Чтение онлайн

— Значит, тебе нужны сыновья, орк? — сказала Джул, решив, что, возможно, чем дольше она будет говорить, тем дольше сможет предотвратить всё это. — Чтобы помочь себе утвердиться в роли капитана?

— Да, — последовал его незамедлительный ответ. — Капитан должен иметь пару и сыновей. За его спиной должна быть сила.

Точно. Сыновья для орков — вопрос жизни и смерти, часто слышала Джул от людей, и в то время это задевало ее, потому что сыновья были вопросом жизни и смерти и для многих людей тоже. Для Астина.

— Тогда почему ты ждал до сих пор, чтобы найти себе пару? — продолжил дрожащий голос Джул. — Несмотря на твои красивые слова об обратном, мы оба знаем, что вы, орки, годами воровали женщин. Разве тебе не было бы выгоднее заранее подготовиться и обзавестись кучей щенков до того, как ты стал капитаном?

Со стороны громоздкой тени Гримарра повисло молчание, а затем он сделал быстрый, пугающий шаг вперед.

— Я предпринимал попытки, — сказал он наконец. — Это не так-то просто.

Сердце Джул продолжало грохотать, колотясь в груди, и с ее губ сорвался звук, который мог быть как смешком, так и всхлипом.

— Как, во имя богов, это может быть непросто? — возмутилась она. — Ты похищаешь бедную ничего не подозревающую женщину под угрозой ножа, приковываешь ее к себе цепью, тащишь под гору и заставляешь вынашивать твоих детей!

Снова повисло молчание, огромные плечи приподнялись и опустились.

— Я усвоил, — произнес его голос, — что это неправильный путь. Когда женщину забирают таким образом, она сбегает обратно к людям, и ее младенцы принимают смерть. В этом нет радости.

В его голосе прозвучало нечто, почти похожее на скорбь, но у Джул не было ни сочувствия, ни терпения к этой кровожадной свинье, похищающей людей.

— И что случилось с твоими предыдущими попытками? — огрызнулась она. — Они сбежали?

— Да, — раздался низкий, полный сожаления голос. — Одна с моим сыном, всё еще крохотным в ее чреве.

Тело Джул сделало еще один резкий шаг назад, и она снова задрожала, потому что да, именно этого он здесь и хотел. Именно это он здесь и делал.

— И что с ней стало, — выдавила она. — Ты убил ее.

Лохматая голова Гримарра дернулась в резком, похожем на судорогу движении.

— Нет. Я не убивал. Теперь она живет с новым мужем, и я оставил ее в покое. Я бы не причинил вреда женщине. Я не желаю причинять вред тебе. Я поклялся беречь тебя.

Если это должно было успокоить, то с треском провалилось; Джул вскинула подбородок и свирепо посмотрела в его уродливое, скрытое тенями лицо.

— Ты причинишь мне вред, — сказала она. — Ты просишь меня стать твоей парой. Рожать тебе сыновей. Сыновья-орки убивают своих матерей.

С его стороны снова повисло молчание, его громоздкое тело неподвижно застыло в тенях.

— Не все сыновья, — произнес его глубокий голос. — Не тогда, когда о женщине хорошо заботятся, и не тогда, когда она крупная, полная сил и пышет здоровьем. А ты именно такая, женщина. Ты сильная. Ты смелая.

Щеки Джул странно загорелись, в глазах внезапно защипало от слез, и она сделала еще один неуверенный шаг назад.

— Это не так, — сказала она, возможно, просто потому, что должна была не соглашаться, должна была перечить всему, что говорил этот орк. — Ты ничего обо мне не знаешь.

Огромное тело сделало медленный шаг вперед, бесшумно двигаясь в темноте.

— Ты спрятала своих слуг, — сказал он. — Ты встретила меня в одиночку. Даже сейчас ты не умоляешь и не просишь. Ты стоишь прямо и бросаешь мне вызов.

Его голос при этих словах потеплел, в нем слышалось даже одобрение, и что-то странное, казалось, екнуло в животе Джул.

— Я в ужасе от тебя, — резко поправила она его. — Я в жизни так чертовски не боялась.

На мгновение снова повисла тишина — а затем из его горла вырвался глухой, рокочущий звук, который мог быть смехом.

— Да, — сказал он, и его голос зазвучал еще ниже, теплее, чем прежде. — Ты хорошая женщина. Ты родишь хороших сыновей.

Дыхание резко вырвалось из горла Джул, она на секунду зажмурилась.

— Я не могу рожать сыновей, орк, — процедила она сквозь зубы. — Я же сказала тебе: я бесплодна.

— У тебя будут сыновья, если ты того пожелаешь, — последовал твердый, незамедлительный ответ. — Если бы ты не могла, Скен бы это увидел. Его магия сильна.

Ох. Мысли Джул неохотно вернулись к тому моменту в ее подвале, когда старый орк прикоснулся к ней, к тому, как дыхание Гримарра ощущалось на ее спине.

— Что ж, а если бы он это увидел. Если бы он сказал тебе, что я бесплодна.

Она видела, как поднимаются и опускаются огромные плечи Гримарра, но это не сопровождалось никаким звуком, по крайней мере, таким, который она могла бы расслышать.

— Я бы всё равно привел тебя сюда, — сказал он. — Но я бы не стал просить твоей верности как моей пары.

Конечно. С губ Джул сорвался сдавленный смешок, жесткий и горький.

— Как великодушно с твоей стороны, орк, — сказала она, прежде чем успела остановить себя. — Как чертовски типично. Женщины годятся только на одно, верно? И для мужчин, и для орков, по-видимому.

Темная голова Гримарра склонилась набок, и она чувствовала, как эти глаза сверлят ее, проникают в самую душу.

— Если бы я не был капитаном, — сказал он медленно, словно взвешивая каждое слово, — и не нуждался бы в сыновьях, я бы всё равно просил твоей руки. Такая женщина, как ты, годится для многого.

Джул смотрела на него, на это ужасное лицо в тенях. На этого орка — этого зверя — который льстил ей. Делал ей комплименты. Был с ней добр.

— Что ж, — сказала она, потому что что еще оставалось сказать, — в Ярвуде есть один человек, который был бы с тобой категорически не согласен.

Большая рука Гримарра на мгновение скользнула к его боку, сжавшись на пустоте, и Джул смутно отметила, что он, должно быть, снял свой ятаган, оставил его где-то в другом месте. И, возможно, именно поэтому от него больше не пахло кровью, поэтому запах в комнате каким-то образом стал глубоким, землистым и теплым.

— Человек, который не дал тебе сыновей и не оставил тебе стражи? — произнес теперь Гримарр с явным презрением в глубоком голосе. — Этот человек слаб. И он глупец.

В горле Джул заклокотал странный ком, потому что за все пять лет ее брака так много людей видели это, знали это — но никто из них так и не осмелился произнести это вслух. Лорд Норр поглощен обязанностями, — говорили они. С лордом Норром жестоко обращались в детстве. Лорд Норр нездоров.