Чтение онлайн

– С мужчиной это не так, как ты могла делать сама с собой в постели. Правда?

Адриана вдруг вспомнила, за что именно она ненавидела Патрика. Прежняя позабытая ярость заклокотала в ее груди. Однако, вспыхнув, эта ярость, подобно бенгальскому огню, ушла, оставив за собой лишь пустоту.

– Адриана, – вновь обратился к ней Патрик, теперь он снова был почти ласков. На ее глазах выступили слезы. Она совершенно потерялась в своих чувствах и эмоциях. Ей больше не было на что опереться.

– Чего ты хочешь от меня? – Она не узнавала собственного голоса. Все предметы стали терять очертания. – Неужели ты хочешь, чтобы я стала тем, против чего боролась всю свою жизнь? Ты доволен собой?!

Он молчал. Она закрыта лицо руками, чтобы скрыть слезы, сбегавшие по щекам. Адриана не услышала, как Патрик приблизился. Лишь почувствовала, как он поднял ее и затем медленно опустил себе на колени. Поцеловал ее затылок. Он казался таким сильным, таким теплым. Его тело вселяло спокойствие и уверенность. Было бы так приятно забыться и на секунду – на краткую секунду – представить, что они – совсем другие люди. Что у них есть чувства. Что она стала первой женщиной, к которой он испытывает такую нежность.

– Нам не всегда удается оставаться теми, кем нас хотят видеть, – произнесла она.

Патрик легко гладил ее по спине. Адриана больше не могла прятаться, скрывать свои чувства. Все это было слишком сильно, эмоции захлестывали ее.

– Мне не кажется, что ты это понимаешь, – прошептала она.

– Армия была единственным местом, где я чувствовал себя нормальным человеком, – говорил принц, словно не слыша ее. Адриане на мгновение показалось, что он прижал ее к себе чуть крепче, словно драгоценность. Или же ей самой хотелось так думать? Больше ничего невозможно было понять. – Никому не было дела до того, что я – наследный принц. Их волновало лишь то, насколько хорошо я выполняю свою работу. Я был равным среди них. Это стало для меня настоящим откровением. – Он вновь провел пальцами вдоль ее спины, вызвав знакомую ей волну трепета. – Во мне теперь живут две личности. Но обе они – часть меня.

Казалось, Адриана начала оттаивать изнутри. Она не могла объяснить причину этого удивительного чувства. Время замедлило свой бег. Это был лишь сон, все это просто не могло происходить с ней здесь и сейчас.

– Да, – выдохнула она, – однако ни одну из твоих сторон не порицают с такой нескрываемой злобой.

Он глубоко вздохнул, она прикрыла глаза, отдаваясь такому простому наслаждению – чувствовать его теплую кожу рядом со своей.

– Ты знаешь, что это так, – заметила она.

– То, что они говорят о тебе, выставляет их самих в дурном свете.

– Да, но теперь я не могу отрицать этого. – Адриана отстранилась и посмотрела ему прямо в глаза. – Ты сам так сказал. Женщины моего рода и королевские наследники…

Патрик нахмурился, внимательно глядя на нее.

– Я могла держаться только потому, что знала: ничего не было. Они не правы. Я не сделала ничего плохого. Теперь же…

– То, что сейчас, произошло между нами, не сделало тебя распутной женщиной.

– Мне так не кажется…

Его глаза изучали ее лицо.

– Однако ты была готова пойти на это, защищая Ленца.

У Адрианы не было причин сейчас чувствовать себя оскорбленной. Патрик искренне считал, что она не может любить его.

– Это было совсем другое… – прошептала она, ее сотрясала мелкая дрожь. – Это лишь был план, поспешное решение… Это было…

Адриана не успела закончить. Когда их глаза встретились, она больше ничего не смогла сказать ему.

– Адриана, это была страсть.

– Страсть – лишь способ оправдать необдуманные поступки.

– Боже, ты говоришь как мой духовник без чувства юмора. – Ладонь принца остановилась на ее бедре. – Неужели ты не жила, не чувствовала себя сейчас как никогда прекрасной?

Адриана попыталась оттолкнуть Патрика, сбежать от него, но ей не удалось. Принц крепко удерживал ее на месте.

– Не важно, как я чувствовала себя, – наконец ответила она.

Патрик улыбнулся и откинул темные волосы со лба, пробормотав что-то. Адриана была рада тому, что не уловила смысла его слов. Она все же сделала над собой усилие, встала и попыталась сесть от него как можно дальше. Хотя это было невозможно сделать в замкнутом пространстве салона самолета.

– Моя мать была очень хрупкой женщиной, – вдруг произнес Патрик.

Адриана смотрела на него так, словно он заговорил на незнакомом языке.

– Твоя мать? – переспросила она в недоумении.

В свое время королева Матильда была живым идолом. Так оставалось вплоть до ее смерти. Она скончалась от рака уже почти пятнадцать лет назад. Ее помнили и любили по сей день. Могила Матильды всегда украшена свежими цветами, на ней всегда горят свечи, люди постоянно приходят оплакивать ее. Матильда была грациозной, женственной, потрясающей женщиной – именно такой, какой следовало быть настоящей королеве. Ее называли солнцем их королевства. Она совсем не казалась хрупкой.

– Она была такой красивой. – Его голос проникал в ее душу. – Она знала об этом с самых ранних лет. Ей всегда говорили, что ее красота позволит достичь многого. Что у нее будет король, трон, дорогие вещи. Однако мой отец женился на ней лишь из-за ее внешности. Пополнил свою коллекцию.

Патрик замолчал, от его вида у Адрианы перехватило дух. Этот мужчина унаследовал красоту своей матери. Однако Патрик был мужественен, прекрасно сложен, походил на античную статую. Адриана бы никогда не могла заметить в нем и тени неуверенности. До сего момента… Однако она не могла позволить себе думать об этом. Слишком много теперь стояло на кону. Она не смела. Когда Пат вновь улыбнулся, Адриана почувствовала, будто в нее впились колючки, проникшие под кожу. Как она желала, чтобы сейчас он чувствовал себя в безопасности, здесь, рядом с ней…

– Тебе не нужно рассказывать мне… – Она не понимала, почему принц вдруг решил открыться ей. – Это дело твоей семьи, личное…

Адриана так хотела его. Патрик вознес ее к небесам и вернул обратно. Ее тело рассказало ему все свои секреты. Она не могла признавать того, что уже давно поняла в глубине своей души. Она уже знала. Его взгляд не покидал ее лица.

– И тогда она смогла найти то, что искала. Мама получила то внимание, которого ей так не хватало. У нее были другие мужчины. Те, кто кружил ее в танце в отдаленных коридорах замка, те, кто собирал для нее цветы в парке. Те, кто заставлял ее чувствовать себя живой, самой собой. Моего отца не интересовало, сколько у нее было любовников, пока она вела себя аккуратно. Быть может, он не хотел того, что происходило с ней, но он и не хотел сделать ее счастливой. Была ли моя мать распутной женщиной?

Адриана едва могла перевести дыхание. Она лишь пораженно смотрела Патрику в глаза и страдала за него, вместо него. Затем принц подался к ней, не сводя взгляда своих золотистых глаз.

– Адриана, как ты можешь назвать это? – спросил он.

Она чувствовала себя парализованной:

– Я не могу… Ты не…

Принц лишь смотрел на нее, его губы – тонкая линия на бескровном лице.

– Конечно нет, – наконец произнесла она. – Она была королевой, но это не значило что…

– Как видишь, люди часто используют слово как оружие, – четко произнес он. – Это один из способов управления. Слово – тюрьма, в которую ты сама себя заключила.