Чтение онлайн

Таковы основные из легенд о Некроманте. Конечно же, их много больше. Одни длинней, иные же коротки. Что же происходило на самом деле — знают лишь единицы, и существовал ли на самом деле тот некромант — тоже знали не все. Но легенды менялись из поколения в поколение, как и память о самом Некроманте. Теперь это лишь множество красивых сказок.

Что же произошло с Некромантом после, пожалуй, никто уже и не скажет, ибо не осталось никого или же пропали они. Одни считают, что его убили, иные же полагают, что он просто ушел в неведомый мир, но большинство уверено, что никакого Некроманта просто никогда не существовало, и что это лишь красивые легенды людей, дабы возвысить самих себя в своих же глазах.

Мальчик играл со сверстниками в догонялки. Бегал он быстро, а потому водил крайне редко. Не интересно ребятне убегать всего пару-тройку минут. Хочется ведь побегать и водящего измотать, а с этим-то ничего не получится. Найдет, догонит и все, принимай роль ведущего.

Но настал тот редкий день, когда ведущим стал он. Особенно нравилось ему гнаться за Нирис. Бегала она медленно и всякий раз, когда он ее догонял, она начинала визжать и кричала: «Сгинь, темный!». Нирис не в обиду это говорила. Была она самой младшей средь них, а слова были своего рода заклинанием, которое должно было отпугнуть ведущего. И он ей подыгрывал, порой шипел и корчился, якобы от боли, и со словами «в следующий раз тебе не убежать!» менял себе цель. Нирис же задорно хихикала и бежала дальше не оглядываясь.

В этот раз решил он выполнить обещание и догнать по-настоящему. Ой увлекся, ой разогнался. Нирис только-только развернулась, дабы отпугнуть «темного», но тот был уже совсем близко. Она замерла, сама не понимая от чего, и он, не успев остановиться, случайно ударил ее кулаком по плечу и сбил с ног. Нирис лежала и плакала, а он изумленно смотрел на нее, не в силах произнести и слова. Тут подбежали другие и две девочки сразу подошли к пострадавшей.

— Во имя Вседержителя, Мокхар, что ты натворил?

— Я… я не хотел… я просто хотел коснуться ее. Мы ведь играли…

— Ее нужно отвести к целителю. Мало ли у нее сломано что.

Они обе помогли Нирис подняться и медленно уходили прочь. Бедная девочка все плакала не переставая. С Мокхаром осталось четверо мальчиков. Ни один из них не пошел вместе с ними. Помогать девочкам? Еще чего!

— Ты будь поосторожней, — заговорил один из четверых.

— Я ведь просто играл…, — пытался оправдаться Мокхар.

— Им будет все равно, — пригрозил второй и сразу же сплюнул четыре раза.

— Кому «им»?

— Ты что же, в серьез не понимаешь?

— Нет, — покачал Мокхар головой совершенно искренне.

— Они…, — мальчик осматривался, словно боясь, что кто-то лишний их подслушивал, — это Орден Лунной Ночи, — теперь все четверо сплюнули по четыре раза.

— А кто это?

— Мок, ты что, серьезно не знаешь? Камсо, говори.

Один из четверки важно сделал шаг вперед, прокашлялся, будто бы прочищая горло, и заговорил:

— Орден Лунной Ночи, — вновь сплюнули, — это орден темных Сил, коими правит ужаснейший из всех темных магов. Говорят, что кожа его черна, как и его душа. Сам он стар, выглядит молодо. Это так потому, что он пьет кровь младенцев и детей. Подземелье есть у них для пыток. А! а еще их глава настолько страшный, что он выходит из дворца лишь по ночам и на нем всегда маска, которая скрывает его уродство. Я слышал, что, если ему по дороге попадается какая-либо девушка, он останавливает ее и спрашивает: «разве я не прекрасен?», и, не дожидаясь ответа, срывает маску и говорит: «а теперь я прекрасен?!». Каким бы ни был ответ, итог всегда был одним и тем же: он срывал с девушки лицо и клал в специально заготовленную сумку, а потом вывешивал на стену в своем замке. Лишь в ночь полной луны лицо его становится приятным взору. Потому и назвали Орден Лунной Ночи, — сплюнули.

— Но я-то им зачем? — недоумевал Мокхар.

— Дурень! Верных Вседержителю они не трогают, ибо Он нас оберегает. А вот если душа твоя испачкается достаточно, то тогда явятся они посреди ночи, когда ты будешь спать, и заберут прямо к своему главе.

— Зачем? — бедный Мокхар категорически ничего не понимал.

— Что бы он выпил твою кровь! Так он продлевает себе жизнь. Но должен делать это исключительно в полнолуние, иначе обратится в камень и треснет. Теперь-то понял?!

Мокхар кивнул, хоть на самом деле все еще ничего не понимал. Зачем столь сильному магу пить кровь младенцев и детей? Он же такой сильный, так почему не мог сам себе продлить жизнь?

— Странно, что твоя мать ничего тебе не рассказывала про них. Моя вот часто мне напоминает про них и говорит, что меня могут забрать, если не буду себя хорошо вести.

— И что же мне делать?

— Один раз — не страшно. Но если еще раз сделаешь что-то плохое, то беги в храм и моли Вседержителя об очищении. Не сделаешь и совершишь нечто плохое в третий раз — за тобой явятся ночью. Если же ты трижды совершил нечто дурное, то надо не спать четыре ночи и потом идти в храм за очищением. Проснешься утром в своей кроватке — значит спас тебя Вседержитель. Доживешь так до совершеннолетия — можешь не волноваться более, что они тебя заберут, потому что будут тебя судить по Законам Вседержителя.

Вскоре разошлись, а Мокхар все никак не мог выкинуть из головы Орден Лунной Ночи.

Вернулся домой, поел, помог матери и двум сестричкам. Уложил их спать и, не выдержав, спросил:

— Мам, а что ты знаешь про Орден Лунной Ночи?

— Откуда ты про них узнал? — одернулась она и уставилась на сына.

Мокхар ей все рассказал, ничего не утаил.

— Это все правда?

— Это… так говорит церковь Вседержителя, так что это должно быть для нас правдой, мальчик мой.

— А на самом деле? — не сдавался Мокхар.

— Подойди. Присядь мне на колени. Только никому не говори то, что я тебе скажу, иначе за мной явятся люди пострашнее Ордена, хорошо?

Мальчик кивнул.

— Все, что тебе сказали — неправда.

— А как же тогда самом деле?

— Орден Лунной Ночи является темным, но они не зло. Глава не пьет кровь младенцев и детей. Каждый из Ордена — великий маг и воин. Туда мечтают попасть очень многие, но получается у горстки, или же вообще ни у кого. Требования к желающим вступить очень велики, и Глава лично следит за всем и сам же избирает достойных.

— А зачем тогда они существуют?

— Не знаю, мой мальчик. Думаю, что они преследуют очень важные цели, но я не знаю какие. Каждый из их магов может справиться с миллионной армией простых людей, или же с тысячей магов. Но есть средь них два особых воина. Один из них заместитель Главы. Имени его почти никто не знает, а потому обращаются к нему Советник. Сильный маг, мудрый, очень старый. Второго же зовут все Палачом. Он наказывает провинившихся. Лучшие из эльфийских лучников позавидовали бы его меткости, ибо орудует он кнутом столь умело. Мог сотни раз ударить в одну и ту же рану, не промахнувшись ни на волосок. Мог кнутом своим протыкать, словно копьем. Кнут был самым обычным. Без вставленных осколков стекла, как любят у нас инквизиторы. Мог Палач придать своему грозному оружию магические свойства.

— А как же Глава? Разве он не великий маг? — Мокхару был интересно узнать как можно больше об этом Ордене.

— О, великий. Насколько я знаю, он величайший во всем Ордене. Он не уродлив, как тебе говорили, и не убивает детей. Он строг, но справедлив. Самый старший из всех в Ордене. Насколько он силен — не знаю, но боюсь, что даже представить себе такую мощь не смогу. Все его безмерно уважают.

Мокхар слушал как завороженный. В голове то и дело всплывали картины Ордена, Советника, Палача и Главы. Как они одни противостояли десятку миллионов солдат, как сражались с ордой драконов и все в том же духе. История матери произвела на него огромное впечатление.