Чтение онлайн

— Вот и молодцы, горжусь вами. — Виктор заметил, что я косо смотрю на его ухаживания, чуть отодвинулся: — Я переспросил, просто заволновался, не передумала ли ты. Суббота прекрасный день. Работают аттракционы, парки. Зоопарки. Я даже не знаю, куда ещё водят детей. Своего ребёнка нет, вот и не знаю.

Виктор молол какую-то чушь, я не слушала его. Сидела, прислонившись спиной к забору, сложа руки на груди. Я не понимала, почему Иван прислал сюда Виктора. Его друг мне не нравился, муж знал об этом. Иванишин был совершенно чужим мне человеком, мне хотелось свернуть этот ненужный разговор:

— Виктор, ты сюда по конкретному вопросу приехал или просто на жалость надавить и заставить простить мужа?

— Элеонора, не сердись. Конечно, мы мужчины тоже переживаем. Почему женщины думают, что у нас нет сердца и мы ничего не чувствуем.

Я вздохнула. Ну да, конечно. Ещё как чувствует. Одним местом. Так чувствуют, что при себе удержать не могут.

— Элеонора, вам надо обязательно примириться с Иваном. Это мы с Викторией разбежались, так у нас детей нет. Ито суды до сих пор тянутся, всё делим и делим нажитое.

Виктор достал сигареты:

— Я закурю?

— Нет, — я вышла из ступора: — Не кури.

Он спрятал сигареты в карман, я повернулась к нему, спросила в упор:

— Иванишин, зачем ты приехал.

— Ну, первое, я хотел поддержать тебя и сказать, что я на твоей стороне. Но есть одно но: Иван замечательный человек. У него сложный характер, из него прям лезет ”я такой, как вы, только лучше”. — Виктор помолчал, — но тебе надо обязательно его простить. Мало ли что бывает.

— Что? — я уставилась в глаза Иванишину — Давай, расскажи мне, что бывает?

— Ой, ну не заводись. Мужчины тем и отличаются от женщин, что менее обязательны, что иногда нам нужно спустить пар, что для этого существуют специальные э…

— Ну, договаривай, — у меня звякнул металл в голосе, — специальные девицы из борделя, так?

У Виктора открылся рот, глаза забегали. А меня пронзило:

— Так ты друга защищать приехал или решил притопить его сильнее? Значит, ты хочешь сказать, что Василевский нет-нет да пользовался этими э… выпусканиями пара?

Я уже вскочила, поставила руки в боки, зло сверлила этого гада глазами. Два сапога пара!

— Ты с Викторией по такому же поводу расстался?

— Элеонора, ты всё не так поняла.

Я грохнулась на скамейку, меня душил истерический хохот:

— Что я снова не так поняла, а? Ещё раз скажешь мне эту фразу, я тебя лопатой перетяну, — меня трясло: — Ты чего сюда приехал? Решил мне душу потрепать? Лекцию почитать? Уговорить мужа простить?

Меня подбешивал этот визитёр. Вроде слова говорил все правильные, а я чувствовала себя униженной. Он хоть представлял, дебила кусок, как унижал меня, обиженную жену, рассказывая о девицах для спускания пара.

— Слышишь ты, лектор по выгораживанию друга! Спускают пар это как спускают нужду в унитаз. Понимаешь, нет?! Это проблема, большая проблема, чтоб женщина подпустила к себе такого спускателя. Даже суд признаёт измену как абсолютный повод для развода. Жаль, что вас, козлов, за это не расстреливают.

— Тихо, тихо, Элечка. Ты такая умница, ну прости, я, наверное не то что то сказал. Зря, наверное.

— Ты не только зря сказал, но и зря приехал. И вот что, скажи своему товарищу Василевскому, что мне его засланные казачки здесь нафиг не нужны.

— Элеонора, Иван не знает, что я к тебе приехал. Это я сам. Просто вы такая пара классная, мне так хотелось, чтоб ваш брак сохранился.

— А это не твоё дело. Иди своим браком займись. Будущим, раз из прошлого тебя твоя женщина пинком выперла. Только будущую девушку сразу предупреди, что у вас, у мужчин, залёты налево это данность такая.

— Не говори Ивану, что я приезжал. А сама в случае чего, всегда мне позвони. Мало ли как сложится. Деньги, лекарства, да мало ли чего может понадобиться. Я всегда тебя поддержу, — Виктор как бы в доказательство своих чувств приобнял меня за плечо.

Я резко дёрнулась, скинула его руку:

— Никогда, слышишь, никогда, — даже если я свалюсь в ров к крокодилам, не трогай меня руками, Иванишин. Меня нельзя трогать, лапать, щупать и целовать даже в приятельских целях, ясно?

— Да что с тобой такое? Не такой реакции я ждал.

— Вали за реакцией к своему дружку, утирайте там друг другу сопли после того, как спустите пар с девицами!

— Хорошо, прости, Элеонора. Я хотел как лучше. И всё же помирись с Иваном. Хотя бы ради дочки.

Он повернулся, пошёл к машине. Открывая водительскую дверь своей бэхи повернулся, улыбнулся мне, помахал рукой.

Я стояла мёртво, пытаясь разобраться в ощущениях. Противный, липкий осадок остался от этого мужнина защитника. Иван бы мог подобрать кого то поумнее, не такого скользкого. Почему мужчины такие придурки. Вроде Иванишин друга приехал защитить, а сам его вымазал ещё хуже. У меня снова заныло всё в сердце. То есть, возможно, мой Иван не один раз так забавлялся “на совещании”? А почему нет? Денег валом, времени вагон, контроля со стороны жены ноль. Я никогда не спрашивала мужа где он был, куда поехал, почему так поздно вернулся. Ну, так почему бы Василевскому было не порезвиться.

Села на лавку, смотрела вслед уехавшей машине, закрыла лицо руками. Думала, у меня уже все слёзы закончились, оказалось, нет. Сердце, когда заканчиваются слёзы, умеет плакать кровью.

Подошла тётушка:

— Кто это был за ирод рогатый, что ты так расстроилась, девочка моя?

— Друг Ивана. Приезжал помирить нас.

— И что ты решила, Эля? — тётушка заглядывала мне в глаза, улыбалась.

— Сказать? — я улыбнулась сквозь слёзы, прошептала ей на ухо:

— Шли бы они лесом. Оба.

Я ждала Ивана, в конце-концов сегодня суббота, мы договорились, что сегодня он приедет и они с Машей поедут в парк.

Маша всё утро вытягивала шею, вслушивалась в шум за окном высматривая папу. Я нудела у неё над ухом: ”от папы не отходи, руку папы не отпускай, холодное не пей, мороженое ешь не спеша” — обычные материнские пугалки, когда ребёнок едет гулять с папой.

Ольга заплетала Маше косички, я в саду собирала вишни на варенье, заодно поглядывая на дорогу, высматривая машину Ивана.