Чтение онлайн

— Ждите здесь. Я быстро.

Она выбралась из автомобиля и быстро зашагала к аптеке. Егор проводил ее взглядом до двери и, достав из кармана пачку «Кэмэла», вытряхнул сигарету.

Закуривая, он посмотрел в зеркальце заднего обзора. Шеринг сидел, прикрыв глаза. Похоже, он задремал. Глядя на Шеринга, Егор мрачно пробормотал:

— Я тебя еще спрошу, мразь. Все мне расскажешь.

Кремнёв повернулся и выдохнул дым в лицо олигарху. Шеринг закашлялся от едкого дыма.

— Вы что, сдурели? — недовольно прогудел он. — Мне и так нехорошо, а тут еще вы… с этим дурацким дымом.

Кремнёв отвернулся. Шеринг зевнул и посмотрел в окно.

— Это что — аптека? — вяло спросил он.

Егор молча курил.

— Не нравится мне наша Мата Хари, — сказал вдруг Шеринг. — Совсем не нравится.

Кремнёв глянул в зеркальце заднего обзора и прищурился.

— Ты же ей вроде глазки строил, — хрипло сказал он. — Комплименты говорил.

Шеринг улыбнулся бледными, вялыми губами.

— Говорим мы одно, думаем — другое, — назидательно проговорил он.

Кремнёв выдохнул дым и криво усмехнулся.

— Двуличный ты, моня.

— Я? — Шеринг покачал головой. — О нет. Какой же вы, право, дундук.

Шеринг поднял указательный палец.

— Пора бы уже понять, ваньша: мистер Шеринг не ошибается никогда!

— Правда? А это кто? Ты ведь, кажется, сеньор Реверте.

Шеринг улыбнулся.

Болезнь миллионера улетучилась, как по мановению волшебной палочки.

— А вы мыслите логически, — сказал он. — Эта девушка училась на курсе Сабурова. Так? Так. А Сабуров — он дьявольски влиял на людей! Он их менял силой своей личности! И менял не в лучшую сторону! Ученик Сабурова — это диагноз.

Кремнёв прищурился:

— Да ну?

— Точно вам говорю. — Шеринг зевнул и потер пальцами сонные глаза. — Вот вы, Кремнёв, посмотрите на меня. Я же вам не нравлюсь?

Егор усмехнулся:

— Мягко сказано.

Шеринг кивнул:

— Ну вот! Знайте: это последствия дурного влияния Сабурова! Сабуровщина, так сказать! Она, как вирус — один раз подхватишь и на всю жизнь!

Кремнёв неловко двинул рукой и поморщился от боли.

— Короче, лирик.

— Вот вам и короче. — Шеринг даже закашлялся от возбуждения. — Понимаете, он спал со всеми красивыми студентками! Уверяю вас, наша Наденька не исключение!

— Ты языком-то не слишком, — угрюмо проговорил Кремнёв. — А то прикусишь.

— Я вам точно говорю: любовницы Сабурова — это дважды диагноз! — все с тем же нездоровым возбуждением затараторил Шеринг. — Особый сорт продажных сучек! Высший!

Кремнёв недовольно крякнул.

— Все?

Шеринг облизнул губы.

— Смотрите сами. Она красивая?

— Ничего, — признал Кремнёв.

— Не ничего, а красивая! Сексуальная? Да. Мнения о себе явно не низкого. А если у нее высокое мнение о себе, тогда вопрос: что она делает в вашей говняной разведке?

— Слушай, ты точно договоришься.

— Да я не в обиду. Это ведь факт. Ваше ведомство такую девушку, как Наденька, может удовлетворить только в одном случае: если даст ей в три раза больше, чем любой богатый папик! Теперь скажите, у вас высокие зарплаты?

Кремнёв бросил взгляд на дверь аптеки. В этот момент туда входил еще один посетитель — приземистый парень в кожаной куртке «Харлей Дэвидсон» и потертых кожаных джинсах.

Шеринг снова затараторил:

— Хорошо. Поставим вопрос иначе: скажите, вы можете представить, чтобы такая женщина легла в постель с вами? Только честно.

Кремнёв насупился. Слова олигарха его явно задели. Он уверенно хмыкнул, как бы говоря: «Глупый вопрос!»

Шеринг засмеялся.

— А у вас неслабая самооценка! — насмешливо сказал он. — Такие женщины дарят себя только в одном случае: по большой корысти. В особенности таким, как вы.

Кремнёв выдул из легких облако дыма и со злой иронией уточнил:

— А таким, как ты?

Шеринг вальяжно улыбнулся.

— Скажем так, я в более выигрышном положении.

— Это почему же?

— А у меня мужские достоинства помножены на финансовый статус.

— Так. — Кремнёв облизнул губы и свирепо сузил глаза. — Ты вообще к чему клонишь, моня?

— Она работает в вашем ведомстве, — сказал Шеринг, понизив голос. — А зарабатывает — в другом. Неужели вы не понимаете? Она — двойной агент!

Егор повернулся и в упор взглянул на Шеринга. Отвернувшись от витрины, он не заметил, как в аптеку, по-звериному озираясь по сторонам, вошли еще двое парней.

Это была обычная аптека. Стеклянные стеллажи, уставленные лекарствами, пластиковый белый прилавок. За прилавком стоял провизор, рослый пятидесятилетний мужчина с пышными усами.

— Это все? — спросил он клиента, выставив на прилавок полиэтиленовый пакетик с покупками.

— Все, — кивнул тот.

— С вас двадцать три двадцать.

Клиент принялся рыться в бумажнике, отсчитывая деньги.

— Слышь ты, немощный, — окликнула его одна из двух девушек-путан, стоявших в очереди. — Шевели пальцами быстрей, мы из-за тебя рабочее время теряем.

Надежда взглянула на путан и незаметно усмехнулась. Их макияж был больше похож на боевую окраску зулусов, и было трудно представить, что подобные образины могут пробудить желание хотя бы у одного мужчины в мире.

Пока мужчина выкладывал на прилавок деньги, в аптеку вошли два парня: один лысый, как колено, но с рыжей кудлатой бородой, второй — в красной косынке-бандане и с целой гроздью колец в ушах. Стоявший у стеклянных стеллажей рослый парень в «харлеевской» мотоциклетной куртке повернулся к ним. Встретившись взглядом с лысым, он кивнул, затем повернулся к провизору и вдруг одним прыжком перемахнул через прилавок.

— Всем стоять! — рявкнул он.

Провизор быстро наклонился и выхватил откуда-то помповое ружье, но воспользоваться им нс успел. Харлей ударил провизора кулаком в живот и выхватил у него из рук оружие.

— Было ваше — стало наше! — с кровожадной веселостью сообщил он провизору и, пнув усача в грудь кованым ботинком, сбил его с ног.

Покупатель, отсчитывающий деньги, раскрыл рот.

— Что вы де… — возмущенно начал он, но договорить не успел.

Парень в красной бандане выхватил из-за пояса пистолет и ударил его рукоятью по голове.