Чтение онлайн

И вот президент, напряженно всматривающийся в монитор, увидел вспыхнувшие на нем буквы: «Беспилотный грузовой корабль „Гордость Земли“ уничтожен в результате сильного взрыва в топливном отсеке».

Президенту показалось, что сзади по затылку его ударили чем-то мягким. В голове все закружилось, а руки вцепились в подлокотники кресла так, что побелели костяшки.

– Лависса, – прохрипел он. – Дочка! Лависса!

Он встал и на негнущихся ногах сделал несколько шагов к двери. В этот момент сработало устройство для приема голограмм, и в кабинете возник прозрачный силуэт начальника службы безопасности.

– Мы получили сообщение от «Скелетона», – сообщил толстяк. – На выходе из гиперпространства обнаружен «Звездный странник». «Скелетон» ждет ваших приказаний.

– ЧТО? Крокс был в гиперпространстве в момент взрыва? – прохрипел президент, собирая в кулак всю свою волю. – Значит, это он взорвал звездолет и убил мою дочь! Немедленно передайте «Скелетону-1» мой приказ! – Он оперся о стол, чтобы устоять на ногах, но его голос звучал по-прежнему твердо: – Уничтожить капитана Крокса любой ценой, использовать все средства. Приказ первой степени категоричности! Я хочу услышать о смерти пирата, о его гибели!

Начальник службы безопасности замялся, шевеля губами. Казалось, он хочет что-то сказать, но не решается. Усы у него подрагивали, как у большой толстой выдры.

– Вам что-то неясно? – побелев от ярости, сказал президент.

– Но такой приказ уже нельзя будет отменить!

– Я требую, чтобы пират Крокс был уничтожен! Любой ценой! Пшел вон! – И глава Деметры, не сдержавшись, швырнул в толстяка пепельницей.

Хрустальная пепельница пролетела сквозь голограмму и вдребезги разбилась о стену, брызнув осколками.

– Понял вас, мой президент. Будет сделано! – Толстяк наклонил голову и исчез, а отец Лависсы тяжело опустился в кресло, думая о том, что ему еще придется сообщать жене о гибели дочери.

Но тут экран компьютера вспыхнул, и на нем показалось чье-то видеоизображение. Президент с ненавистью подумал о секретаре, который в такую минуту соединил его с кем-то, не попросив разрешения. Он хотел выключить компьютер, но внезапно увидел на экране страшное, наполовину человеческое, наполовину механическое лицо капитана Крокса. От такой наглости президент на мгновение опешил, но потом отчаяние и ненависть вспыхнули в нем с новой силой.

– Ты… Ты… убийца! – яростно закричал президент. – Убийца! Как ты посмел связаться со мной после того, что сделал?

– И что же я совершил? – усмехнулся капитан Крокс. – За что такая немилость, ваше превосходительство? Не за то ли, что я один плевать хотел на вашу власть?

– Ты убил мою дочь после того, как она хотела помочь тебе! Бедный ребенок! Ты взорвал «Гордость Земли», безоружный грузовой звездолет с детьми! Мерзавец, ты за это поплатишься, я обещаю!

Левая бровь капитана Крокса удивленно приподнялась.

– Я не убивал вашу дочь. Вас неправильно информировали. Лависса, мальчишка и старый робот у меня на борту. Сами посмотрите!

И, протянув механическую руку, он слегка сместил фокус видеокамеры. Президент увидел свою дочь, живую и невредимую. За спиной у нее президент разглядел Андрея, а рядом с ним робота-няньку. Все трое вели себя уверенно и явно не были запуганными пленниками киборга.

– Папочка, мы здесь! – крикнула Лависса, слегка прикусив губу, чтобы скрыть смущение при виде отца. – Капитан Крокс нас спас после того, как мы застряли в гиперпространстве! Если бы не он, мы бы погибли!

Почувствовав, что задыхается, президент рванул воротник:

– Это ты, Лависса? Ты, моя девочка? Это не голограмма?

– Возможно, я и выпачкалась в рыбе, но это я! – обиделась Лависса, и, видя, как она раздраженно мотнула головой и насупилась, отец понял, что она настоящая.

Никакая голограмма не смогла бы так совершенно воспроизвести характерные движения его дочери.

– Теперь ты видишь, что это я? Пап, отзови «Скелетона-1»! Мы выходим из гиперпространства и боимся, что он нападет.

Внезапно в сознании президента мелькнуло страшное подозрение, и он бросился к пульту внутренней связи, набрав код вызова звездолета-убийцы.

– «Скелетон-1», приказ отменен! Повторяю, «Скелетон-1», приказ отменен! На «Звездном страннике» моя дочь!

– Приказ первой степени категоричности, – раздался в динамике синтетический голос «Скелетона-1». – Цель оправдывает средства. Моя цель – уничтожить капитана Крокса любой ценой. Вы сами дали мне такие полномочия.

– Но там моя дочь, ты понимаешь, моя дочь! Там люди! Это нарушение законов робототехники! – кричал президент, цепляясь за это как утопающий за соломинку. Он понял, что натворил, отдав такой приказ. По сути дела, он распорядился уничтожить корабль, в котором была его дочь.

– Для меня не существует законов робототехники, – отчеканил «Скелетон». – В мою программу входит использовать все средства. Не могу больше говорить, это отнимает оперативную память. Я просчитываю курс выхода «Звездного странника» из гиперпространства. Конец связи!

У «Скелетона-1» не было эмоций. Он не был жестоким или бесчувственным, это была просто машина для убийства со своей программой, получившая приказ первой степени категоричности. Такие приказы не подлежат отмене и должны быть выполнены.

На мониторе президент увидел, как закрылки «Скелетона-1» втянулись, а из его боевых люков показались дула лазерных пулеметов новейшей конструкции, которые смогут разрезать борта «Звездного странника» с легкостью ножа, разрезающего сливочное масло. Машина-убийца готовилась к выполнению своего предназначения. Потом «Скелетон-1» ушел в крутой вираж и исчез с мониторов наружного наблюдения.

Сознавая, что посылать рейдеры звездного патруля на перехват корабля-убийцы так же бессмысленно, как атаковать кавалерией танк, президент вернулся к передатчику.

– Не получилось? – с иронией спросил капитан Крокс. – Так я и думал. Впредь, прежде чем включать электрическую мясорубку, удостоверьтесь, что сможете потом ее выключить.

– «Скелетон-1» ведет за вами охоту, капитан. Он на выходе из гиперпространства, – сообщил президент.

– Сами натравили бульдога, а потом предупреждаете: «Осторожно, пес кусается!» Очень заботливо! – усмехнулся Крокс.

– Как вы собираетесь поступить? – спросил президент, чуть заметно тряся головой.

Лависса знала, что папа так делал, когда нервничал.