Чтение онлайн

И в клане снова начнут рождаться девочки.

– Действительно сказка.

Значит девушка были иной?

Что это значит?

– Не знаю, Мира.

До нас дошла лишь часть истории, если хотите её прочитать всю нужно спросить у хозяина, в его библиотеке есть древние рукописи.

– Вот как?

Хотелось бы мне её прочитать.

Только боюсь меня туда не пустят.

– Вы же хозяйка, если попросите, хозяин вам все покажет.

– Да какая из меня хозяйка?

Даже если я и выйду замуж за вашего хозяина, то не по доброй воле.

– Но как же?

Он так на вас смотрит, как будто хочет взять и утащить.

– Уже утащил.

Я все равно здесь надолго не задержусь.

– О чем вы говорите?

Ах, наверное, о свадебном путешествии, да?

– Да, конечно.

– Что-то я разболталась, так и подозрения не долго вызвать.

Потому и согласилась с теорией девушки.

– Вы такая красивая пара с хозяином, от вас глаз не отвести.

– Девушка все болтала и болтала, я же её уже не слушала.

Мои мысли унеслись далеко, к своему детству.

Я не знала своих родителей, меня в люльке подбросили к дверям детской больницы.

Ни записки, ни клочка бумаги, которая бы говорила о том, откуда я появилась.

До восемнадцати лет я прожила в детском приюте с такими же брошенными детьми.

Там мы сдружились с Тэсс, и стали практически сестрами.

Закончили медицинский колледж и вместе устроились работать в одну клинику.

И исчезнуть мы тоже должны вместе.

Нора, заметив, что я её не слушаю, попросила разрешения уйти.

Я кивнула, не особо обращая на неё внимания.

Я несколько раз порывалась найти своих родителей, но как ни старалась, так ничего и не выяснила.

Такое впечатление, что я появилась из ниоткуда.

Сестры говорили, что меня подбросили в тот же день, что я и родилась.

Этот день и записали в свидетельстве о моем рождении.

Только вместо имен родителей там стояло два прочерка.

Имя мне тоже дали в приюте.

В честь Святой Миранды, покровительницы брошенных и униженных.

А фамилия досталась от той сестры, что меня нашла у порога.

Солнце припекало, и палило, но в беседке среди высоких деревьев было прохладно и хорошо.

Нора ушла, оставив меня одну.

В этом доме я так смотрю особо никому не нужна.

Остается вопрос: что же он так ко мне прицепился?

И что вообще означает эта истинность?

В современном мире, когда такое можно видеть лишь в фильмах или прочитать в книгах, верилось с трудом.

Я же мечтала только о взаимной любви и уважении, мечтала прожить с любимым всю жизнь, вырастить пару ребятишек, а потом провести старость в небольшом домике, среди яблонь.

Яблони есть, и в довольно большом количестве.

Домик тоже, правда несколько большеватый.

Только вот любимый подкачал, оказался тираном и вовсе не любимым.

Да и с детьми накладочка вышла, не будет их у меня из-за какой-то врожденной особенности.

О которой даже местные светила медицины ничего не знают.

И в чем проблема объяснить толком не могут.

Возвращаться в дом желания не возникало, я там задыхалась, как птица клетке.

И сидела до последнего, пока не затекла спина.

Устав любоваться природой прошлась по дорожкам между кустами роз, вдыхая тонкий аромат цветов.

Клетка хоть и золотая, но это клетка.

В этом доме мне были не рады, и я не знала, чем ещё можно себя занять.

Я должна сбежать, иначе просто сойду с ума!

Или хотя бы выйти отсюда на волю хоть на несколько часов!

Я решительно встала и направилась к воротам, по поселку-то я смогу прогуляться?

На удивление через ворота я прошла спокойно, меня никто не остановил и не вернул.

Я вылетела словно птица из клетки, и просто пошла по улице.

На встречу мне шли местные жители, здоровались, улыбались, мне тоже хотелось улыбаться и радоваться жизни.

Так я дошла до небольшой площади, на которой собрались матери с детьми, прогуливаясь там.

Пожилые женщины сидели на скамейках, присматривая за внуками, молоденькие мамочки катали коляски с детьми.

Девочек действительно было мало, на детской коляске гуляли в основном мальчишки от трех до семи лет.

Я присела на скамейку под раскидистой кроной старого клена и наблюдала за всеми.

Детей я любила, да и они ко мне тянулись, в клинике всегда только я могла их уговорить на лечение.

Вот и сейчас, пока я сидела ко мне начали подбегать дети, всовывая в руки игрушки и задорно смелись.

Начали спрашивать кто я и что здесь делаю.

Непосредственность и открытость детей притягивала и взрослых.

Один из трехлетних малышей, сдвинув в сторонку детей постарше, залез ко мне на коленки и устроившись удобно посматривал на всех остальных, как маленький царь.

– Привет, я Мира, а тебя как зовут?

– Спросила у него, погладив по голове.

– Заккари.

Мама зовет Заки, а ты хорошая.

Будешь со мной дружить?

– Конечно, как с таким милым малышом не дружить?

– А со мной?

– И со мной?

– Послышались голоса детей.

– И с вами тоже, пока я здесь.

– А ты куда-то уедешь?

– Тонкий голосок послышался с задних рядов.

– Пока не знаю.

Возможно.

– Мисс, извините за вопрос.

Вы вышли из дома вожака?

– Да, это проблема?

– Я посмотрела на девушку с коляской, стоящую рядом.

– Нет, нам просто любопытно, в стае ходят слухи, что альфа привел свою истинную.

Вот и решили узнать так ли это?

Врать этим замечательным и добрым людям не хотелось, но и правда как она есть не очень-то их обрадует.