Чтение онлайн

Полет продлился всего день. Кокенхейм расщедрился не просто на военное судно А -класса, а на люксовый единичный экземпляр шатла «Веронис». Он обладал ускорителями последнего поколения, еще не выпущенными на рынок.

Мы с Расором пропали в его начинке. Нам все было в диковинку. Столько удивительных достижений техномагических примочек в одном месте не встретить. Сын показал себя семилетним любопытным сорванцом.

В очередной раз выудив его из технического отсека, поняла, что вскоре можно ожидать от него заявления о желании учиться на летчика. В такие минуты понимала, что должность матери требует всей моей концентрации. Он вдохновенно слушал рассказ Арафа, нашего пилота, следовал за ним по пятам. К концу полета уже разбирался в терминологии космических скитальцев и кидал время от времени даже мне незнакомые слова.

На шатле имелся всего один кубрик с двухъярусной кроватью и небольшой пищевой блок. Взяла на себя во время полета функцию кока. Сыну необходимо правильно питаться, да и сама не горела желанием кушать из автомата. Понимала, что в автоматы нового поколения загружались не полуфабрикаты и концентраты, а настоящие свежие продукты, но все равно не то. Пища должна быть приготовлена с душой.

Наш пилот довольно урчал, поглощая мною приготовленный обед, заявив, что если бы знал заранее о том, что полет будет проходить с домашними яствами, сам бы напросился, а не ждал приказа от руководства. По его рассказу, в нашем освобождении был задействован кариокский департамент ДТСП.

Они бы так рвались с освобождением герцогства. Потом вспомнилось, что они и так участвовали и даже потеряли двоих. В тот раз, когда зашел разговор о Лавенте и герцогстве, я почувствовала, что Араф пытается что-то выяснить для себя. И это что-то было личным. Я не пыталась вызвать его на откровения. Решился он только к концу полета.

– Эрика, я понимаю, что вы не вправе распространяться о произошедшем, но я бы хотел спросить о судьбе Равы и Рамуса. Ничего не говорите, если с вас взяли договор о неразглашении, только узнать бы, с ними все хорошо?

И как мне ему рассказать? Он нам с сыном понравился. Открытый и умный, проявлял невидимую заботу о нашем комфорте. Приняла тяжелое решение не сразу. Сначала в голове пронеслись воспоминания о гибели друга, о подруге. Его запомнила веселым и смелым. Рава, как ты там?

– Рамус погиб при исполнении, а Рава осталась в герцогстве со своей парой.

– Как? Она же говорила, что не верит в эту чушь. А Рам, как же так?

Он уходил с опущенной головой, унося тяжелый груз известий с собой. Но уже через двадцать минут по громкой связи раздалось.

– Расор, шельмец, верни управление.

Я понеслась в командный пункт на всех парах. Миг, ускорилась и я стою за спиной пилота, вглядываюсь вместе с ним в экран монитора. Мгновенный анализ ситуации. И я успокоилась. Один, два, три и отсчет закончился. Араф с облегчением принял управление шатлом на себя. А в динамике, опережая выволочку от пилота, раздавался сарказм сына.

– И чего так кричать? Я вам, между прочим, починил движок, - словно о аэромобиле говорит, - у вас тут ошибка в сцеплениях закралась. Нехорошо такую ласточку пускать в расход. Пару полетов и она бы разбилась.

Последние слова он говорил уже рядом.

– Сын, ты не прав. А сели бы ошибся?

– Я? Да никогда в жизни. Там делов -то было на пару минут.

Наша перепалка дала возможность успокоиться Арафу, проверить работу двигателя, и он начал допрашивать Раса уже спокойным, добродушным голосом, вызывающим доверие. В ходе их беседы выяснилось, что ошибка действительно имела место быть. Но все умы Кариоки не могли ее найти, поэтому и шатл существовал пока в единственном экземпляре. Несмотря ни на что, у него уже было в наличии больше ста вылетов. Ведутся даже дискуссии о том, чтобы его в таком виде и запустить в производство. Также выяснилось, что мой сын - гений. Араф так и заявил, подводя черту в их уже давно перешедшем в дружеский разговоре.

Араф пообещал доложить об открытии века в рапорте, а сына попросил сделать выкладки и чертежи. Потом с сомнением покосился на него и решительно заявил, что возраст не будет помехой. Ведущие инженеры сами все сделают, а ему нужно только озвучить свои умозаключения им.

Я улыбалась, ступая на землю Космпорта Кариоки. Толи еще будет. И не такое совершит мой сын. Пытливый ум и логика, присущая божествам, не дадут ему усидеть спокойно на стуле. Для него только такая жизнь и возможна: насыщенная открытиями и острыми впечатлениями. Иначе никак. Возвращаться к тому, от чего он ушел, нельзя.

Нас ожидал ректор в сопровождении мужчины в строгом деловом костюме. Одного взгляда было достаточно, чтобы определить его причастность к ДТСП. Вот и по мою душу пожаловали. Надеюсь, о сыне они не знают ничего?

Кокенхейм обнял меня, поздоровался с сыном за руку, как с взрослым, выказывая степень уважения. Просканировав мужчину, определила, что он является сильным магом. Он поприветствовал нас вежливо, задержав свой взгляд на Расоре. Послал ему легкий импульс незаинтересованности и с неохотой отвел глаза от сына.

– Леди Саргоса, я прошу проследовать вас со мной. Если вы проявите понимание и пойдете на сотрудничество, то я вас не задержу надолго.

– Я в вашем распоряжении, - мне нечего бояться, и не таких обводили вокруг пальца руки.

– Я с вами.

– Не стоит, позаботьтесь о мальчике.

– Они пойдут с нами, - немного жесткости в голос и маг согласился.

Вышли мы через служебнный выход. Там нас дожидался аэромобиль. Самалих открыл нам дверцу на задние сидения. Сам сел впереди.

– Пристегнитесь, леди.

Успели. Это было первой мыслью, а потом - "зачем же так кричать?" Сын вопил от души.

– Ух, ты. Мама, вот это скорость.

Взяла его руку в свою.

– Рас, так не принято. Выражай восторг сдержанней. Приедем домой, можешь кричать от души.

Он с разочарованием отвернулся к окну. А маг высказался не в нашу пользу.

– Леди, вы уверены, что справитесь с ним? Все же лаверр неизученного вида.

Совсем не тонкий намек.

– Самалих, документы на сына готовы?

– Да, и усыновление прошло благополучно. Заверены самим императором.

С превосходством посмотрела на мага. Знай наших. Я не просто так связалась тогда с ректором, рисковала быть раскрытой. Сразу намекнула, что у меня есть сын, и он сработал на опережение. Теперь нам и сам император не страшен. На Кариоке судьбу детей решают их родители.

Как-то я упустила из виду, что мы ехали быстро. Пять минут и мы на месте. Интересно, а нас доставят обратно или домой?

Мой восторг не передать словами. На входе в неприметное здание, где и располагался один из офисов департамента, нас встретил отец. Понеслась к нему навстречу, обняла и прильнула к его груди. Теперь будет все хорошо.