К теплым морям. Том второй
Шрифт:
– Че такое?
– Да не нравится мне это все… Походу решают, что с нами делать. Капитан «Ублюдка» в драку не рвется, но эти чинуши хотят нас задержать до выяснения.
– Сейчас порешаем…
Насвистывая, Обмылок подошел к служашим и, подмигнув Слободану, протянул им документы.
– Колди Пратт. Экспедитор Севионской торговой компании. Мое судно потерпело крушение. Добираюсь до местного офиса, чтобы отчитаться. А у вас проблемы?
– Нет, господин… - служащие переглянулись, - Просто это судно…
– Оно почтовое… Что не так?
– Оно вольное…
– Одно другому не мешает. Они же, в конце, концов, не пираты и не контрабандисты.
– Вы уверены?
– Разумеется! Вы посмотрите на размер этой лоханки. Что они могут? Захватить гребную шлюпку и перевезти контрабандой пачку пуговиц? Распишитесь в бланке и покажите, где у вас тут начальство… А еще лучше - распишитесь и предупредите его. А я, пока, отдам им последние распоряжения…
Слободан дождался когда служащие свалили и с подозрением посмотрел на Обмылка.
– Чего?
– Спокойно. У меня документы Пратта. Брава вам все объяснит.
– Ты себя выдал за него?
– Ага! Прокатило!
– С этими — возможно. Что будешь делать с теми, кто поумнее?
– В смысле? Все бумаги у меня на руках. Даже если они запросят по радио, то им скажут что да — был такой. В вашу сторону плыл, но не доплыл.
– Ты дурак?
– Да че такое-то?
– Ниче… Пратта, в первую очередь, попросят написать отчет. Ты, вообще, писать-то умеешь?
– Немного…
– А там надо много. Причем не просто так, а на специальном казенном языке. Они сразу поймут, что ты нихрена не из их породы.
Обмылок задумался… Потом, просияв, рванул в рубку и вытребовав бинт закатал рукав.
– Бьерн… Полосни по руке, пожалуйста… Только не… - Бьернсон, не особо вдаваясь в подробности, рассек ему предплечье ножом, - АЙ!!! Я хотел сказать не сильно!!!
– Да не за что… Обращайся… Че ты им сказал?
– Он себя за Пратта выдал… - пояснил подошедший Слободан.
– И они поверили?
– У него документы Пратта.
– Откуда.
– Без понятия. Говорит Брава знает.
– Брава?
– Че?- высунувшийся Брава посмотрел на Обмылка который зажимал платком порез, матюкнулся и достав бинт принялся его перевязывать, - Когда успел?
– Сам попросил… - пожал плечам Бьернсон, - Он говорит, ты знаешь, откуда у него документы.
– Так он перед вами стоит! Могли спросить!
– Купил я их!
– Обмылок поморщился от боли, - У оборванца в Кала-Балибе. Который, потом, меня с дружками ограбить пытался.
– А! И че?
– Да ничего… - Слободан поморщился, - Спалят его быстро!
– Не спалят!
– дождавшись окончания перевязки, Обмылок показал ему руку, - Повредил! Писать не могу!
– Ты бы, лучше, попросил тебе в башку накернить! Чтобы объяснить, почему ты в их бюрократических тонкостях и прочей херне не в зуб ногой. Там, в этих компаниях, субординация похлеще, чем в армии и в ней надо разбираться. Они сразу просекут, что ты не из ихних.
– Да я разберусь… Посижу немного, по присматриваюсь. Я же тут новенький — мне простительно не знать.
Слободан сделал «рука-лицо» и выдохнул. Бьернсон посмотрел на него, потом на Обмылка и пожал плечами.
– Ну тогда давай… Может еще встретимся.
– Может и встретимся. Спасибо, что подвезли!
– пожав им руки, Обмылок зашагал по причалу в сторону зданий.
– Ох дурак...
– буркнул Слободан, - Ладно, не ребенок. Должен сам думать. У нас, кстати, еще гости.
В сторону «Ежа» быстрым шагом шел мужчина с большим армейским мешком за плечами, к которому было приторочен карабин. Подойдя, он по разбойничьи свистнул.
– Эй, на палубе. Куда путь держите?
– А тебе-то что?
– Попутку ищу… Надо в одно место до штормов попасть. Это недалеко.
– Там бабы и выпивка есть? Перештормовать можно?
– Организуем...
– Ну пошли… Мы тут, один фиг, дела закончили. Я — Бьерн.
– Гвоздев Денис Семенович.
– А че так официально?
– Можешь «Семеныч» звать, если те так проще.
– А что не «Денис»?
– Мал еще… - мужик скинул швартовочный конец и он забрался на борт, - Погнали…
...
«Это не могло потерпеть до завтра?», - недовольно поинтересовался Магистр переступая порог архива. Брат Аргус виновато развел руками.
– Я просто хотел с кем-то этим поделится. А вы запретили местным служащим общаться со мной.
– Это для вашего же блага. Ересиарх манипулирует вами, давя на ваши слабые места. Он хочет, чтобы вы начали действовать опрометчиво.
– Я все равно считаю, что вы совершаете ошибку, покрывая отступничество Предвозвестника Кингхолдского. Каждый день, что он проводит на свободе, приводит к новым страданиям невинных.
– Если мы начнем действовать напролом — страданий будет больше. Поэтому, я надеюсь, что вы нашли что-то, что поможет нам надавить на Ересиарха и заставить его выдать имеющийся у его компромат.
– Это не Ересиарх.
– Что?
– переспросил Магистр, чье лицо на секунду потеряло свою маску равнодушия.
– Позвольте объяснить… - Аргус собрался с мыслями, - Меня с самого начала тревожило, что он так упорно это отрицает. Зачем? Почему? Ведь он прекрасно знает, что мы будем сдувать с Ересиарха пылинки, пытаясь сделать все, чтобы он прожил под нашим надзором как можно дольше. В противном случае, его ждет казнь за соучастие в убийстве Авкта Пудиса. Сперва я думал, что он хочет заставить нас казнить его и, таким образом, покинуть темницу много раньше, чем в случае естественной смерти.
Но для него это слишком простой, очевидный и наивный план. Зачем именно казнь, если мы не можем помешать ему окончить жизнь самоубийством? Он, фактически, может уйти от нас в любой момент. Я даже удивлен, что он до сих пор так не сделал - Ересиарх, почему-то, всегда отчаянно сражался за существование своего текущего тела. То есть, это явно не то.
– И вы решили, что это действительно не он?
– Да… - Аргус кивнул и указал на огромную стопу книг, - Несмотря на несогласие с вашим решением ограничить мою свободу я, тем не менее, благодарен, что для этого вы выбрали архив Цитадели. Результат перед вами.