Чтение онлайн

С ног до головы окутанный огнем, я перенесся на бескрайнюю серо-коричневую равнину. Последний раз полыхнув, портал исчез, оставив меня на растрескавшейся от сухого жара земле, усыпанной черным пеплом. Здесь не было ни деревьев, ни кустарников, лишь бесконечные нагромождения камней и одиноко возвышающиеся каменные глыбы. Редкие местные растения, уродливые и колючие, имели нездоровый темно-красный или коричневый цвет и не вызывали у меня доверия, потому как шевелили стеблями без помощи ветра и с крайне зловредным видом. Небо же вообще при первом взгляде казалось потолком гигантской пещеры, при втором – ярко алой пародией на небеса мира людей, исчерченной рваными облаками, при третьем – вновь пещерой и так до бесконечности. И на всем этом лежала печать безысходности, той усталой покорности судьбе, когда уже ничего нельзя изменить. Само нахождение здесь угнетало, хотелось сесть, облокотившись на ближайший камень, и застыть, бессмысленными глазами уставившись в странную, неподвижно-изменчивую высь.

Борясь с наваждением, я провел пальцами по рукояти верного меча: хоть я и избавился от генеральских регалий, предпочтя для своей авантюры легкий, но прочный, кожаный доспех без знаков отличия, я не нашел в себе сил расстаться с клинком, даже зная, что в случае провала он достанется нечисти. Значит, я просто не имел права на провал.

Мое внимание привлек тихий, на грани восприятия звук – как будто шорох маленьких коготков по камням. Я обернулся – быстро, но не резко, чтобы не спровоцировать нападения. Мелкая тварь песочного цвета с длинным крысиным хвостом, огромными свиными ушами и двумя рядами мелких, но по виду очень острых зубов осторожно выглянула из-за большого камня, принюхалась и пристально уставилась на меня. Зверюшка подошла поближе, потрогала меня своей тоненькой когтистой лапой, отпрыгнула на пару шагов.... Я уже понадеялся, что меня понюхают и уберутся восвояси, – поднять как можно меньше шума было было моим главным шансом на успех, но тут тварь решила попробовать меня на вкус и вцепилась в нижнюю кромку доспеха. Этого я уже не выдержал, сработали рефлексы, и она отлетела, получив удар кулаком в челюсть. Беспомощно подрыгала лапами в воздухе и пронзительно заверещала. Я со всей возможной скоростью шмыгнул за ближайший камень. И вовремя. Потому как на поляне, если ее можно так назвать, появился еще один монстр. Похож на первого с той только разницей, что был раза в четыре больше. Что-то недовольно прошипев, обошел поляну принюхиваясь. Мне очень захотелось чихнуть, но я собрал все внутренние силы, чтобы сдержаться. К счастью, большим умом, да похоже и чутьем, твари не страдали, тот, который побольше, сердито тявкнул, подцепил мелкого зубами и неторопливо отправился в противоположную от меня сторону.

Я все-таки чихнул, и тут же вжался в камень. Но звери так и не оглянулись. Взбодрившись неожиданным приключением, я еще раз спокойно осмотрелся. Картина по-прежнему не обнадеживала, и, пожалуй, впервые я осознал всю бредовость моей затеи. Я представления не имел ни о размере этих мест, ни об ориентирах, ни, собственно, что я должен найти. Но сидеть на месте было еще глупее, чем куда-то идти, поэтому я медленно побрел по пути наибольшего скопления камней – чтобы удобнее было прятаться, если нарвусь на кого-то из местных обитателей. Огибая один из булыжников, я случайно наступил на стелющийся по земле коричневый вьюнок, за что тот пребольно хлестнул меня по ногам, окончательно убедив в недобрых намерениях здешних растений.

Через сотню, а может быть, полторы сотни камней, мне померещился вдали огонек походного костра. Осторожно, чтобы ненароком себя не выдать, я подобрался поближе. Шесть фигур, очень отдаленно напоминающих человеческие, сидели тесным кружком, а их тела полыхали яростным бордовым пламенем, заставив вспомнить, в каком виде я сам появился в этом негостеприимном мире. С тем только отличием, что у этих шестерых огонь был их собственный. Внезапно пламенные существа встрепенулись. Их цвет из бордового стал почти оранжевым, а в руках образовались горящие копья. Я крепко сжал рукоять меча, соображая, сколько он сможет продержаться, прежде чем полностью расплавится. Но, похоже, нарушителем спокойствия тварей был не я. По бесплодным землям неторопливо шествовали два демона, о чем-то оживленно беседуя. Они говорили на своем трудновоспроизводимом человеческими связками наречии, о чем – оставалось только гадать. Один из них прикрикнул на огненных и нетерпеливо взмахнул рукой. И жуткие пламенные монстры, как пугливые котята, бросились врассыпную.

Демоны рассмеялись и продолжили путь, я последовал за ними. Один раз я оступился, вызвав небольшой камнепад, и замер, задержав дыхание, чтобы не выдать себя ни единым звуком – ввязавшись в схватку, я окончательно лишил бы себя надежды найти пленника. Ближайший демон остановился и настороженно огляделся. Но его товарищ что-то недовольно проворчал, и демон с большим сожалением отошел от моего камня и поплелся следом.

Больше я подобных ошибок не допускал. Камней в Пустошах было не просто много – очень много. Если и попадался протяженный открытый участок, я просто дожидался, пока мои «проводники» отойдут подальше, а затем догонял. Путь закончился у массивной каменной двери, ведущей, по-видимому, в пещеру. Демоны не стали заходить внутрь, а расселись у входа, чего-то ожидая. Я затаился и ждал вместе с ними. Где-то примерно через четверть часа подъехал затянутый темной тканью фургон, запряженный угольно-черными лошадьми, гривы и хвосты больше походили на языки пламени, чем на конский волос. Извозчик открыл фургон и невежливо вытряхнул из него облаченного лишь в набедренную повязку демона, в котором я немедленно опознал героя своего сна.

Наткнуться на нужного пленника посреди незнакомых и бескрайних Пустошей? Такое совпадение трудно объяснить чем-то, помимо потрясающей удачи. Оно одновременно обрадовало и насторожило меня – подарки судьбы не стоит принимать без оглядки, нередко за ее щедрость приходится платить, и хорошо если деньгами. Однако, если проявить осторожность и выбрать подходящий момент…

Двое, видимо, охранников подхватили падающего узника и потащили в пещеру. Дверь, при прикосновении к ней послушно уехала куда-то вверх и долго оставалась открытой. Я незаметно шмыгнул следом. Внутри было очень жарко, над полом витало горячее марево, а факелы на стенах чадили вонючим черным дымом. Безответственность охранников Пустошей меня несколько озадачила. Бросив узника в камеру, один из них повесил связку из трех здоровенных ключей на крючок неподалеку от решетки, но все-таки, чтобы заключенный не мог до них дотянуться. Второй что-то хохотнул, я расслышал лишь нечто похожее на:

– … Лии’тхет тано. Ру’утем?

Первый замотал головой, видимо, отнекиваясь. Я все еще пытался разбивать речь демона на отдельные слова, но получалось плохо – настолько чуждым казался мне этот язык – но опыт подсказывал, что один из демонов подбивает второго самовольно покинуть пост. Зачинщик воодушевлялся все больше, в то время как его собеседник отбивался все неувереннее. Наконец он сдался, и охранники, смеясь, вышли. Выждав пару минут для надежности, я подошел к клетке, снял с гвоздя забытую связку и вставил ключ в замок.

– Ну надо же. Герой. Или идиот. Что, впрочем, одно и то же, – меланхолично прокомментировал пленник из дальнего угла. К слову, на чистейшем вэлифарском.

– Не слишком ты рад моему появлению, – вскользь заметил я, воюя с неожиданно тяжелым запором. – Во сне ты молил о свободе куда убедительнее.

– Ах, это, – демон иронично улыбнулся. – Все троемирие находится в постоянном движении. Иногда барьеры между Бездонными Провалами и Перворожденным миром слабеют, истончаются, и тогда мне удается послать кому-нибудь из смертных сон. Тысячу лет я использую любую лазейку, чтобы сделать это. Знаешь, такая сладенькая пилюля надежды посреди безысходности… Но чтобы кто-то в самом деле сюда явился? Я даже не думал, что существуют такие идиоты. Или герои, называй как хочешь. Впрочем, я повторяюсь.

Замок, наконец, поддался, и я распахнул скрипучую дверь:

– Тебе достался единственный экземпляр на всю Саладеру. Но давай обсудим это позже, как-то обстановка не располагает чесать языком. Охранники могут вернуться.

– Вернуться? – Антинаэль коротко хихикнул, или скорее хрюкнул. – Не смеши. Если в кабаке красотка Лии’тхет танцует, они проторчат там не меньше пары часов. Знал бы ты, как невыносимо слушать однообразные и пошлые дифирамбы про ее прелестные ноги. Это выматывает больше, чем любые пытки.

Тем не менее он поднялся, скорее формально отряхнул свою набедренную повязку и неторопливо прошествовал к столу у стены пещеры, где лежали длинные щипцы, и деловито ими щелкнул.

– У тебя оружие есть, герой? А, вижу. Хорошо.

Он на пробу взмахнул щипцами.

– Не то, к чему я привык, но сойдет.

Я переступил с ноги на ногу, одним только этим выдав свое нетерпение. Антинаэль снова улыбнулся с видом философа, познавшего все тайны мироздания:

– Пока мы здесь, нет нужды никуда торопиться. Поэтому просто постарайся набраться сил – чтобы покинуть Пустоши, придется изрядно побегать.

Его отрешенное спокойствие начинало меня порядком раздражать. Демон же, изящно игнорируя мое настроение, посетовал:

– Между прочим, это даже обидно. В начале заточения меня охраняли ни много ни мало элитные преторианцы Императора. А сейчас что? Сопливые новобранцы, в голове которых ровно две мысли – девицы и выпивка. Неужели Люциан считает, что я стал настолько жалким?

– Так что же ты сам не сбежал? – не сдержался я.

– Видишь ли… – мне показалось, или Антинаэль смутился? – наверное, он в чем-то прав. Тысяча лет без энергии душ кого угодно сделает развалиной, неспособной навалять даже двум малолетним придуркам.