Чтение онлайн

Труп у ограды университета крайне подходил на подобное описание. Опустившийся, сильно пьющий человек, вхожий в дом, где можно раздобыть дорогой «Макаллан».

– Велимира, простите, а у вашего дяди есть виски?

– Он мне не дядя, я же вам объяснила. – Девица посмотрела на Зубова с легким осуждением. – Впрочем, я и сама не знаю, зачем вываливаю на вас эту семейную историю.

Еще не хватало, чтобы она замолчала.

– Нет, мне интересно. Так как у Савелия Игнатьевича с запасами виски?

– А вы что, выпить хотите? – Теперь в ее взгляде читалось презрение. – Но я тут не хозяйка, так что стаканчик не налью. Придется вам ждать дядю Саву. Хотя зачем, если картина вас больше не интересует?

– Нет-нет, выпить я не хочу. Мне просто интересно проверить одну свою догадку. Судя по окружающей обстановке, ваш дя… Савелий Игнатьевич – человек с тонким вкусом. Вот мне и стало интересно, распространяется ли это на выбор алкоголя тоже. Вы знаете, какой виски он предпочитает?

– Дядя Сава практически не пьет. Сначала он голос берег, а потом привычки так и не сформировалось. Он может вечером выпить бокал виски со льдом. И предпочитает односолодовые сорта. Например, «Макаллан».

Совсем горячо. Черт побери. Неужели он, Зубов, сейчас определит имя сегодняшней жертвы.

– Нет, я положительно начинаю беспокоиться. Куда мог подеваться дядя Сава? И почему он не берет трубку?

Девица достала телефон, потыкала в него наманикюренным пальцем, поднесла к уху, послушала длинные гудки, отключилась, уставилась Зубову прямо в лицо.

– Вы знаете, что нужно делать в подобных случаях?

Разумеется, он знал.

– Писать в полицию заявление об исчезновении человека.

– Но его же примут только через трое суток.

– Вовсе нет. У вас устаревшие сведения. Полиции категорически запрещено отказывать в приеме таких заявлений, независимо от продолжительности отсутствия человека и места предполагаемого исчезновения.

– Да? И как это сделать?

– Вы можете обратиться в территориальный орган МВД России по месту жительства или в Бюро регистрации несчастных случаев. Можно просто позвонить по телефону 102. Оператор дежурной смены обязан принять ваше сообщение или назвать телефон дежурной части ближайшего подразделения полиции, куда вы можете обратиться лично. Правда, при себе вам нужно будет иметь документы, удостоверяющие вашу личность, а также документы, содержащие сведения о пропавшем. У вас они есть?

– Посмотрю в кабинете.

Велимира выскочила из комнаты, и Зубов, поколебавшись, пошел вслед за ней. Савелий Игнатьевич Волков его сейчас не интересовал ни в малейшей степени. А вот снова перевести разговор на таинственного дядю Борика нужно просто позарез.

Девицу он нашел в кабинете, где она самозабвенно рылась в стоящем в углу секретере.

– Паспорта дяди Савы нет, впрочем, это и неудивительно. Он всегда носит его с собой. Что еще может пригодиться?

Зубов пожал плечами.

– Вас могут попросить вспомнить особые приметы пропавшего человека. Ну там наличие и расположение шрамов, родинок, татуировок…

– Вы с ума сошли. Какие татуировки могут быть у бывшего оперного певца?

– Тогда физические недостатки, травмы, сведения о вставных зубах, приметы одежды. Какие портфель или сумка у него могут быть с собой, какие очки, бумажник, часы. Вот вы уже помните, что он всегда носит с собой паспорт. Это хорошо. Желательно также располагать информацией о круге общения пропавшего человека, о характере их взаимоотношений, о наличии конфликтов, возможных долгах и все такое.

Теперь во взгляде Велимиры читалось плохо скрытое подозрение.

– А вы откуда про все это знаете?

– Приходилось сталкиваться, – коротко ответил Зубов. – Но, может быть, все гораздо проще. Савелий Игнатьевич не мог пойти к кому-нибудь и там задержаться? К примеру, к тому Борику. Как его полное имя?

– Борис Аркадьевич Самойлов. Точно, как же я сразу не догадалась ему позвонить. Конечно, дядя Сава терпеть не может эту запущенную коммуналку, а потому предпочитает, чтобы дядя Борик сам к нему приходил, но тот ведь мог заболеть. Да, я сейчас же его наберу.

Она снова потыкала пальцем в экран, но телефон абонента оказался выключен или находился вне зоны действия сети. Ну да. У найденного трупа не нашли никакого телефона.

– Ничего не понимаю. – Девица выглядела растерянной, и Зубову на какое-то мгновение даже стало ее жалко.

Но только на мгновение. С большой долей вероятности труп у забора принадлежал этому самому Самойлову. С учетом пропавшего Волкова и фигурировавших в деле немалых материальных ценностей, девица могла быть причастна ни много ни мало к двойному убийству.

– В общем, лучше всего подать заявление в отдел полиции рядом с тем местом, где Савелия Игнатьевича видели в последний раз. Вам там выдадут талон-уведомление, – быстро сказал он. – При себе желательно иметь фотографию пропавшего. Тут есть?

– Да, конечно, я знаю, где лежит семейный альбом. – Велимира снова сорвалась с места и начала копаться в секретере. – При жизни Нюточки все стены в доме были увешаны фотографиями дяди Савы, а когда ее не стало, он их снял. Все до единой. Но в альбоме, конечно, остались.

Она вытащила пухлый альбом и начала копаться в нем.

– Вот, посмотрите.

Зубов взял фотографию, с которой вальяжно улыбался статный красавец с немного утомленным лицом. Судя по фотографиям, найденным утром в интернете, это действительно был Савелий Игнатьевич Волков.

– Пойдет?

– Вполне. А фотографии дяди Борика тут есть?

– А вам зачем?

Она снова метнула в Зубова подозрительный взгляд.

– Не знаю. Вы так интересно рассказываете.

Он постарался, чтобы его голос звучал максимально естественно. Кажется, у него получилось, потому что девица порылась в альбоме и вытащила еще одну фотографию.

– Вот, это снято четыре года назад на похоронах Нюточки. Дядя Борик не из тех, кто часто и охотно позирует фотографам.

Зубов взял в руки фотографию, на которой была запечатлена толпа, стоящая у уже засыпанной и украшенной венками и цветами могилы. На ней легко угадывались Савелий Волков, сама Велимира, поддерживающая хрупкую старушку, видимо свою бабушку, которая, по ее утверждению, дружила с почившей Нюточкой, а также еще довольно много незнакомых мужчин и женщин, среди которых внимание майора магнитом притягивало лишь одно лицо.