Чтение онлайн

Эола так же не видела скрывающихся аидовцев, но чувствовала гнетущую тревогу. Саламандра в панике сновала по столу из стороны в сторону. Открывала и тут же закрывала рот. Знала, что не послушаю её предложения попросту кивнуть и согласиться на их условия.

Они сильны, но и мы не из помойки вылезли. Да и двадцать пять миллионов… эта сумма ничтожна на фоне двухста девяти долга. Если он, конечно, не стал еще больше за прошедшее время. Шестое чувство подсказывало мне сгонять в свободную минутку и проведать отца.

Я потарабанил кончиками пальцев по столешнице, вольготно закинул ногу на ногу. Никонов выглядел обескураженным. Ему почему-то казалось, что я взорвусь от восторга, получив столь «щедрое» предложение избавиться от тяжкого бремени. Как-то даже жалко было его разочаровывать.

– И что будет, если я откажусь? Прикажете своим молодцам в этой комнате убить меня?

Старик нахмурился. Принялся сверлить меня взглядом, после же недобро рассмеялся и покачал головой.

– Что вы, насилие в самом деле ни к чему. Я просто потушу вашу восходящую звезду. Знаете ли вы, что такое репутация, молодой человек? Она словно свет во мгле, к ней тянутся светлячки возможностей. Стоит лампе потухнуть, как кружащаяся над ней свора тут же утратит к ней всякий интерес. Мы выложим наши доказательства в общий доступ, покажем и докажем, что вы с вашим отцом – мошенники и аферисты. Как быстро по вашему это добьет вашу и без того на ладан дышащую корпорацию? Мне скорбно об этом говорить, и попросту не хочется губить ваш талант, но после подобного к вам попросту утратят всё доверие. Вы правда хотите остаток жизни провести на задворках? Не торопитесь, подумайте над моим предложением – хотите, я даже дам вам час на размышления?

Я посмотрел на часы и покачал головой. Моя ручная нимфа, наверно, уже заждалась. Да и не к чему было продолжать этот бессмысленный фарс. Если на меня хотят надавить угрозами, стоит отвечать тем же.

– Вы не боитесь, что мы подадим в суд?

– Ваше право, молодой человек. Но, боюсь, при любых раскладах вам придётся вывалить подноготную заклинания. А вскрывшиеся подробности… допустим, вы выиграете, и что дальше? Кто захочет иметь дело с заклинанием, которое почти невозможно использовать? Сможете ли вы в самом деле обработать его из невзрачной стекляшки до настоящего алмаза? Мне хотелось бы верить в это, но опыт заставляет меня сомневаться. Итак, ваш ответ?

В грубости не было нужды. Не меняя позы, я чуть прикрыл глаза и ответил.

– А знаете, Кирилл, я думаю… – подкинул дров в огонь надежды старика. Видел бы он сейчас, как загорелись пламенным азартом схваченной за хвост победы его глаза. Тем приятнее было потушить его до дымящейся золы. – Я думаю, что откажусь. Двадцать пять миллионов? Я считаю это оскорблением!

– Тридцать? – на миг опешив, он до смешного мизерно поднял ставки. Как будто в самом деле решил, что я пытаюсь с ним торговаться.

– Нет, нет и нет. Увы. Это слишком маленькая сумма. – Я покачал головой в ответ. – Если вы в самом деле хотите со мной договориться, выплатите долг моего отца «Садам Деметры». Это будет достаточной платой.

– Это возмутительно! Мальчишка! Ты хоть понимаешь, что хоронишь собственную задумку за глупой бравадой? – спокойный, похожий на своего далёкого предка, он наконец взорвался.

Я раздосадовано покачал головой и показательно вздохнул. Словно осознав, что мне удалось вывести его из себя попросту сидя в кресле, он нервно схватился за подлокотники, пытаясь успокоиться. Кирилл пытался держаться особняком, но я видел, как его колотит мелкая, нервная дрожь.

Присущий смертным страх чеканил во мне танец. Стоящие рядом чародеи напряглись, ожидая отмашки своего лидера. Одно лишь слово этого старикашки, и мне конец. Он посмотрел прямо мне в глаза и медленно поднял руку, остановив её на уровне лба. Сейчас махнёт – подсказывала интуиция. И тогда начнётся…

Старик в самом деле махнул, но иначе. Напрягшиеся Хароны, трусливо прятавшиеся под «Аидовым покровом» облегчённо выдохнули. Ещё раз посмотрев на меня, он покачал головой.

– Вы закончили? – встал из кресла, оправляя собственный костюм. Разинувшая пасть от волнения Эола потешно завалилась на спину, чуть не лишившись чувств. Я с трудом удержался от усмешки, забирая ее в свою ладонь.

– Пожалуй, нам больше не о чем говорить, – Никонов поморщился, осознавая свою слабость передо мной. Для него было в новинку выходить проигравшим из словесных битв. Угрозы, уговоры, деньги, та самая репутация, про которую он распинался: всё это позволяло ему беззастенчиво забирать всё, что он только пожелает. Сегодня я посмел воспротивиться установленному порядку и дать ему отпор.

Аиды сдержали слово. Мой отказ был для них горек, но не настолько, чтобы забыть о законах. Я не боялся их угроз, как и поднятой в прессе шумихи. В конце концов, заклинание нужно лишь для отвода глаз, настоящую прибыль будем делать на другом.

Я отказался от предложенной машины, предпочёл уйти из их дома на своих двоих. Мою спину буравили предупреждающие взгляды, словно все в этом доме, даже статуи, заслышав мой отказ шептали прямо в спину лишь одно – «Берегись».

Я не считал нужным. Маг, что привёз меня, оказался услужливым привратником и открыл дверь. В его взгляде не было доброжелательности, как и в выражении лица Новикова. На миг застыв у самого порога, я оглянулся через плечо. Хозяин имения взглядом и фальшивой улыбкой давал понять: не ты первый пытаешься уйти с гордо поднятой головой, но сдающийся, едва осознав последствия. Не знаю, я полагал иначе.

– Молчи, я прошу тебя! Молчи! – Эола тут же заподозрила неладное. Следовало отдать ей должное: она служила мне гласом разума. Вот только он не работает, когда кто-то отчаянно жаждет наступить тебе на горло.

– Вы знаете…

– Да-да, молодой человек? – Никонов выглядел так, будто прямо сейчас из-за спины вытащит старомодную чернильницу и желтый, обтрескавшийся по краям пергамент договора. На миг мне даже показалось, что в воздухе повис терпкий аромат сургучовой печати.

– Раньше Гермеса звали провожающим души. Ходят легенды, что он часто бывал в доме любимого дядюшки и всегда был там желанным гостем. Никогда не уходил без подарка. Может, желаете соблюсти традицию?

Не знаю, как только они не прогнали меня вон громким окриком. Кирилл кивнул одному из своих Харонов и тот вручил мне непримечательный коробок. Я вскрыл его на улице, когда ворота с треском захлопнулись у меня за спиной. Внутри оказалась монета – харонов обол, один из многочисленных артефактов. Не такой древний, какими я привык видеть, словно только вчера сошёл с конвейера. Внутри покоилась частица магических сил. Дядюшка шутил, что ими расплачиваются за могущество, ровно так оно и было. Обол позволял мгновенно пополнить запас сил, после чего попросту исчезал.

– Ничего себе – сорок пять минут! – раздосадовано вздохнула Эола.

Прекрасно её понимал: на разговор ушло добрых полтора часа. Опершись о чистую на вид стену, я включил телефон. Пара сообщений, уведомление о пополнении счёта. Как и обещали, представители благородного рода оплатили час моего времени. Посмотрев на сумму я крякнул. Может, бросить все остальные затеи, да шататься от одного благородного дома к другому? Раз за это так хорошо платят…

Несколько пропущенных от Киррлии. Что ж, отдам должное ее упорству. Надеюсь, она там не рвёт и мечет. Набор прошел быстро, она схватила трубку сразу же после второго гудка. Разбитое в лучших чувствах девичье ожидание лишь чудом не вылилось в гнев, обратившись в лаконичное «ты где?»