Контракт на любовь
Шрифт:
— Ты хоть что-то можешь о себе рассказать, — рядом находился мужчина, которого девушка наконец услышала.
Пришлось повернуть голову и сфокусировать взгляд. Собеседник очень понравился ей внешне, да и голос ласкал слух и не напрягал разум. Мужчина был не знаком.
— Где я? — попытка подняться была отложена. — И кто ты?
— Это больница. Ты упала на улице, поэтому я привёз тебя сюда, — по его выражению лица Лия лишь могла отдаленно предположить настроение собеседника.
— Всех страждущих подбираешь? — соблюдать официальных тон она не собиралась.
— Нет. Я перепутал тебя со знакомой. Как твоё имя?
— Аня, — пришлось покопаться в голове, ведь привыкнуть к новому имени она не успела. А этот персонаж мог и сумку проверить на наличие документов. — Где мои вещи?
— Рюкзак в тумбочке. Их никто не трогал. Фамилия у тебя есть?
Слишком подозрительный тип. Сам о себе не рассказывает, привёз в какую-то больницу, отдельную палату организовал. Лия решила не торопиться выдавать информацию. Лгать нужно аккуратно.
— Зайцева Анна. А ты кто? Не хочешь представляться?
— Рубинский Максим. Я даже не представляю, что с тобой делать? — он задумчиво потёр подбородок и посмотрел в окно. — Тебе стоит полежать пару дней в больнице под присмотром врачей, пройти обследование.
— С чего вдруг? Мне нужно поесть, принять душ и выспаться. Не нужны мне врачи, — оценивая произведённый эффект, Лия осталась недовольна. Мужчина не оценил её слов. — Я оплачу расходы за лечение.
— Тебе необходимо в первую очередь думать о ребёнке.
— Что?!
— Не знала о беременности?
— Знала! Но откуда ты пронюхал? — главный секрет просочился в массы. Лия думала лишь о том, как уничтожить записи в приёмном отделении.
— Врач брал кровь для анализов. У тебя гемоглобин понижен, плохо питаешься?
Лия злилась. Желанное чувство освобождения не пришло. Совершенно незнакомый человек пытается загнать её в угол. Откинув в сторону одеяло, села на постели, выждала минуту, потом опустила ноги на пол. Сил не прибавилось, но решимости хвала с лихвой.
— Послушай меня, Максим. Спасибо тебе, что не бросил на улице, но на этом остановимся, — девушка прожгла его взглядом, посылая угрозы расправы, если он возразит. — Можешь ехать по своим делам. Я сама всё улажу с врачами.
Воинственный вид и командный голос порадовали мужчину. Он наконец-то улыбнулся.
— Как же вы похожи: и внешне, и по характеру. Думаю со временем, я найду массу различий.
Дверь открыли без стука. Две девушки прошли в палату и подошли к койке. Одна из них в форме медсестры проверила капельницу, которая тянулась к руке Лии. Вторая гостья скрежетала зубами и молчала, ожидая чего-то.
Лия смотрела в лицо, которое знала лучше всех, точную копию своего. Немного другой макияж, форма бровей, иная прическа. Но всё же становилось понятно, почему Максим их перепутал. Лия с сестрой были близнецами.
Стоило медсестре покинуть палату, как девушка разразилась руганью. От нецензурной лексики даже у видавшей виды Лии отвисла челюсть. Максим подошёл к разъярённой львице и попытался оттеснить к стене, опасаясь рукоприкладства.
— Макс, не трогая меня! Под горячую руку попадёшь!
— Не стоит выяснять отношения в общественном месте, — учтиво предупредил он девушку. — Софи, поговори с сестрой дома.
— Ни за что! Я не потащу это сволочь домой, не подпущу к детям! Пусть сначала объясниться, а то прикопаю где-нибудь в лесу и родители не узнают.
— Тогда я оставлю вас наедине, проверю периметр, чтобы вас не подслушивали. Только не убивай её, пожалуйста.
— Только ради тебя.
Лия с большим интересом наблюдала за этой сценой. Они вели себя как хорошие друзья и супружеская пара одновременно. Максим говорил мягко и успокаивающе, как родитель с разбушевавшимся ребёнком. Софи шла на поводу, одновременно выдвигая свои условия. Обручальных колец на пальцах не наблюдалось, хоть это и не показатель. А упоминание детей и вовсе приводило в шок.
— Макс, только не уезжай. Мне может понадобиться помощь в физическом воздействии на эту паразитку.
— Я и не собирался никуда.
Дверь закрылась, и в наступившей тишине слова сестры звучали слишком чётко.
— Когда Максим позвонил и сказал, что подобрал моего двойника, я не знала как реагировать.
Софи старше на одиннадцать минут, но именно Лия всегда защищала её. Сейчас спустя пять лет они обе не знали как общаться друг с другом. Сестры уже очень давно потеряли родственную связь.
— Ты должна рассказать мне всё: от момента автомобильной аварии и до сегодняшнего дня. И не дай Бог, тебе соврать мне или утаить, я позвоню папе. И тогда никто не сможет спасти тебя от порки.
Это не просто угроза, а констатация реальных перспектив. С отца станется перекинуть через колено и высечь кожаным ремнём. И в тоже время в каждом слове Лия слышала беспокойство и заботу. Только родной человек мог требовать правды и выбивать её силой во благо.
Внутри всё сжалось от болезненного счастья. Лия продолжала сидеть на койке, тихо хихикая и плача одновременно. Она не ожидала прикосновения, поэтому вздрогнула, когда Софи забралась на постель и обняла со спины. Их ожидал длительный разговор.
Первый час Максим ещё топтался у двери палаты. Тишина настораживала, но была лучше криков и драки. Разговор затягивался, поэтому он решил организовать плотный перекус. Когда вновь пришло медсестра, чтобы убрать капельницу, мужчина протащил в палату два пакета еды из ресторана.
Девушки сидели на кровати напротив друг друга и тихо переговаривались. Они выглядели слишком расстроенными и подавленными. Мужчина поставил пакеты на койку и молча вышел. В коридоре нашёл свободный стул и присел у двери, как верный страж. Сегодня он отменил важную встречу, но совершенно не мог об этом думать.
Максим проезжал мимо, случайно заметил в толпе прохожих девушку. Он подумал, что это Софи, хотел догнать и подвезти. Так торопился, чтобы не потерять её из виду, что не удосужился позвонить. Когда девушка упала, Рубинский жутко перепугался. В последнее время, он не встречался с Софи в живую, лишь по видео-связи. Подозрения закрались в больнице, после долгого наблюдения за спящей девушкой, стал отмечать несоответствия, даже с фотографией сравнил.
Звонок Софи всё прояснил. Сестра-близнец. Это стало шокирующей новостью. Макс не знал о её существовании. Семейные тайны всегда казались ему зловещими. Ситуация стала этому подтверждением. Он не сомневался, что Софи чуть позже поделиться с ним правдой, поэтому проявлял терпение.