Маленькие бродяги
Шрифт:
Анна, Франческо и Доменико, усиленно работая локтями, с трудом отступили назад, подальше от обрыва… Плотина казалась длинным, узким, низким островком. Лодки, баржи, наскоро сколоченные плоты непрерывно сновали взад и вперёд по воде, перевозя беженцев на ту сторону…
Когда баржа приближалась к плотине, давка становилась угрожающей. Люди оступались, падали в воду, их с трудом вытаскивали…
Страшные часы пережили ребята, прежде чем их взяли на плот. И когда наконец под ногами у них оказалась земля, они, несмотря на страшную усталость, зашагали вперёд, не разбирая дороги, как слепые.
— Пойдём полем, — предложила Анна,
Франческо и Доменико молча согласились.
Они зашагали по полю, проваливаясь по колено в грязь. Крестьянские дома, попадавшиеся им на пути, казались вымершими. Окна были наглухо заколочены.
К вечеру они дошли до небольшого посёлка. Жители толпились возле домов, печально и сочувственно глядя на бесконечную вереницу беженцев. Анна подошла к дому, на пороге которого стояла женщина с ребёнком на руках.
— Мы есть хотим, — произнесла она еле слышно.
— Входите, входите, бедные ребятки!
Женщина впустила их в комнату, погладив Доменико по мокрым волосам.
— Вымокли, промёрзли все… Садитесь к огню, обогрейтесь!
В большом камине пылал огонь. Девочка подбрасывала в него солому. Женщина передала ей на руки ребёнка, достала из буфета хлеб и другую снедь и разложила всё это на столе.
— Кушайте! И выпейте немного вина… Вам станет лучше.
Девочка принесла фляжку и стаканы…
Анна, Франческо и Доменико принялись есть, жадно и молчаливо. Первые куски они жевали медленно, с трудом: губы не слушались, челюсти болели… Но постепенно тепло камина, деревенское вино и чувство сытости сделали чудеса… Доменико посмотрел на Анну и вдруг впервые за эти дни улыбнулся. Все рассмеялись, даже хозяйка и девочка.
— Теперь вам лучше? — с нежностью спросила хозяйка.
Франческо кивнул головой и, не переставая жевать, осмотрелся кругом. Только сейчас он заметил, что они в большой кухне, тёмной и закопчённой. Мебель в ней скромная: буфет, сыроварка, стол, стулья. «Должно быть, в доме живёт очень большая семья, только все разбрелись куда-то…» — подумал он.
Как бы угадав его мысли, хозяйка сказала:
— Наши ушли оказывать помощь. Вот уже два дня, как их нет. Вечером, должно быть, вернутся…
Когда ребята доели всё, хозяйка проводила их наверх.
— Теперь ложитесь спать. Видите, сколько здесь кроватей, и все пустые. Если наши вернутся, не беда, мы как-нибудь устроимся.
Анна легла на маленькую кроватку. Франческо и Доменико забрались на двуспальную кровать, удивительно большую и мягкую. Натянув одеяло до подбородка, они рассмеялись от счастья. Сколько времени они не спали в постели! А в таких кроватях им и вообще-то никогда не доводилось спать. Им вспомнился дом, ложе из тряпок и соломы, серое одеяло отца…
— Папа! — прошептал Доменико. — Папа!
Он уже спал, продолжая что-то бормотать во сне. Улыбка бродила по смуглому лицу.
Через минуту все трое спали крепким сном. Хозяйка погасила огонь, собрала их мокрую одежонку, отнесла на кухню и развесила перед огнём.
ЗНАК НА СТЕНЕ
Первым проснулся Франческо. Он открыл глаза и сразу же закрыл их, ослеплённый яркими солнечными лучами, заливавшими просторную комнату. Затем он услышал ровное, спокойное дыхание Доменико. Тот крепко спал, сунув руку под подушку.
Перед Франческо, как в кино, прошли события последних дней: туманные и страшные картины наводнения, сеновал, плотина… Последним возникло лицо женщины, простое и доброе. Она чем-то напоминала мать, только не такая грустная…
Почти в ту же минуту женщина заглянула в дверь:
— Проснулся наконец? А знаешь, который сейчас час?
Франческо отрицательно покачал головой.
— Уже два. Вы проспали почти двадцать часов. А твой брат и сестрёнка всё ещё спят.
— Доменико, верно, — мой брат, — сказал Франческо, — а Анна с нами, потому что у неё нет никого…
— Может быть, разбудить их? Нужно ведь, наконец, и покушать… Или вы решили проспать всю жизнь? Внизу вся наша семья. Все ждут вас.
Голоса разбудили Анну и Доменико. Они проснулись и сразу засмеялись. Такими весёлыми их ещё никто никогда не видел.
— Ну, вставайте! У вас что? Аппетита нет? — шутила хозяйка.
Ребята стали одеваться со смехом и шутками. На стульях лежала их одежда, высушенная и выглаженная, а кроме того две чистые рубашки и голубое платьице.
— Когда-то это платье носила моя дочка, — сказала хозяйка Анне, — увидишь, оно тебе подойдёт.
Вначале ребята пытались сдержать охватившую их весёлость и испуганно подавляли смех. Но вскоре они убедились, что им не грозит никакая опасность. Весёлые, совершенно преобразившиеся, сошли они вниз, на кухню.
— Смотрите-ка, кто идет! — воскликнул какой-то голос, сильный и очень знакомый.
Ребята сразу узнали юношу — одного из своих спасителей.
— Хотели убежать, а попали прямо в пасть к волку!
Вся семья с интересом слушала рассказ юноши, пока ребята с жадностью поглощали горячие макароны.
— Сидят, понимаете, на самой верхушке крыши, как три воробья… А как только мы довезли их до земли, они и улетели…
За столом сидели мужчины, молодые и старые, женщины с детьми на руках… Повидимому, все они ждали, что беглецы поведают им свою историю.
И Анна рассказала о себе, о своих друзьях по несчастью, о печальной жизни в деревнях Южной Италии, о скитаниях по дорогам, о фургоне дона Винченцо.
Слушатели не сомневались в правдивости её слов. С волнением и интересом внимали они её рассказу, узнавали подробности, переспрашивали…
Тем временем Франческо с любопытством осматривался. На стене, над камином, он увидел загадочный знак, который поразив его ещё раньше, во время скитаний с доном Винченцо. Это был серп и молот.