Хрустальная туфелька
Шрифт:
Ее рыдания станут моей погибелью.
«Если я не найду способ вытащить Эш наверх, она упадет с шестнадцатого этажа и точно разобьется. Я не могу потерять ее. Господи».
Мередит истерично рыдала неподалеку.
«Заткнись, черт возьми».
– Не отпускай, босс, – крикнул Ксавье. – Я спущусь за ней.
Я еще крепче обхватил руку Эш, отказываясь отпускать ее, даже если переломаю все кости. Если бы я только мог видеть свою девушку. Мне так хотелось увидеть ее лицо. Мне нужно увидеть ее лицо, пропади оно все пропадом.
– Золушка, – хрипло выдавил я. – Я люблю тебя.
Рыдания стали тише, а потом я услышал истерический смешок.
– А я тебя ненавижу.
– Неправильный ответ.
– Я свисаю со стены здания, а ты решил мне признаться?! Ты самый большой засранец, которого знаю!
– Ты должна была потрудиться.
По крайней мере, когда мы говорили, она не так сильно дергалась. Черт, мои ладони вспотели, но я отказывался отпускать Эш. Я никогда ее не отпущу.
– Босс, все хорошо, – раздался откуда-то снизу голос Ксавье. – Можешь отпускать.
– Не могу, – прошептал я. – Я не вижу тебя. Не могу.
– Тебе придется, чувак. Ты не сможешь держать ее вечно.
– Черт, я никого из вас не вижу, – зарычал я.
Эш снова закричала, и я почувствовал, как она выскальзывала. Черт. Черт. Черт. Я пытался удержать ее, но не мог. Рука стала слишком мокрой.
– Нет! – закричал я. – Нееет!
– Уин! – вскрикнула Эш.
А потом она сорвалась вниз.
В одну секунду я держал ее руку, а в следующую – Эш уносила сила тяжести.
– Я поймал, – крикнул Ксавье внизу. – Она на балконе этажом ниже!
– Уин, – взвизгнула Эш. – Уин!
– Эш!
– Я в порядке, – хрипло выдавила она, похоже, не веря самой себе. – Господи, я в порядке!
Плечо пронзило болью, и я поморщился, убирая руку от прутьев. Лицо пульсировало, а грудь жгло. Перекатившись на спину, я осмотрел себя и увидел кровь на рубашке. Видимо, я стер об бетон кожу. Плечо дико ныло, а на лице наверняка появится синяк размером с Техас.
Но она жива.
Эш. Моя безумная, выводящая из себя красавица с ручной птицей. Жива.
Я не находил в себе сил двигаться, поскольку меня буквально придавило облегчением. Я был готов расстаться с чем угодно, лишь бы это спасло Эш от ужасной смерти. Деньги, машины, компания. Безумие, но чистая правда.
– Ты любишь ее, – запричитала откуда-то из глубины комнаты Мередит. – Ты любишь ее.
– Опусти пистолет! – рявкнул Тодд. – Сейчас же!
Она вскрикнула и выронила глок, приземлившийся с громким стуком. Мередит зарыдала, моля меня о спасении, когда Тодд быстро скрутил ее и прижал к полу. Однако я не мог пошевелиться. Сердце отбивало самый свой отчаянный ритм, а я мог лишь отрешенно смотреть наверх, на балкон верхнего этажа.
– Уин!
Голос Эш раздался так близко. Чертова музыка. Наконец, она появилась в дверях, вся в синяках, с покрасневшим и залитым слезами лицом. Безумно красивая.
– Я люблю, когда ты растрепана, – пробормотал я, протягивая к ней здоровую руку. – Иди сюда.
Баюкая у груди свое запястье, она опустилась рядом со мной на колени. Я тут же запустил пальцы в ее спутанные волосы и притянул к себе. Наш поцелуй вышел неистовым, благодарным. Он был очень нужен нам обоим. А на вкус Эш была как вишневые конфеты и вечность.
– Я тоже тебя люблю, – сумела она выговорить между поцелуями. – Давно пыталась сказать, но твоя упрямая задница не желала слушать.
– Ты так часто раскрываешь рот и говоришь столько чуши, что иной раз трудно выцепить важное.
– Ты люююююбишь меня, – счастливо улыбнулась она.
– Беру свои слова назад.
– Поздно. Ты уже сказал. И не сможешь отстроить заново разрушенные руины.
Я снова поцеловал ее. Один из способов заставить Эш замолчать. Казалось, она даже не возражала.
– Уин? – прошептала Эш, и ее дыхание пощекотало мои губы.
– Хмм?
– Спасибо, что спас мне жизнь.
– Не привыкай ко мне в качестве героя, Золушка.
– Тоже опоздал. Теперь я всегда буду ждать, что ты сотворишь нечто героическое, лишь бы доказать свою любовь.
– О, ради всего святого.
– Можем начать с вечера кино. В твоей постели. С попкорном и сладким.
– Каким сладким?
– Красные мармеладные мишки.
– Хмм.
Она подняла голову и ее заплаканные глаза встретились взглядом с моими.
– Что?
– Просто раздумываю. Если у меня появится кариес от всего этого дерьма, то я с тобой порву.
Эш улыбнулась мне так счастливо. Такую улыбку я бы хотел видеть каждый день до конца жизни.
– Ты мой парень. Не могу дождаться, чтобы поговорить с твоей мамой. А когда скажу: «Я же говорила», она точно взбесится.
– Держу пари, так и будет, – я погладил ее волосы. – Но не говори ей, что я это сказал. Я же спас тебя только что от верной смерти. Давай не будем второй раз испытывать судьбу.
Эш прижалась ко мне всем телом, положив голову на мое плечо, которое все еще болезненно пульсировало. Плевать. Я был вполне доволен просто держать ее в руках.
Скоро нам придется заняться нашими травмами. Придется разговаривать с полицией и объяснять, как тело Нейта оказалось где-то на тротуаре. А еще остался нерешенный вопрос с Мередит и Мэнди. Так много всякого дерьма.