Станиславом, - добавил нотариус.
– Сообщу ему все открывшиеся обстоятельства. Нужно будет оплатить государственную пошлину, но это не дело первостепенной важности. У вас есть срок ожидания вступления в наследство. Он в любом случае равен шести месяцам со дня смерти.

Он говорил что-то еще, перечисляя какие-то бюрократические нюансы, которые Ковалев слушал внимательно, а я сидела, пытаясь обуздать мятущуюся душу. Все представляла, как снова вернусь в квартиру матери, когда вступлю в законные права. Как буду решать судьбу этого жилья. Пусть даже к тому времени и пройдет полгода.

– Спасибо большое, - поблагодарила я нотариуса, когда он закончил говорить.

Мы с Ильей поднялись со своих мест и, распрощавшись, ушли. Только когда я оказалась на улице, смогла хоть немного сбросить с себя морок того удивления, которое испытала при ознакомлении с завещанием.

– Ты теперь у нас совсем богатая невеста, - пошутил Ковалев, но вышло у него это как-то невесело.

Я криво усмехнулась и закрыла беседу, не желая продолжать эту тему:

– У тебя ко мне был какой-то разговор.

Илья тут же посерьезнел и кивнул.

– Да. Посидим в кафе? Я как раз дико хочу американо.

Я бы тоже не отказалась от какого-нибудь напитка. Желательно сладкого, который бы убрал ту горечь, что появилась на кончике языка.

– Конечно, посидим, - откликнулась я.
– Тем более, мне тоже есть, что тебе сказать.

Мы добрались до небольшого уютного местечка через несколько минут. Устроились за столиком, заказали себе по порции кофе. Илья хмурился все сильнее с каждым мгновением, а я гадала, что же такого хочет мне сообщить Ковалев.

– Ты навела меня на мысли, когда сказала, что хочешь уехать, - начал он, и я задержала дыхание, потому что Илья коснулся той темы, которую я и сама хотела поднять.

Только не знала нескольких вещей - как он отреагирует на этот разговор? И как мне его в принципе начать?

– В общем, я присмотрел сезонную работу в другом городе. Мы с Бураном отправляемся на новое место жительства уже через несколько дней.

И это тоже было настолько неожиданно, что я вновь застыла. Второй раз за считанные минуты.

– Ты… уезжаешь?
– тупо переспросила я.

Илья кивнул.

– Я не дурак, Вер. Вижу, что ты не готова к отношениям, да и ты сама мне это говорила. Я не настаиваю, но готов был ехать следом за тобой, куда бы ты ни сказала. Но я же понимаю, что тебе не нужен.

Он произносил эти слова, а у меня внутри все переворачивалось от самых острых и разнообразных эмоций. И внутренний голос раз за разом вопрошал: не этого ли ты хотела, Вера?

– Илья… послушай… на меня очень много всего навалилось. Я очень благодарна, что ты рядом…

Запнувшись, я посмотрела на Ковалева, не зная, что еще сказать. Сама ведь и планировала пока уехать, так что наличия рядом Ильи в моей судьбе в ближайшее время не предполагалось. Так почему же сейчас я испытываю настолько странно-горькие чувства?

– Я и буду рядом, - пожал он плечами, отпивая кофе.
– Просто на расстоянии.

Я тоже пригубила свой напиток, почти не чувствуя вкуса. Тряхнула головой, пытаясь привести мысли в порядок. Получилось откровенно плохо.

– Хорошо, - все же смирилась с тем, чего недавно хотела сама, но что сейчас показалось совершенно ненужным.
– Ты же будешь мне писать хотя бы в телеге? (Телеграм, прим.автора)

Ковалев протянул руку и положил поверх моей ладони, однако тут же отдернул прочь, словно обжегшись.

– Конечно, буду. А сейчас заканчиваем говорить о грустном. Ты говорила, что собираешься с подругой куда-то за город. Рассказывай.

Вечером этого же дня, когда я сидела и гипнотизировала телефон, играя в дурацкую игру «если мне сейчас позвонит Илья, то я скажу ему, что поеду с ним», на экране высветилось сообщение вовсе не от него. Мне оставил послание абонент с незнакомого номера.

«Вера, это Стас. Я никак не могу до тебя дозвониться. Думаю, ты была права - пусть твоему брату достанется половина квартиры вашей мамы».

Запрокинув голову, я расхохоталась. Станислав наверняка уже был в курсе того, что случилось и кто был наследником по завещанию. Вот и хитрил как мог.

«Не достанется, - ответила я сообщением.
– По закону ему полагается четверть, остальное - мое. И не пишите мне больше никогда!».

Я отправила это послание и с мрачным удовлетворением внесла еще и этот контакт в черный список. А потом продолжила свою медитацию.

Правда в этот вечер, как оказалось, ждать мне было нечего. Ковалев мой номер так и не набрал…

Эпилог

– Она сказала, что мы можем пожить в той квартире, пока не выйдет срок до вступления в наследство! А дальше разберемся, что делать. Ты можешь себе представить?
– возмутился Стас так искренне, что Вете сразу стало ясно - бывший муж дико возмущен.

А вот она его возмущения не разделяла. Кто-то бы сказал, что Вета полная дура и нужно в первую очередь бороться за то, чтобы в итоге не пострадал их со Станиславом ребенок, но она бы просто махнула рукой на такое заявление.

Потому что Вета, что бы ни случилось, прежде всего была за справедливость. И считала, что во всей той грязной истории, о которой она знала не понаслышке от Стаса, Вера является самой пострадавшей стороной. А пострадавшие стороны по всем законам - божьим и человеческим - должны получать компенсацию.

Единственное, за что себя корила Вета, что погрузилась в новые отношения и не успела отследить простую вещь: Станислава нужно было вовремя отпустить. Сесть и поговорить с ним, сказать, что ему нужно идти в свою отдельную судьбу. К Ларисе. Забрать у него обещание, что как бы ни сложилась их семейная жизнь, они будут в первую очередь думать только о совместном ребенке.