Чтение онлайн

– И откуда он нарисовался такой…, - Лера подходит к окну и задумчиво смотрит, слегка отодвигая плотную занавеску. – Тоже мне пижон! Герой-любовничек. Пришел, увидел и забыл победить.

Понимаю, что ее затягивает. Медленно подхожу к ней, легко обнимаю хрупкие плечи. Она быстро переключается на другую тему. Мы вместе смотрим куда-то вдаль. На зимнее небо, которое где-то белое, а где-то серое, как колючая, металлическая поволока.

Сегодня утро не такое, как всегда. Утро, когда все дома. Когда садик выходной, Лера во вторую смену. Открываю глаза, медленно сажусь на кровати и оглядываюсь вокруг. Все спят. Даже Жорик. Полнейшая, умиротворенная тишина выходного дня.

Натягиваю свитер поверх пижамы, иду умываться и чувствую, как дрожь пробегает по всему моему телу. Ежусь от холода, возвращаюсь обратно в комнату. Сегодня мороз крепче, чем вчера. Батареи не справляются. Решаю ещё немного полежать под тёплым одеялом, возле Полечки. Моей лучезарной дочурки. Провожу рукой по ее шелковистым кудряшкам и понимаю, что женское счастье можно найти в обычных мелочах, окружающих тебя каждый день.

Лерка вскакивает с кровати подходит ко мне, а я притворяюсь, что еще сплю. Так не хочется вставать с теплой постели, где под боком мило сопит Поля, а в ногах – горячее, пузатенькое туловище кота.

Лера бормочет что-то несвязное себе под нос и с кем-то разговаривает по телефону, словно ведет какие-то важные переговоры. Я отчётливо слышу, как подруга приказным тоном еле слышно говорит:

– Найди мне его. Из-под земли достань. Этого водилу…

Герман

– Я сделал все, как вы просили, - сообщает помощник. Девочка ходит в садик. С ней занимаются прекрасные педагоги, а самое главное она быстро привыкает к новому окружению. В общем, все хорошо. Волноваться не о чем.

– Это радует, - натянуто улыбаюсь.

Хочется спросить, как Рита. Видел ли он ее? С кем она сейчас? Но сдерживаю себя. Не хочу даже думать, что она с ним! Я не видел ее всего несколько недель, а мне кажется, что прошла целая вечность. Ее так не хватает. Слишком сильно режет ножом по сердцу при одном воспоминании. О моей светлой, лучезарной. До сих пор моей, не смотря ни на что. Пусть где-то на другом уровне. Не на физическом. В этой ситуации задумываюсь: почему я не ослеп? Я готов лишиться всего, только не Маргариты.

– Ах, да! – он останавливается возле дверей и спешно продолжает говорить:

– Приказ об увольнении Вероники уже готов. – Она в бешенстве. Хочет поговорить с вами, - демонстративно поправляет свой пиджак и собирается покинуть мой кабинет.

– Это хорошие новости. Спасибо! – провожаю его взглядом и погружаюсь в работу. Это единственное, что способно отвлечь меня от мыслей о ней.

Уже поздним морозным вечером выхожу из офиса, хочу сесть в авто, но позади себя слышу голос. Мужской, басовитый до боли знакомый. Больше всего не хотел видеть и слышать именно этого человека.

– Герман Алексеевич! Герман Алексеевич! – бежит навстречу мне. Тот самый водитель. Я смотрю на него издали и вижу, как за ним спускаются сумерки.

Как-то странно одет, не привычно видеть его не по форме. Зачем пришел? Что ему нужно? Подходит ближе, замечаю, как он нервничает. Его глаза бегают из стороны в сторону, не может отдышаться. Бывший водитель уже не выглядит страусом, которому хочется спрятать голову в песок. Сейчас он слишком взволнован. Активно жестикулирует, никак не может сосредоточиться на разговоре. Тяжело дышит, и до меня доносятся лишь обрывки фраз.

Может врезать ему для большей убедительности. Нет, не буду опускаться до его уровня.

Он сразу ушел. Собрал вещи, сдал ключи и покинул мой дом, не проронив ни слова. Он просто ушел, признав свою вину. Не отрицая очевидное. Он не вскрикивал: это все неправда! Ложь и провокация! Или не увольняйте, пожалуйста. Создалось такое впечатление, что он был готов. Готов в любой момент собрать сумку и вот так уйти дождавшись удобного случая.

А теперь он здесь. Не гоню его лишь в одном случае. Потому что не верю до конца. Не верю собственным глазам.

– Мне нужно сказать, вам что-то очень важное. Очень! Просто выслушайте меня. Прошу! Только выслушайте…, - говорит эмоционально, быстро. Словно боится не успеть сказать.

– Она ждет ребенка. От вас, - затем достает телефон и включает запись. С небольшими помехами, некоторыми перебоями через репящий динамик слышу голос Вероники:

– Тебе не нужно с ней спать. Просто полежишь рядом. Без одежды. Самое главное, чтобы вас вместе увидел Герман. Я обо всем договорюсь. Все организую. С Анной тоже улажу. Она не питает симпатии к его новой избраннице. Вы останетесь одни. Выпьете, поговорите.

– Я не смогу этого сделать…

– Сможешь! Я заплачу. Хорошо заплачу.

А дальше я его не слушал. Не сдержался. Схватил за грудки продажного водилу и с напором спросил:

– Где она? Что с ней?!

– Ее подруга сказала, что она в больнице, в тяжелом состоянии. Ребенку и ей угрожает опасность. Я не хочу! Не хочу брать на себя такую ответственность. Ни за какие деньги.

Все остальное уже не важно. Все что нужно я услышал. Ругал себя за то, что не поверил. Чуть не упустил самое главное в своей жизни. И сейчас упускаю. Каждую минуту, каждое мгновение.

Я мчался к ней на крыльях ветра. Она ждет ребенка! Я стану отцом! ОТЦОМ!!

Это когда пелена густого дыма развеивается перед глазами. Это когда легко дышать, когда жизнь приобретает совершенно другой смысл.

Не знаю, в какой она больнице, но это не составляет большого труда узнать. Мне лгали. Мне все нагло врали. Я окружил себя людьми, которые в любой момент могут продать. Предать. В первую очередь, нужно начинать с себя. Все остальное потом…

Это когда время тянется, застыло на месте. Когда пробка кажется самой длинной в жизни. Не могу ждать, еду на красный и снова нарушаю правила. Нарушаю в последний раз.

Забегаю в обычную поликлинику, меня пытаются остановить, требуют какие-то бахилы. Нет! В этот раз меня никто и ничего не остановит. Я хочу просто узнать, что с ней все хорошо. С ней и будущим малышом.

Резко останавливаюсь. Перед самой дверью. Хочу постучать. Мне впервые сложно открыть двери. Что я скажу? Сможет ли она теперь простить меня? Узнаю, все ли с ней хорошо, а затем уйду. Уйду из ее жизни. Если она этого захочет. Если не простит.

Нет! Я не могу! Не могу жить без нее, дышать! Крепко хватаюсь за дверную ручку, открываю дверь на себя и уверенно делаю шаг вперед.