Чтение онлайн

– Чо, я их не видел, что ли?

– Извините, а что уважаемый Федор Федорович делал на конференции? – ехидно поинтересовался кто-то из пишущих.

– Он меценат, – напомнил Варек. – Федор Федорович ее спонсировал.

– А-а…

– Узнав о том, что наши предки производили настоящий шотландский виски высочайшего качества, – с нажимом продолжил Томба, – Федор Федорович немедленно выделил крупный грант на проведение исследований, результаты которого потрясли научное сообщество.

– Виски – всему голова. Наш виски, российский, исконный, как слоны.

– Как мамонты, – уточнил ехидный.

– А разве слоны вымерли?

В отчаянии Сиракуза сунул Копыто стакан с продуктом, который уйбуй тут же опрокинул. Зал осветили молнии фотовспышек.

– Насколько точны документы, подтверждающие столь невероятный факт?

– Мы провели колоссальную работу с привлечением профессиональных историков и можем с уверенностью заявить, что получили подтверждение из самых разных источников. – Варек уверенно указал на экран. – Обратите внимание на первый слайд: те самые развалины, с которых началось исследование. К сожалению, спасти их из-за прокладки тоннеля не удалось, но они были тщательно изучены и описаны. Анализ же древесины бочек дал однозначный ответ: в них хранилось виски.

– Может, его просто привезли?

– И поставили бочки рядом с действующей винокурней? – удивился Сиракуза. – Зачем?

– Давайте будем гордиться своей историей и не принижать достижения российских умельцев, – предложил Варек. – Второй слайд, пожалуйста.

На экране появился пожелтевший от времени лист бумаги, покрытый витиеватым текстом.

– Это жемчужина нашей коллекции! Собственноручный указ светлейшего князя Александра Меньшикова об открытии первой российской винокурни!

– Ура! – не сдержался Копыто.

– Третий слайд! Отрывок из личной переписки графа Шувалова. В приблизительном переводе с древнерусского звучит так: «Высылаю тебе, брат, две бутылки замечательного напитка, в Москве выделанного, а от того – шибко пьяного…»

– Это о нас!

– Это о виски.

– А вот еще одно немаловажное подтверждение: ценнейший документ из архива Налоговой службы, в котором приводятся точнейшие данные о производстве «МосВис». Из них видно, что на рубеже XVIII–XIX веков московская винокурня поставляла почти полмиллиона ведер первоклассного виски в год. И часть его уходила на экспорт! Московский шотландский виски с удовольствием пили в германских княжествах, Австро-Венгрии и Скандинавии. Слава отечественных вискоделов гремела по всей Европе! Повторяю: это не письмо и не выдержка из дневника, это финансовый документ! Его подлинность несомненна!

Пару мгновений ошарашенные журналисты молчали, после чего посыпались вопросы:

– Но почему о «МосВис» не было ничего известно?

– Какова ее история?

– Что с ней случилось?

– Увы, дорогие друзья, черная зависть погубила честных российских промышленников, – с грустью поведал Варек. – Поток высококачественного виски захлестнул мир, торговые корабли возили бочки с продукцией в Америку и Европу, что сильно ударило по доходам конкурентов. Страдали все, и в первую очередь – производители коньяка…

– Почему они?

– Потому что производители виски стали клеить на свои бутылки российские этикетки и продавать под видом российской продукции, а владельцам коньячных заводов деваться было некуда, и они обратились за помощью к Наполеону Бонапарту…

– Вы шутите?

– Я? – возмутился Томба. – А как еще объяснить тот факт, что великий полководец ввязался в Русский поход? В эту самоубийственную и бессмысленную авантюру? Наполеон погубил армию, лишился империи, а в благодарность получил лишь имя на этикетке. Но он добился главного – разрушил Лефортовскую винокурню. Многие мастера погибли в те страшные годы, секреты производства лучшего в мире виски были безвозвратно, как долгое время казалось, утеряны, а саму винокурню завоеватель приказал сровнять с землей. Более того! После войны Англия вынудила царское правительство подписать секретный пакт, запрещающий России производить виски, пообещав взамен не претендовать на Среднюю Азию. В результате столь недальновидных действий Россия почти на два столетия выпала из числа цивилизованных стран-производителей виски, что привело к страшному отставанию в этой области и нанесло невероятный урон экономике.

– Но теперь все изменилось!

– И мы с гордостью представляем вам возрожденную винокурню «МосВис» и ее первую продукцию – односолодовый виски «Красный Кувалд»!

– Мы им покажем!

Но патриотические слова уйбуя потонули в грохоте фанфар, – в зал ввезли тележку, на которой стояла семифутовая бутылка с роскошной красно-черно-золотой этикеткой.

– Это не рекламный образец! – завопил Копыто и первым бросился к крану.

Центральный офис «Тиградком».

Москва, 2-я Брестская улица,

9 июня, четверг, 12:19

– Знаете… – начала Ярина и на мгновение запнулась, едва не произнеся вслух слово «друзья». Понимание того, что она находится среди равных, сыграло с воеводой Дочерей Журавля злую шутку: Ярина забылась и теперь торопливо подбирала подходящее определение: – Знаете… коллеги, сам факт нашего совещания производит на меня гнетущее впечатление.

– Почему? – легко осведомился Сантьяга, располагаясь в кресле.

Мебель в занятой магами переговорной комнате оказалась на удивление неудобной, словно специально сконструированной для ускорения совещаний.

– Потому что мы – сборище неудачников, – угрюмо бросил Гуго де Лаэрт. – Третий день не в состоянии поймать вшивого чела.

Гордый рыцарь чувствовал себя униженным.

– Отлично подготовившегося чела, – поправил рыжего комиссар.

– Не важно.

– Важно.

– Мы располагаем грандиозными ресурсами, – поддержала чуда Ярина. – А бьемся, как рыбы об лед, и с каждой секундой, с каждым часом становимся все более и более смешными. Мы переживаем самый настоящий позор.

– Не уверен, что жители Тайного Города смеются над нами, – серьезно произнес Сантьяга. – Сейчас их одолевают совсем другие чувства.

Страх.

И Гуго, и Ярина прекрасно понимали, что именно его имел в виду комиссар, но уточнять не стали. И так все понятно. Если целью неуловимого Мстителя было посеять в Тайном Городе панику, то он этого почти добился.

– Дружинники и маги отправляют семьи подальше от Москвы, – глухо произнесла воевода.

– У нас творится то же самое, – не стал скрывать де Лаэрт. – И я никого не осуждаю. – Помолчал и добавил: – Мне стыдно.

– У нас не сборище анонимных неудачников, а серьезный кризис на руках, – поморщился Сантьяга. – Так что заканчивайте рассказывать печальные истории и сосредотачивайтесь на проблемах. Мы должны сделать все, чтобы рассеять страх. То есть поймать Мстителя.

– Пока не получается.

– Но это не повод отступать.

– Не дождешься, – буркнул Гуго.

– Уже лучше, – одобрил комиссар.

– У тебя есть предложения? – поинтересовалась у комиссара Ярина. И язвительно добавила: – Планируешь записать наше общее обращение?