Когда гаснут звезды
Шрифт:
– Это ты сделала эту вечеринку совместной!
– хихикает Деми.
Энтони подходит, покачиваясь, и я понимаю, что он не пил так много уже много лет.
– Я люблю свою жену, мне нравится быть отцом. Ребята, вы знаете, что у нас будет мальчик?
Он говорил об этом только тем в клубе, кто слушал, а потом говорил им снова. Но Энтони был взволнован, и я был рад за парня.
– Дайте этому человеку шот!
– Коннор подходит, на его шее висит мигающее ожерелье из бусин.
– Эй, где ты их взял?
– Фарра хватается за них.
Коннор отмахивается, но я вижу, как его глаза задерживаются на ее декольте.
– Покажи мне свой лифчик, и, может быть, я от них откажусь.
Мы были веселой компанией идиотов, и я не мог придумать лучшей компании, чтобы напиться до беспамятства и разврата.
– Мы в Мэриленде, а не в Новом Орлеане. Хорошая попытка, приятель.
– Фарра безумно ухмыляется, как будто только что сделала замечание века.
– Боже мой, давайте поедем в Новый Орлеан! Я хочу булочку!
– вдруг кричит Деми.
– Быстрее, ты ведь сможешь достать частный самолет или что-то вроде того, правда, детка?
Она смотрит на меня так, будто я могу достать его из воздуха.
– Притормози, гонщик. Мы остаемся здесь. И кто я, по-твоему, миллионер?
– А разве нет?
– Челси показывает на меня, невнятно бормоча.
– Замечание принято. Ты выходишь за меня только ради моих денег, Деми Розен?
Это заставляет мою женщину хихикать.
– Я думаю, ты женишься на мне ради моих. Золотоискатель!
Коннор выбегает на сцену и кричит на диджея. Внезапно включается знаменитый хит Канье Уэста, и все девушки вскидывают руки вверх, издавая крики. Я беру Деми за бедра, прижимаю ее спиной к себе, потирая свой растущий член о заднюю часть, которую я люблю и которой восхищаюсь.
– У тебя есть парень?
– дразню я ее.
– Вообще-то, я выхожу замуж.
– Она показывает мне свой безымянный палец.
– Но на выходные я свободна. Девичник.
Я поднимаю брови, прижимая нас друг к другу, пока ритм врывается в наши вены.
– Как забавно! Я здесь на мальчишнике.
– Хм, ну, я завидую девушке, которая выйдет за тебя замуж, - она ухмыляется.
– Эй, как насчет того, чтобы провести наше последнее путешествие на свободе вместе? Я видел тихое место, где мы можем... поговорить, - я подыгрываю.
Деми преувеличенно хмурится.
– Я не буду изменять своему жениху.
Я уговариваю ее, убирая ее волосы в сторону и целуя в шею:
– То, что происходит в Оушен-Сити, остается в Оушен-Сити.
Она тает, мурашки пробегают по всей ее обнаженной коже, когда я исследую губами ее ключицы. Мы не договариваемся, но в следующую минуту я уже тяну ее за собой, направляясь к небольшому алькову, который видел по пути сюда. Он был спрятан в коридоре, где находились ванные комнаты, темный коридор с фиолетовыми бархатными стенами, который был приглушен звуками клуба, сюда не доносилось ничего, кроме ударов ритма.
Деми следует за мной, ее дыхание учащенное и возбужденное, когда я веду нас по коридору и к проему в стене. Кто знал, для чего предназначалось это помещение... возможно, для телефонных звонков или перекуров, если было слишком холодно? Мне было все равно, потому что прямо сейчас я собирался трахнуть здесь свою сексуальную невесту.
– Снимай трусики, - рычу я, расстегивая ремень.
Мой член кричит на меня в этот момент, такой твердый и налитый кровью, что мне нужна разрядка.
– На мне их нет, - дуется Деми.
Я хватаю ее и прижимаю к стене так, чтобы ее руки лежали на стене, а щека касалась бархатистой поверхности. Задрав платье, я проникаю пальцами в ее киску, нахожу ее влажной и ждущей меня.
– Еб*ный ад, детка.
– Я должен держать себя в руках, потому что ее аромат и алкоголь в моем организме заставляют меня спотыкаться.
– О, Пакс...
– громко стонет Деми, и мне приходится зажать ей рот другой рукой.
– Ш-ш-ш, тихо, детка. Кто-нибудь нас поймает.
– Я едва могу дышать, я так возбужден.
– Пусть, мне все равно.
– Деми извивается между мной и стеной.
Бл*дь. Я должен быть в ней сейчас. Она вот-вот взорвется, и я хочу это почувствовать.
Грубо сдергиваю штаны, хватаю ее за одно бедро, а другой рукой направляю член. Я надавливаю на ее спину, и она прогибается по моей воле.
– Держись, детка.
Я вижу, как напрягается ее рука на стене, а затем вхожу в нее, пока мои яйца не ударяются о ее клитор.
– О боже!
– практически кричит Деми, и если кто-то находится в ванной, то он точно может это услышать.
Черт, да и люди в клубе, наверное, слышат.
В этот момент мне все равно, ничто другое, кроме моего члена, зарытого в ее влагу, меня не волнует. Мои бедра ударяются о ее задницу снова и снова, когда я прижимаю ее бедра к себе. Она держит руку во рту, кусает ее, стараясь не закричать.
– Я люблю тебя, миссис Шоу. Кончи для меня, миссис Шоу, - рычу я на нее.
И, словно по команде, я чувствую, как она сжимается вокруг меня, а с губ Деми срывается истошный крик.
Я следую за ее оргазмом, моя кульминация прорывается через меня, когда выстреливаю свою сперму в нее. Я едва могу дышать, прислонившись к стене. Глажу ее бедро, наслаждаясь ощущением ее пота на своих пальцах.
Дымка похоти медленно рассеивается, но когда голова проясняется, Деми начинает хихикать.
Деми поворачивает голову и целует меня в щеку.
– Думаю, нам лучше вернуться к нашей свадебной вечеринке, пока они не поняли, что мы ушли заниматься сексом.
ГЛАВА 44
ПАКСТОН
Джеймс Тейлор играет на заднем плане, поет о поездке в Каролину, и я с ним. Нет места, где бы я предпочел быть.
Шторы в нашей, да, нашей, квартире задернуты для внешнего мира. Я лежу на диване, перелистывая каналы, пытаясь найти фильм, который понравится нам обоим. Триллеры для Деми, вдохновляющие спортивные фильмы для меня... Пойди, разберись.
Моя невеста напевает на кухне, собака возится у ее ног. Я любуюсь ею, наблюдая, как она покачивает бедрами в этих трениках, которые каким-то образом делают ее задницу более соблазнительной, чем когда она голая. Это загадка, как ей это удается... заставляет меня возвращаться за добавкой именно тогда, когда мне кажется, что я знаю каждую ее часть досконально.
Деми приносит поднос с «Твиззлерс», кофейным мороженым и шоколадным пивом «Портер».
– Выходи за меня замуж, девушка моей мечты, - я ухмыляюсь, ловлю ее за талию и притягиваю к себе.