Чтение онлайн

С ревом гигантская волна понеслась вниз по старому руслу, подбрасывая перед собою здоровенные валуны с такой легкостью, будто они были резиновыми мячиками. Девочка в ужасе следила за ее приближением. Ноги стали ватными, в голове все завертелось, и она отчаянно закричала:

–  Берегите-е-есь!

В последнюю долю мгновения вспомнив, как ее учили нырять в волну, девочка закрыла голову руками и, высоко подпрыгнув, кинулась в середину водяной стены. Ее маленькое тело завертело в гигантском водовороте подобно щепке; она ждала, что вот-вот, сейчас стукнет ее о каменное дно, и тогда - прощай жизнь! Но песчинки времени продолжали пересыпаться, а девочку крутило и вертело по-прежнему. Потом стало не хватать воздуха, а с этим трудно было спорить… Легкие будто распирало изнутри… Один бы глоток воздуха!

И вот когда бедняга совсем готова уже была вдохнуть воды, та же слепая сила, что болтала ее, почти утопив, вынесла вдруг на гребень волны. Сеня хватала ртом воздух и молотила по воде руками и ногами, стараясь удержаться наверху. Она ничего не видела вокруг, кроме клубящейся пены, и скоро перестала понимать, где верх, а где низ. Силы были на исходе! Утомленные мышцы стало сводить болезненной судорогой; ледяная вода все сильней сковывала движения, а конца этому кошмару не было и не было… И Сеня поняла - конец! Больше она не может…

В глазах ее потемнело, сознание выключилось, и девочка, уже неподвижная, понеслась вместе с ревущим потоком вниз в долину.

Болотник с Альбиносом в полной мере насладились устроенным безобразием. Оба они ощущали себя повелителями стихий и, по-прежнему стоя на вершине скалы, досматривали последний акт разыгравшейся трагедии. Дождь над озером стихал: поднявшийся ветер сносил облака. Под скалой что-то снова глухо ударило - да так, что громада ее содрогнулась. Мутный поток на глазах стал иссякать, все больше обнажая дно, и скоро от него остался ручеек; с тихим журчанием обтекал он те самые валуны, которые совсем недавно летали по воздуху. Болотник удовлетворенно тряс головой.

–  Видел бы добрый старичок, что творение рук его сделало с бедными детьми! Может, тогда не стал бы трудиться!
– злобная гримаса перекосила лицо колдуна.
– И поделом им. Украсть у меня стрелу! Наследство от бабушки! Но ничего… Теперь наглецы сгинули, и стрела сама найдет своего хозяина.

Альбинос промолчал. У него были сомнения насчет гибели беглецов. В отличие от старого колдуна он видел, как приготовилась нырнуть девочка, как ящерицы, свернувшись в тугие клубки, прикрыли головы хвостами. Но он ничего не сказал волшебнику, обидевшись на «дурака». Вместо этого ученик колдуна крутанулся на месте и, обернувшись чайкой, слетел со скалы - размять крылья. Болотник же снял свой рыжий плащ, вывернул его наизнанку и снова накинул на плечи. Тотчас колдун начал стремительно уменьшаться, сморщиваясь вместе с плащом. Наконец, когда в нем осталось росточку все-го-то со столовую ложку, он нетерпеливо топнул ножкой, обутой в крошечный черный сапог, и чайка послушно подлетела к хозяину. Колдун ловко вспрыгнул ей на спину, и большая белая птица, неся на шее седока в развевающемся рыжем плаще, взяла курс на Черный Замок.

Очнулась Сеня потому, что почувствовала: кто-то легонько хлопает ее по щекам. Девочка открыла глаза и увидела перед собой встревоженное лицо девушки. Та,заметив, что девочка пришла в себя, радостно улыбнулась.

–  Как я рада, что ты жива!
– сказала она.
– Мне вдруг показалось, что ты уже и не дышишь… Но теперь все будет в порядке. Можешь ни о чем не волноваться, я тебя вылечу.

Девушка подхватила худенькую девочку на руки и перенесла ее на тележку, запряженную парой осликов; она прищелкнула языком, и послушные животные тронулись с места. Сама же девушка пошла рядом. Сеня смотрела вверх на красивое спокойное лицо и тщетно пыталась вспомнить, что же с ней такое приключилось… И где это она сейчас? Тележка мерно покачивалась, убаюкивая: но спать не хотелось; одежда ее почему-то оказалась насквозь мокрой, и поэтому было очень холодно. К тому же все-таки хотелось понять, что происходит!

Девушка, будто услышав ее мысли, вдруг сказала:

–  Добро пожаловать в Кулхор!

И тут Сеня все вспомнила. Название долины соединило в ее голове какую-то разомкнутую цепочку, и перед глазами поплыли картины воспоминаний: сначала озеро, затем зловещие фигуры наверху скалы, рокочущий поток, неожиданно вырвавшийся из пещеры, и, наконец, серебристые ящерицы в золотых коронах, обернувшиеся на ее отчаянный крик.

«Что теперь с ними?» - в страхе подумала девочка. Лицо ее страдальчески исказилось, и девушка в испуге склонилась над нею. Сеня, с мольбой глядя в ее зеленые глаза, прошептала:

–  Ящерицы… Найдите ящериц…

Ее спасительница непонимающе глядела на нее.

–  Но… Но где же мне их искать, таких маленьких?
– виновато спросила она. Сеня покачала головой.

–  Больших… Таких, как я!
– выдохнула она.

Девушка в недоумении закусила губу, даже пожала плечами, но спрашивать больше ничего не стала. Вместо этого она вдруг неожиданно лихо свистнула. Удалой этот свист как-то не вязался с удивительно мягкими чертами лица и струящимся одеянием спасительницы, зато он возымел действие. Со всех сторон начали слетаться птицы. Их было сначала десятки, затем сотни, и скоро они живым ковром покрыли землю на десятки метров в стороны. Тут девушка негромко проговорила:

–  Разыщите для меня больших ящериц, пожалуйста.

Вот только это она и сказала; стая тут же снялась и, громко хлопая крыльями, разлетелась в разные стороны.

Сеня благодарно улыбнулась спасительнице и, закрыв глаза, погрузилась в небытие; несколько произнесенных слов оказались для нее непосильным трудом.

На этот раз Сеня очнулась, лежа в мягкой постели. Было так тепло и уютно! А белоснежные простыни пахли яблоками и медом. Девочка потянулась - она чувствовала себя замечательно хорошо! Это казалось довольно странным - ведь совсем недавно она чуть не погибла, а тело ее было избито так, что становилось больно от любого движения. Откинув одеяло, Сеня уселась на кровати, и ее босые ноги по щиколотку утонули в шелковом ворсе ковра. Ветер мягко шевелил белые занавески; за ними прятался цветущий сад.

Девочка поторопилась выглянуть в окно. Совсем не-далеко она увидела маленький круглый фонтанчик; на его бортике, опершись спинами друг о друга, сидели принц и принцесса! Филипп читал книгу, а Пина мечтательно глядела вверх на покачивающиеся кроны деревьев, Вода в фонтане тихо журчала; Сеня не знала, верить ли своим глазам? Она даже побоялась окликнуть друзей; у нее было такое чувство, что от шума или крика ящерицы могут исчезнуть, подобно чудесному видению. Вместо этого девочка села на подоконник и, перекинув ноги, спрыгнула вниз с небольшой высоты первого этажа. Брат с сестрой на звук повернули головы и, увидев любимую подругу, кинулись ей навстречу.

Нет, это все же был не сон! Сеня обнимала дорогих друзей живых и невредимых, а в черных круглых глазах ящериц видела радость от встречи с нею. Девочка забросала их вопросами. Выяснилось, что спасительницей друзей, претерпевших страшную катастрофу, была хозяйка Кулхора, фея Рисс. С помощью многочисленной стаи пернатых она разыскала принца и принцессу, почти уже бездыханных, но довольно быстро поставила их на ноги. Дольше всех Рисс ухаживала за девочкой: та пролежала в постели больше недели. Фея оказалась замечательной врачевательницей; всю жизнь она была окружена животными, которых очень любила и научилась лечить. Пина говорила о хозяйке с таким воодушевлением, что Сене сейчас же захотелось ее увидеть и поблагодарить за все, что добрая Рисс для них сделала. Друзья немедля отправились на поиски.

Здешний парк, казалось, весь состоял из фонтанов, чистых родников, ручьев и маленьких озер. На берегу одного из них дети и нашли Рисс. Та тихо сидела на камне у самого берега, и Сеня не сразу приметила ее, потому что и вода, и платье сидевшей были одного цвета. Наряд феи сиял тем же чистым жемчужным блеском, что и поверхность озера. Заметив своих гостей, Рисс улыбнулась и, поднявшись, направилась им навстречу.

–  Ну, как ты себя чувствуёшь теперь?- спросила она девочку и выслушала в ответ поток благодарности тихонько покачивая головой, отчего ее длинные пепельные волосы заструились по плечам подобно ручьям. Потом фея сказала: