Чтение онлайн

Я убрала положительный тест на беременность в ящик стола, куда кроме меня никто ничего не кладет. Спрятала, можно сказать. Никому ничего не говоря, записалась к гинекологу, чтобы сдать анализы и подтвердить или опровергнуть результат теста.

Поход к врачу был еще тем испытанием. Натянула я дежурную улыбку, чтобы показать свою радость и счастье. С этой гримасой на лице прошла осмотр, сдала кровь и выслушала все восторженные слова от врача, которая была вместе со мной все эти долгие полтора года жизни, а точнее существования. Оставалось снова ждать. Облегчение я получила, как только села в машину. Открыв настежь окно, вдохнула свежего майского ветерка, и вот тут моя психика не выдержала: слезы потекли ручьем. Эмоции нашли свой выход. Каждая слезинка, а их было миллион, словно отвечала за конкретную подавленную эмоцию. Мне казалось, им не было конца. Не помню, сколько времени я так просидела, но моя белоснежная рубашка была в черных пятнах от потекшей с ресниц туши. Подняв вверх заплаканные глаза, я увидела женщину, стоявшую около моей машины с девочкой за ручку. Девочка так мило показывала на меня пальцем и спрашивала свою маму, что такое с этой тетей в машине, почему она плачет. Женщина подошла и в открытое окно спросила, не нужна ли мне помощь. Нет, помощь мне была больше не нужна!

В груди было так пусто и тепло, будто там что-то мягкое и нежное поселилось. Запертые эмоции вырвались наружу и дали место нежности и тихому счастью. И вот тогда я улыбнулась настоящей своей, истинной, а не натянутой и нарисованной улыбкой. Эта улыбка шла из глубины моей души. Мне стало легко, открылось второе дыхание. Появилось приятное ожидание чего-то чудесного в моей жизни.

Результаты анализов подтвердили 3–4 недели беременности. Помню очень тихую радость мужа, только в глазах светились неподдельное счастье и радость. Он был сдержан, впрочем, как всегда. Но я знала, что у него внутри, ощущала весь спектр его переживаний. Начались недели предвкушения общего маленького счастья.

Мы молчали целых 17 недель – как говорится, чтобы не сглазить. Знали только самые близкие: моя мама и свекровь. На удивление врачей, в мои 36 лет беременность протекала хорошо. Я не узнала, что такое токсикоз первого триместра беременности. Порхала, как птичка. Привычные дела, заботы, дочь, собаки – все эти хлопоты давались легко. Не зря говорят, что беременность окрыляет женщину. Гормоны счастья переполняли все мое естество. Но был один страх: как воспримет эту новость моя семилетняя дочь, которая привыкла к тому, что она одна и только ей достается все мамино внимание и забота. Первый ребенок в семье может очень ревностно отнестись к появлению малыша. Я понимала, что ее реакция может быть непредсказуемой, поэтому все эти 17 недель готовила ее к моменту оглашения новости о ребенке. Задушевные разговоры сводились к вопросам между делом о ее отношении к идее появления брата или сестры. Приводила примеры таких историй, подробно рассказывала о своих отношениях со старшим братом. Я надеялась, что все пройдет как по маслу. Вопрос реакции старших детей всегда беспокоит вновь беременную женщину. Это очень тонкий, волнующий процесс, который может принести множество негативных мыслей и эмоций. Моя уверенность в положительном исходе разговора с дочерью померкла после слов дочки о том, что она не хочет никакого братика или сестренки. Не хочет. Гром среди ясного неба. Полная растерянность и непонимание дальнейших своих шагов. Я понимала, как важно правильно настроить ребенка на появление младшего уже во время беременности матери. Это залог гармоничного существования семьи после рождения нового малыша.

Тем временем, появился уже небольшой аккуратный животик, и молчать дальше становилось невозможно.

Как же я переживала в тот день, когда решилась, наконец, поговорить с дочерью. Я понимала, что от ее ответа не изменится мой настрой на ребенка, но мне было очень важно сохранить близость с дочерью. И мне было жизненно необходимо ее принятие этого момента. Мои отношения с ребенком строились с позиции дружбы с самого ее рождения. У нас очень тесная связь, и мне было страшно разрушить ее. Зная свою дочь, я могла предположить, что она может воспринять эту новость как предательство, мое предательство. Я прокручивала в своей голове все мыслимые и немыслимые сценарии разговора, заранее подбирала слова и объяснения. Голова вспухла. Мне казалось, что мой мозг начинает отказывать мне в логичности и ясности. Голос слегка дрожал, ладони вспотели. С большим трудом успокоила себя и усадила за стол переговоров.

Дочь понимала и чувствовала, что я что-то хочу ей сказать, поэтому она начала этот разговор сама. Аккуратно села напротив и спросила: «Мам, что ты хочешь мне сказать такого, что так напряжена и переживаешь?»

Вот в этом вся моя дочурка! Взрослая не по годам и очень чуткая, она чувствует меня как никто другой. Наверное, я хорошо воспитываю свою дочь. После ее вопроса я выдохнула. Мне показалось, что весь воздух, который был внутри меня, вырвался на свободу. И на этом долгом выдохе я выдала простую фразу: «Дорогая, у нас будет ребенок. У тебя будет братик…»

Минутная тишина. Такая, что резала мне слух. Округлившиеся глаза дочери, ступор, замирание и резкий смех, похожий на истерический. Минут пять странного состояния у обеих. Но потом дочь радостно посмотрела на меня и сказала, что рада, что будет именно мальчик и ей не придется делиться с ним своими вещами. Безумное облегчение у меня, тело обмякло и расплылось по стулу. Все. Я это сделала. Моя дочь меня поддержала. Конечно, я понимала, что это только начало нашего пути по принятию этой ситуации, но тогда вдруг стало так легко и просто. Что делать дальше, я прекрасно понимала.

Так что же стоит делать, чтобы первый ребенок или старшие дети приняли факт того, что появится еще один малыш?

Надо постараться максимально вовлечь детей в процесс подготовки к родам. Вместе обустраивать детскую комнату, ходить по магазинам за вещами и необходимыми принадлежностями для малыша. Стараться показать, что дети будут частью этой новой для всех жизни, что они активные участники этого процесса. В этом случае у детей не возникнет чувства отстраненности. Они будут понимать, что так же важны для мамы и папы, вне зависимости от появления нового члена семьи.

Это важная часть подготовки, но есть и более значимая сторона: нужно объяснять детям, как все изменится в общей жизни, в быту.

В этот период в головах старших детей есть один главный вопрос.

«А будут ли мама и папа меня любить так же, как раньше, когда появится малыш?»

Этот вопрос ребенок может вам и не озвучить, но вы должны понимать, что он очень ждет ответа именно на него. Ваша задача – давать этот ответ каждый день: своими словами, поступками. Поступки зачастую важнее слов. Поэтому делайте упор на то, чтобы показать, как важен для вас старший ребенок (или дети). Проводите больше времени вместе, проявляйте неподдельный интерес к его делам и проблемам. Главное – не уходить с головой в беременность, ожидание и подготовку, забив при этом на чувства и переживания старших детей. Купить какие-то вещи вы всегда успеете, а вот проявить любовь, внимание к старшим детям нужно именно сейчас. Важно не упустить момент, чтобы появление нового маленького человека было желанным для всех членов семьи.

Несмотря на наш тесный контакт с дочерью, на протяжении всей беременности она регулярно задавала мне один и тот же вопрос: «Мам, ты точно не станешь любить меня меньше?»

И каждый раз мы подолгу говорили об этом.

Мое сердце остановилось ровно в ту секунду, когда сердце моего мальчика перестало биться. Боли не было, помню только то, что резко стало не хватать воздуха, и ком в горле был огромный. В тот момент я еще не знала, что сына больше нет…

О том, что такое резус-конфликт матери и ребенка, я узнала еще в первую беременность. Мне «повезло» родиться с отрицательным резус-фактором, еще и группа крови самая редкая, четвертая.

Резус-конфликт возникает, когда у матери отрицательный резус, а у отца ребенка – положительный. Если повезет, плод унаследует отрицательный резус матери. Но мне не повезло. В первую беременность дочь унаследовала положительный резус.

Во время первой беременности конфликт, как правило, не наступает. Поэтому особых сложностей у нас не было, но врачи контролировали показатели крови на наличие резус-конфликта.

Увидеть наличие конфликта можно, начиная с 28-й недели беременности. Раньше он не проявляется. Поясню для тех, кто не знаком с темой: если у «отрицательной» матери «положительный» ребенок, может возникнуть конфликт. Иммунитет матери считает плод чем-то чужеродным и начинает защищаться, разрушая его кровь. Одним словом, материнский иммунитет убивает ребенка. Конечно, медицинскими терминами этот процесс описывается иначе, не так страшно. Но суть такова. Ребенок испытывает недостаток кислорода – гипоксию. А при гипоксии могут возникать разного рода патологии, вплоть до смерти плода.