Чтение онлайн

Кое-как выползя из кровати, Рената подошла к сундуку, взяла платье и тяжело вздохнула. Столько денег псу под хвост! Точнее волку. Но, раз уж такое дело, пусть расплачивается собственной одеждой! С этой мыслью она открыла тяжёлую крышку, покопалась в вещах…

— О, а вот это вполне себе подойдёт! — обрадовалась попаданка, вытаскивая на свет тунику с коротким рукавом.

То, что доходило Харальду до середины бедра, Ренате оказалось почти по щиколотку. Правда, вырез слишком широкий, но его можно подколоть брошкой, которая лежала тут же в небольшом ларце. Она была очень красивой, украшенной чеканным драконом и драгоценным камнем, обозначавшим фиолетовый глаз. Осталось подпоясаться.

С тоской взглянув на тарелки, она обнаружила корочку от пирога, которой вчера побрезговала. Что ж, голод — не тётка, а большой голодный зверь! Чем запить, тоже нашлось на дне кувшина.

Оглядев в последний раз комнату и вспыхнув от неприличных воспоминаний, Рената подхватила платье, влезла в туфли и выскользнула из двери. Огляделась — никого. Пожала плечами, мол, сами виноваты, что не охраняете, и на цыпочках двинулась по коридору.

«Так, сначала надо вернуться в гостиницу, позавтракать нормально, попросить у Гармы противозачаточное снадобье, а потом к мальчишке — обработать раны, — строила планы Рената в своей беспокойной голове. — Эх, надеюсь, меня Гарма не съест за вчерашнее».

Но планам не суждено было сбыться, ибо за поворотом она столкнулась с… Каждылбеком. Злым — он только что заплатил виру кузнецу — и одновременно предвкушающим что-то интересное. Сегодня ему определённо благоволили его степные боги, ведь предвкушал он скорую встречу с неугомонной певицей, похитить которую ему поручил Батыр-хан.

— На ловца и зверь бежит, — радостно пробормотал он своим кривоватым ртом.

Ловко заткнул ей ладонью рот — она и пискнуть не успела, провёл какой-то хитрый приём и поволок в противоположную сторону.

Неподалёку его поджидали соратники. Они обступили их так, чтобы перекрыть своими телами обзор, накинули на неё один из своих полосатых халатов, и довели до покоев Батыр-хана.

— А, певчая птичка, — он окинул масляным взглядом её фигурку, скривился от говорящего самого за себя одеяния (с неё как раз слетел халат — так она извивалась — и открылась туника Харальда). — Фу, ты всё-таки раздвинула ноги перед волком?!

И тут Рената как никогда возрадовалась, что позволила себе эту горячую ночь, ведь из-за неё ей побрезгует этот косоглазый! Господи, неужто тут такой дефицит женщин, что на неё все так остро реагируют? Вроде, нет, она видела достаточно симпатичных женщин на улицах Старограда. Всё-таки мужики — они во всех мирах одинаковые! Все клюют на яркую картинку.

— А вам какое дело? — несмотря на то, что её держало за руки двое кочевников, она гордо вскинула голову. — Моя личная жизнь вас никак не касается.

— Дура, ты могла бы быть моей любимой женой! — Батыр-хан смачно сплюнул прямо на пол. — Пятьдесят третьей. А так будешь просто помогать искать моего брата. Давай, говори, откуда ты узнала его историю?

— Какую историю? Какой брат? — Ренате казалось, что он бредит.

— Ты вчера спела о шамане, потерявшего себя в птичьей ипостаси, — рыкнул Батыр-хан. — Мой брат — шаман. Он мог оборачиваться орлом и следить за нашими врагами. Полгода назад он пропал, никто не знает, куда он делся. И тут ты поёшь о нём, как он оделся в перья, отдался воле птичьих стай, не думал, что уйдёт за край человеческих основ.

Похоже, с памятью у мужика было всё в порядке. Или он от шока запомнил всё слово в слово? В отличие от Ренаты, которая в упор не помнила, что вчера выдала. Сложный день, медовуха, горячая ночь… Что вы хотите от трепетной девы?

Видя её непонимающий взгляд, Батыр-хан разозлился.

— Не хочешь по-хорошему? Будет по-плохому! Бартагай, найди ветер, будем уходить. Я к князю — попрощаться.

Не успела Рената даже охнуть, как её скрутили, повязали, в рот засунули противную тряпку, сверху накинули всё тот же вонючий халат, на голову — платок, скрывавший добрую половину лица, и поволокли на выход. Во дворе перекинули через круп пегого коня и повезли за город.

И ни один из северян им, как назло, не попался! Вот где они, когда так сильно нужны?

Когда степняки остановились, попаданка чуть не заплакала от счастья — настолько ей сдавило внутренние органы от неудобной позы. Правда, радовалась преждевременно. Тот самый Бартагай, отличавшийся от остальных особо жиденькой бородкой, заплетённой в куцую косичку, достал огромный бубен и принялся скакать по полю, взывая к богу ветров — покровителю кочевников.

Харальду с утра пришлось отлучиться. Как ни хотел он полежать с Ренатой подольше, но его позвала естественная нужда и Кьярваль — он как раз успел вернуться с утренней прогулки по городу и собрать свежие сплетни. Остальные разминались неподалёку.

— Ночью я зализал все раны тому пацану — уж больно он был плох, хотя Рената постаралась на славу, — мужчины стояли около бочки с холодной водой на заднем дворе и умывались. Неподалёку слышался звон оружия — это остальные оборотни приступили к утренней тренировке. — Так вот, утром уже разнеслась весть, что его исцелила Рената, и тот стол, на котором она его вчера обрабатывала, пользуется теперь дикой популярностью. Знаешь, у них тут особое отношение к столам, хозяйка едальни всё ныла вчера, что придётся выбрасывать, зато сегодня уже деньги берёт за право сидеть именно за ним!

— Забавно, — хмыкнул Харальд, довольный по самое не могу.

Ведь именно он заполучил красавицу, а впереди у них много страстных ночей, нескучных лет жизни и славных детей.

— И да, Каждылбек заплатил виру за вчерашнее, — ещё более довольно, чем альфа, ухмыльнулся Кьярваль.

— Слушай, Арр, а ты не знаешь, где остановились друзья Ренаты, мне бы тоже им откуп заплатить.

— Да, мы вчера с Торстом провожали их — я помню адрес.

— Тогда я сейчас к ним и схожу, пока Рената спит.

— Славно ты её укатал, — хмыкнул друг, слышавший их особенно громкие стоны из соседней комнаты.

— Да, думаю, проспит до обеда. Будить не буду, да и не хочу пока выпускать её из комнаты — мы ещё толком не говорили, — Харальд зачерпнул ведро воды, наклонился, чтобы она попала только на торс, и окатился. — Ох, славная водичка!

— Серьёзно? За всю ночь ты не успел ей ничего объяснить? — хмыкнул Кьярваль и повторил за ним омовение.

Правда, как они ни старались, всё равно вода на штаны попала, но так они хотя бы не промокли насквозь.

— Как-то не до этого было, — пожал плечами Харальд, вспоминая, как сладко было её целовать, обнимать, подчинять…

Разговоры были лишними на этом празднике «шалостей».

После утренних процедур Харальд заглянул в комнату, убедился, что Рената сладко спит, поставил Сигурда охранять дверь комнаты, а сам пошёл рассчитываться с Гармой и Прасом за девицу. Бывшую девицу, теперь — его жену.

Подумаешь, она пока не в курсе нюансов волчьей этики.

Не знал о ней и Батыр-хан, тем более метка успела затянуться и выглядела как старая ранка. Кто не в курсе — не догадается, что она означает. А его племя не водило дружбу с двуликими, точнее они с ними — слишком много хитрости было в кочевниках.