Чтение онлайн

В последнее время мы живём так, словно находимся в разных мирах, ты — в своём, я — в своём. Наши отношения погибают — медленно, но верно. Нам необходимо расстаться, хотя бы на время. Подумать о нас, решить, нужно ли нам это, стоит ли пытаться спасти то, что нас связывает. Оценить что-либо в полной мере можно только потеряв это.

То же говорит астрология. На прошлой неделе я составила карту, в которой сказано, что тебе предстоит испытание, связанное с путешествием и неким человеком. В карте чётко указано, что это будет девушка, и она много для тебя значит. Пожалуйста, не смейся надо мною, астрология и синтетизм играют важную роль в моей жизни, в моём мировоззрении. Им я верю даже больше, чем себе.

Подумай хорошо и сделай свой выбор.

Обо мне не беспокойся — что бы ты ни решил, я не погибну. Будет тяжело, но я сильная, выживу.

Мне было хорошо с тобой. Годы, проведённые вместе, останутся самыми счастливыми в моей жизни.

Удачи, Брэд!

P . S . Мне предложили работу на околоземной космической станции. Кроме всего прочего, на станции есть лаборатория, занимающаяся проблемой глобального похолодания, и этой лаборатории требуются климатологи. На обороте записки — контактные данные людей из министерства, которые помогут решить вопрос…»

Я ещё раз перечитала, бросила лист бумаги на кровать и взялась за сборы. Пожалуй, это послание — лучшее из того, на что способна. Был ещё один вариант, гораздо более прямолинейный и фаталистичный, но хочу ли я в самом деле расстаться?

Не уверена…

Кстати, где та записка? Кажется, бросила на кухне, дописывала во время завтрака. Не забыть бы забрать. Или наоборот — её и оставить?

Утром, когда Брэд уходил, я проснулась и хотела сказать ему. Но силы как всегда подвели, храбрости не хватило, промолчала, за что сейчас стыдно. Воображение родило метафорический образ: я не могу поднять взгляд, чтобы посмотреть Брэду в глаза, вместо этого в смущении прикрываю лицо составленной заранее запиской — образ неприятный.

Я уйду до того, как Брэд вернётся с работы. Когда он прочтёт послание, уже буду в корабле, несущемся к станции. Если любит — полетит, если нет…

Другого сценария себе не представляю: если скажу всё это в глаза Брэду, то не отпустит он меня, чувства не дадут этого сделать. Да и не смогу сказать, так и буду бегать от себя и от него, скрывать переживания.

В квартире пусто и тихо. Комната напоминает скелет динозавра — остов есть, а жизни нет. Оболочка давно убитого существа. Взор искал хоть что-то тёплое, родное, но не находил.

В своих поисках наткнулась на часы. «Странно, что Стефан не звонит, — мелькнуло в голове, — уже как будто должен…»

Собирать вещи тяжело. Занятие сродни чему-то непристойному, кощунство какое-то. Хватило меня только на половину сумки, после чего не выдержала и бросила сборы: вещи подождут, времени ещё целый вагон.

Я пошла в ванную и приняла душ, после чего занялась макияжем. Не особо падка на косметику, но сейчас это как раз то, что нужно, чтобы унять дрожь и обрести душевный покой.

А когда вышла в коридор, то увидела Брэда...

Момент был неприятный, но не неожиданный. Не знаю, почему, но всегда предполагала, что всё так и закончится: нелепо и мучительно. Моя конспирация обязательно даст сбой, Брэд сам обо всём узнает, сценарий пойдёт коту под хвост.

Ещё несколько дней назад внутри зародилось подозрение, что Брэд каким-то образом в курсе моих тайных переговоров и только делает вид, что ни о чём не догадывается. Предположение не основывалось ни на чём конкретном, обусловлено патологическим страхом воришки, которого вот-вот застукают с поличным, но доставляло сильнейший дискомфорт. Сейчас я видела, что не ошиблась с оценкой своего чувства: Брэд ничего такого не знал, лицо выражало крайнюю степень удивления и досады. В руках держал записку, и её содержание было для него страшнейшей неожиданностью.

Кажется, сама судьба вмешалась, чтобы дать нам последний шанс, последнюю возможность поговорить начистоту, исправить ситуацию.

Он всё ещё вглядывался в лист бумаги, не замечая моего присутствия.

— Не думала, что ты вернёшься так рано, — тихо произнесла я.

Брэд встрепенулся и оглядел меня. Взгляд холодный, пронизывающий. Невольно поёжилась, почувствовала незащищённость. Мой внешний вид показался неуместным: распущенные мокрые волосы, легкомысленный халатик. Невольно запахнула его до самой шеи. Не вытерпела и опустила взор вниз, к полу.

— Д-да… — протянул Брэд, как бы оправдываясь за вторжение. — Знаешь, я попал в аварию…

— О, боже… — Я озабоченно оглядела Брэда. Только теперь заметила разорванную рубашку и ссадину на лице.

— Ерунда, — ответил Брэд бесцветным безразличным тоном. — К счастью, не сильно пострадал, врачи сказали, что я в полном порядке. Даже не вздумай переживать.

Попытка проявить участие с треском провалилась. Не ждал Брэд никакого сострадания. Уязвлён и поспешил закрыться, чтобы не дать повода заподозрить себя в желании сыграть на чувствах.

— Угу, — кивнула я и окончательно поникла. — Слава богу, что всё обошлось.

— Знаешь, машина вдребезги, — Брэд выдавил из себя улыбку. — Полный разгром, восстановлению не подлежит. А мне — хоть бы что, можно сказать — ни царапины… Первая мысль была — кто-то там наверху не хочет, чтобы я пропустил командировку… Ну, помнишь, я рассказывал? — Брэд оживился. — Так вот, шеф утром позвонил, попросил заехать к нему, надо полагать, будем обсуждать подробности предстоящей поездки… А тут такое: какой-то тип подрезал, псих, наверное… — Брэд рассмеялся — сухо, деланно. Видно, что думает совсем о другом, но говорит о командировке, дабы оттянуть момент, когда перейдём к главной неприятной теме.

— Кошмар… — сказала я.

— Да уж, — протянул Брэд и взглянул на зажатый в руке лист бумаги. Помрачнел и упавшим голосом проговорил: — Я прочитал… Думаешь, всё? Никак по-другому нельзя?

Словно током сразило. Я услышала стук, с которым ударилась о пол выпавшая из моей руки расчёска. Страшнее слов представить себе невозможно. Меня охватил дикий страх, что это и в самом деле конец.

— Это временно, — возразила я. — Нам нужно разойтись, на время. Давай сделаем перерыв, тайм-аут. Я улетаю ненадолго, — пришлось соврать, — на два месяца. Этого периода будет достаточно для того, чтобы обдумать ситуацию, ходы и выходы, взвесить и решить…

— Послушай, всё ещё можно переиграть. — Брэд посмотрел на меня с надеждой. — Может быть, не стоит расходиться? Когда мы вместе, то можем обсудить, прийти к какому-то компромиссу…

Я замерла, дыхание спёрло. Неужели он сказал это? Или только почудилось? Да чёрт с ним, с контрактом, я могу послать их куда подальше! Брэд, скажи же! Скажи, что любишь, что я нужна тебе, и я останусь. Вот сейчас, одно слово, две фразы, три предложения! Ну же, Брэд, скажи!

Но он молчал. Он разглядывал записку, выискивая в ней тайный смысл, и не пытался понять того, что происходит внутри меня.