Чтение онлайн

Все всё еще помнили первую холодную суровую зиму, которую пережили в этих стенах. Слишком уж много бед она нам принесла. Но многому научила. Тогда не было ни запаса провизии, ни угля. Мужчины непонятно, как и чем отапливали некоторые комнаты замка и казармы, заполненные женщинами и детьми.

Не было тогда и одеял, и теплых вещей. Выделанных шкур не хватало. Не разводили еще овец на шерсть. Не ткали на станках крепкое добротное полотно.

Ребятня быстро начала болеть. В постель слегли слишком многие. Лекарь и наша маленькая Дара стали просто нарасхват.

Подхватывали хворь и послушницы, и пожилые женщины, прибившиеся к жрицам. Тогда-то и было решено создать небольшую лечебницу. Ну, как небольшую... Под нее ушло целое крыло замка. Женщины наспех обучались у нашего лекаря, как правильно лечить и ухаживать. Обтирать больного в лихорадке, отпаивать его. Придерживать во время кашля.

Мы сбивались с ног. А между тем в лесах становилось все меньше зверя. Живность, чувствуя приближение сильных морозов, уходила южнее, только добавляя нам проблем.

Те скудные запасы, что мы сделали в начале зимы, просто таяли на глазах.

Ни зерна, ни крупы, ни муки.

Да, это была страшная зима!

Но помощь пришла, откуда не ждали. Уехавший еще по первым снегам Айдан Свирепый прознал про наше бедственное положение и выслал обоз. Каково было наше изумление, когда разведчики Тагара сообщили, что с севера со стороны фьефов племен оборотней к нам катятся, а вернее, скользят по толстому снежному настилу, набитые мешками телеги.

А на них восседают целители и обученные травники.

Это была такая радость. Тогда мы не знали плакать нам от счастья или смеяться!

Моё отношение к рыжеволосому молодому императору окончательно изменилось. Хороший он был дракон, хоть и со сложным характером. Я сидела у кровати кашляющего Комира и держала в ладони горсть такого драгоценного шиповника.

Именно он оказался в одном из мешков. Да много там ещё чего было. И не только провизия. Травы, коренья, высушенные и скрученные листья.

Такое богатство с травниками прибыло. Но вот эту красную ягоду я запомнила лучше всего. Я держала её в руках и не могла сдержать слез, они медленно стекали по щекам.

Такой глупой себя тогда ощущала. Ведь могли предусмотреть. Могли собрать в свое время. Вон они кусты, птицами объеденные.

Следом за этим обозом пришел ещё один. С углем и приказом от Айдана начать разрабатывать шахты, расположенные на восточной стороне фьефа Тагара.

И мы его исполнили.

Но не без труда. Долго искали работников. Ловили по лесам дезертиров-магов. Успокаивали мужиков. Убеждали, что никто убивать их не собирается и отправлять к бывшим лердам тоже.

Так худо-бедно, но на одну шахту работяг набралось. Отстроили деревни. Вслед за мужиками, как-то незаметно и жены их подтянулись. Откуда только ни шли. А дальше уж народ и сам из лесов выходить стал. По одному и группами. Боязно им было, непривычно поначалу по закону драконов и оборотней жить, но любовь к своим семьям всё пересиливала.

Кормить ведь надо, одевать, обувать, лечить. Уж как им зимовать-то сложно было, как только выживали непонятно. Вот и стекался простой люд к строящимся домам в надежде найти лучшую долю.

Никого мы в ту пору не казнили, никого не выдали. Всех приняли.

Детей становилось все больше.

Потихоньку и на запястьях послушниц и даже жриц Яники стали появляться брачные браслеты.

Свадьбы сначала играли на открытом воздухе, а затем уже у статуи богини войны в ещё недостроенном храме.

Весело было... Застолья, костры, танцы...

Я совсем ушла в себя, вспоминая о том, как мы прожили эти три года. Как легко все нам казалось и как тяжело давалось потом. Остановившись у пышного голого куста, протянула руку и сорвала красную крупную ягоду.

— Мам, — Дара потянула меня за рукав, — погода лучше не становится. Что тебе этот шиповник? У нас его пять мешков засушенным стоит. Папа велел ещё мешок в шахтерский поселок увезти детям. Чтобы пили отвар. Что-то ты сегодня сама не своя, болит что-нибудь?

— Нет, милая, — я покачала головой, но выкидывать ягодку не стала. Уж слишком она теперь мне была дорога. — Надо будет по весне в деревнях рассадить кусты. И обязать огороды лекарские сделать, чтобы при каждом травнике свой был.

— Сделаем. Тебе сейчас не о том думать надо. Узнает отец, что мы сюда пошли — браниться будет. И я полностью на его стороне, — Дара важно пожала худенькими плечиками. Она заметно вытянулась за лето, но всё одно — ребенок.

Мы молча пошли вперед. Но стоило сделать несколько шагов, как шиповник сорвала уже Дара.

— Это ведь хорошо, что жрицы на травниц переобучились, правда? Эла ворчит постоянно, что хорошие травницы только из ведьм получаются, но ведь это не так? Как ты считаешь, мама?

— Считаю, что Эла права. Но где же взять нам столько женщин ведьминского рода? Так что и из простых людей и магов неплохие травницы выходят. Пусть без дара, зато со знаниями.

— Значит, и я смогу силу травок чувствовать и неважно, что я не ведьма? — подошла Дара к самой сути проблемы.

— Ты переживаешь, что будешь плохой целительницей потому как не ведьма? — я удивленно приподняла бровь и закуталась в плащ плотнее.

— Ну да, — нехотя призналась она.

— Милая, да ты уже многих за пояс заткнешь. У тебя такой дар, что обзавидоваться можно. Главное, верь в свои силы. Слушай, что учителя ваши, присланные императором, говорят. Смотри, что они делают, как они делают. И когда-нибудь ты превзойдешь их.

— И Эла признает, что целители-маги лучше целителей ведьм? — в её глазах плескалось столько наивной надежды.

— Прости, доченька, но Эла никогда не признает этого. Потому что она вредная ведьма. Она даже не признала, что воины драконов и перевертышей сильнее жриц. А ты с такими запросами к ней.

Дара тихо захихикала.

— Только не говори, что я сказала Эле…

— Поздно, лера Астрид, я все уже слышала, — раздалось грозное за нашими спинами. — Но думаю, вы правы. Мы, вредные ведьмы, до конца стоим на своем. И вот поэтому именно я смогла добиться, чтобы у жриц Яники, наконец, появился свой дом.

Я обернулась и увидела собственно ту самую упрямицу, а еще Ксани, которая вела за руку подросшего Комира. Мой малец улыбнулся, демонстрируя ямочки на щечках.

Дара рассмеялась сильнее и умолкла, стоило впереди появиться первой насыпи с огромным могильным камнем у основания.